Фактор соблазна (СИ) - Орлан Нари

Ужинали мы молча. Раньше я бы все отдала за то, чтобы вот так вместе посидеть наедине, за одним столом, еще и кушая блюда, приготовленные моим ненаглядным. Но сейчас я не чувствовала совершенно никакого душевного подъема из-за того, что Дима рядом. Единственное, что радовало, — готовил он изумительно вкусно.

Потом я предложила вымыть посуду, но мне снова отказали. Вообще, я заметила, что Дима как-то настороженно смотрит на меня, когда я прикасаюсь к вещам в доме. От этого стало немного грустно.

После ужина он устроился на диване с книгой. Я уже думала, что превратилась во что-нибудь наподобие безделушки, подаренной на день рождения, к которой подходят лишь для того, чтобы протереть пыль. Но вдруг со мной заговорили:

— Как живется за границей? Кстати, куда ты уезжала, напомни.

— В Канаду. Конечно, там лучше, чем у нас, и…

Я не была готова. Совсем не готова сейчас сочинять историю о том, как мне живется по соседству с канадцами. Но выбора не было, и я стала лгать наобум.

Вдруг Дима поднял палец, намекая, чтобы я притихла. Мой рот захлопнулся, и уши навострились. Смотря на Диму, который не сводил глаз со входной двери, я прислушалась к звукам.

— Что такое?

Как только я обернулась, дверь буквально вылетела, чуть не сорвавшись с петель, и грохнулась о стену. Резким, быстрым шагом Август преодолел пространство между входом и диваном. Его лицо было каменным от злости, глаза горели как безумные. Сильная рука схватила мое запястье, и он без слов потащил меня к двери. Я скользила босыми ногами по лакированному паркету, вырывалась, дралась, кричала. Но это ему не особо мешало идти к цели.

— Стоять! — приказал Дима. — Стоять, или я выстрелю!

Август замер. До выхода оставалось метров пять. Я обернулась: Дима стоял с пистолетом, направленным Инспектору в спину. Август развернулся.

— Отпусти ее! И убирайся! Забудь вообще о ее существовании!

— Как бы не так, — ухмыльнулся Август в ответ, сильнее сжимая мое запястье. — Положи пушку, ты не знаешь, с кем связываешься.

Вместо этого Дима передернул затвор. В его глазах не было ни капли страха. Он может выстрелить. Несмотря на то что мы не обычные люди, но пуля и для нас может быть смертельной.

— Отпусти ее и покинь здание. Я считаю до пяти. Один, два…

— Не стреляй! — выкрикнула я, прикрывая собой Августа.

— Дорогая, не стоит ради меня рисковать своей жизнью, — ехидно прошептал он.

— Если он сделает хоть шаг — я выстрелю. А сейчас позвоню в полицию, — Дима потянулся в карман за телефоном. — Проникновение со взломом — быстро не отделаешься.

Не заметила я, когда мое запястье выпустили из тисков, и Август, подняв меня за плечи, переставил в сторону. И уверенным шагом пошел прямо на Диму.

— Стой! Выстрелю!

Тело сковало страхом. Кровь гулко стучала в висках, рот раскрылся в немом крике. Картинка будто замедлилась. Дима орет, отступая, Август шаг за шагом подходит ближе. Пистолет дрожит в руке. А потом резко вылетает на пол, выбитый ногой Августа. Он быстро скручивает Диму, который через секунду-другую засыпает крепким сном.

— Придурок! — выкрикнула я, подбегая к Августу. Схватила его за рукав куртки, которой раньше не видела, и стала трусить его. — Совсем спятил?! А если бы он выстрелил?

Ничего не ответив, Август поднял с пола пистолет и вынул из него магазин — пусто.

— Я знал, что он блефует.

Хитрая улыбка растянула губы Инспектора. Я разжала пальцы и отпустила его рукав, шагнула назад.

— А сейчас, — он вставил магазин обратно, отложил пистолет, — я займусь тобой. Достаточно игр, Виктория.

— Куда ты засунул жучок?

Руки сами потянулись к волосам. Может, где-то на голове? Пальцами я быстро принялась ощупывать кожу. Август лишь ухмылялся, глядя на меня.

— Точно не там, — покачал он головой.

С ужасом я опустила руки. Я не смогу от него сбежать. Мне конец. Моя песенка спета.

