Дочь врага (СИ) - Кариди Екатерина Руслановна

Он резко подался вперед и прошипел:

— Не сссравнивай сссебя ссс ней!

Ее словно ледяной молнией прошило. А потом пришел жар. Рази не знала названия этому чувству, но оно жгло беспощадно! Ей сразу вспомнилось все, что она видела в доме Черных Нагов собственными глазами.

И ревнивое внимание, которое Захри оказывал невесте брата, и собственнические взгляды. Просто то, как постоянно находился рядом с этой Валерией, словно она принадлежит ему, а не брату.

А в тот роковой день?! Валерия преспокойно вошла в спальню Захри. Замужняя женщина в спальню чужого мужчины. Как хозяйка. И слова ее, Рази их как сейчас слышала:

«Знаешь, Захри своеобразный. Но он… Очень мудрый. И преданный. И у него большое сердце».

И то, как он отреагировал, увидев жену брата в своей спальне.

«Лера, выйди».

Словно у них очень близкие отношения.

Что ж, у него действительно большое сердце. Но оно, похоже, занято!

— Вот как? — проговорила Рази. — Стало быть, Валерия… Очень важна для вас?

— К тебе это не имеет никакого отношения, — махнул он рукой, отметая ее слова.

Как же неприятно было осознать, что она все-таки не ошиблась!

Жар только сильнее разлился в крови, окончательно вытесняя все: здравый смысл, чувство самосохранения, страх. Она выпрямилась, сцепив руки перед собой.

— Нет.

— Шшшто, нет, Рази? — Мужчина замер, глядя на нее.

— Все нет. Я за вас не выйду. Не вижу смысла.

В следующий миг ее буквально смело к стене. Рази невольно ахнула, все произошло слишком быстро, она даже не успела испугаться. Он трансформировался и нависал над ней, опираясь обеими руками в стену над ее головой. В глазах злость и дикая жажда, которой она не могла найти объяснение.

На долгое мгновение они зависли друг против друга, огромный Наг и маленькая женщина. Странная магия начала клубиться между ними.

Наконец он прошипел:

— Выйдешшшь. Это не обсуждаетссся!

Потом внезапно трансформировался обратно и подхватил ее руки. Секунда — и она уже сидела на шкуре. А он ходил по комнате взад и вперед.

— Обряд будет проведен. Даю тебе сутки. Готовься!

— Но я не хочу так!

— Это не имеет значения.

Ей показалось, или его спина напряглась, и мужчина дернулся, словно почувствовал укол? Но ей и хотелось уколоть его побольнее! Ей хотелось рвать и метать!

Резкий взмах. С руки сорвался вихрь энергии и разлетелся в стороны, окружая ее упругими кольцами магии.

— Останешься здесь. Со шкуры не вставать. Ходить можно только в ванную.

— Ненавижу! — выдохнула она, сжимая кулаки.

Но Захри уже развернулся и стремительно вышел.

* * *

Он ушел, потому что боялся не выдержать. У него до сих пор дрожало все внутри, а в ушах звенело ее:

«Ненавижу!»

Золотая змея выматывала из него жилы! Только что он смотрел ей в глаза и видел в них отклик. Он мог поклясться, что…

И после этого жесткий отказ!

«Ненавидь!», — хотелось ему кричать. — «Ненавидь! Рань меня. Но будь со мной».

Потому что его затягивало, змеиная сущность шипела и рвалась к ней. Такого с ним не было даже с Лерой. Проклятие! Он не должен был пробовать ее кровь!

Ненавидит.

Пусть. Ему надо защитить ее, и он сделает для этого все. Даже проведет обряд! Плевать, что она не хочет.

Ядовитая. Как птичий яд, который невозможно вытравить.

Плевать.

Захри шел по коридору и мотал головой. Потом остановился и уперся лбом в стену. Сдавленно зарычал и саданул по камню кулаком. Потом еще и еще, пока не разбил костяшки в кровь.

Кровь.

Ненавидит? Достаточно дать ей своей крови, и она сама его захочет!

И тут же расхохотался, горько, страшно. Вспомнил Далгета и его слова:

«Я не хочу как отец».

Старший брат был снова прав. Жить с женщиной, которая тебя ненавидит — невыносимо! Силой вырывать крохи счастья? Но ведь и эти жалкие крохи будут отравлены.

Захри уставился невидящим на свои руки, сжимал и разжимал кулаки, а в голове вертелось только одно. Ему надо что-то делать. Он в тупике.

Так нельзя.

А пока он собирался перевернуть верх дном весь Васан, но узнать, кто и зачем покушался на его невесту. Сами собой отрасли когти и затянулись раны. На этот раз никому не будет пощады.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})* * *

Когда Захри ушел, оставив ее одну… В первый момент у Рази было просто непреодолимое желание запустить огненным шаром в дверь. Вышибить ее к чертовой матери и выйти оттуда. Просто чтобы доказать себе, что она может.

Она и попыталась. И даже вышло. Шар получился маленький, спружинил от магического барьера, которым Захри окружил тут все, и полетел обратно. Прямо в нее. Как отбить, Рази не знала, ее никогда этому не учили. Естественно, она испугалась.

Однако стоило сгустку энергии оказаться над краешком большой белой шкуры, как полыхнула белым невидимая дотоле защита, и огненный шар просто исчез, словно никогда и не было. Но ведь он был, ее протест! И тут она не выдержала, разрыдалась.

Даже в этом он ее подавлял! Даже в том, что она не может повредить себе.

Подскочила и пошла в ванную.

Уставилась на свое отражение, а состояние ужасное. Запал прошел. Теперь Рази вспоминала каждое сказанное ею слово и умирала от досады, что не смогла скрыть свою слабость. Он теперь знает