Август вынул из кармана наручники, немного не такие, как те, что он носил раньше. Похоже, достал новые.

— Знаю, не любишь их. Но ты не оставляешь мне выбора, — пожал он плечами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Погоди! Ты еще не нашел мою сестру!

— Но разве я в этом виноват? Из-за того, что я утром нашел свои вещи насквозь промокшими, еще и в стиральном порошке, я немного задержался, пока не перевернул весь дом в поиске хоть чего-нибудь, чем бы мог прикрыться и не напугать соседей, пока бежал к машине. Я ведь не путешествую налегке. Надо было тебе еще вещи и из багажника все сбросить в ванну. Стиралки не хватило бы. Так вот, потому что я задержался, не успел поймать Олега перед работой. А сейчас он, вместо того чтобы поехать домой, пошел с друзьями в паб. Наверняка оплакивать будущий развод.

— А чем ты был занят весь день? — спросила я. Во мне тлел маленький уголек надежды, что пока мы говорим, я успею что-нибудь придумать.

— Вместе с Тихоном опрашивал соседей. Потом он обзванивал друзей, а я ему советовал, какие задавать вопросы. В отличие от тебя, у меня был довольно продуктивный и насыщенный день.

— И что ты узнал?

Август шагнул ближе, раскрывая наручники.

— Дорога нам предстоит неблизкая. Успею все рассказать.

— Нет, я не поеду с тобой на базу.

Улыбка сползла с его лица. Суровый взгляд буравил так, что леденела кровь в жилах.

— Не заставляй меня применять силу.

Снова обвести его вокруг пальца не получится, сбежать тоже. Значит, я не должна дать себя поймать. Не должна разрешить этим рукам прикоснуться ко мне.

Август застегнул один наручник на своем запястье, и протянул мне ладонь. Я бросила последний взгляд на цепь, с висящим боксерским мешком, и сняла блок с дара.

По венам понеслась чистая энергия, сердце будто стало мощным хромированным насосом, быстро застучало, умножая силу. Кончики пальцев чуть не искрились, дрожали мелкой дрожью. Перенасыщение — и воздух подчинился, волнами закружил вокруг меня. В один момент я почувствовала власть над притяжением. И бросилась на ошарашенного Августа.

Сомкнула пальцы на его шее и подняла нас в воздух. Он пытался что-то сказать, но я не разбирала его сиплого шипения. Он пытался убрать мою руку, но она была столь же сильной, как камень.

Его шея казалась мне холодной и хрупкой. Я боялась ее сломать, и поспешила поднести нас к цепи. Его руку я пристегнула к ней, и на нас посыпались крупицы побелки.

“Отпусти его шею”, приказывала я своей руке, но что-то внутри меня так настойчиво шептало: “Его нужно убить”. Лицо Августа багровело, а мои глаза внезапно стал застилать туман. Или пар. Не понятно. Я часто моргала, пока не поняла: это настолько стремительно испаряются с моей раскаленной кожи слезы.

Я так резко отпустила Августа, будто выронила горящий уголь. На его шее остался алый след моей руки, исчезающий буквально на глазах. Ничего себе, какая быстрая у него регенерация.

Еще немного побелки легло на темные волосы Августа.

— Отстегни меня, или на нас обрушится потолок.

— Я уйду, а обрушится он на тебя.

Его лицо почти приобрело обычный цвет. На прощание я коснулась его холодных губ своими. А он свободной рукой обхватил мою талию, прижал к себе, углубляя поцелуй. Вместе с удовольствием я чувствовала, как из тела капля за каплей вытекает энергия.

Из его кармана донеслась простая мелодия. Август отпустил меня и тихо выругался, доставая мобильник. Чтобы не упасть, я ухватилась за цепь.

— Да.

— Ты уже везешь Огнемиру на базу? — послышался другой голос. Имя, которое когда-то присвоила мне организация, резануло по ушам. Август приложил указательный палец к моим губам и ответил:

— Она сбежала от меня. Опасная девчонка. Я еле уцелел.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Через паузу в несколько секунд на той стороне ответили:

— Дьюс, возвращайся на базу.

— Дайте мне еще сутки.

— Нет надобности. Я пошлю другого человека. А тебя ждет следующее задание.

Когда в трубке раздались гудки, Август скорчил злую рожицу экрану телефона и спрятал его, а затем достал рукой до своего запястья и отстегнул наручники. Мы с грохотом свалились на пол.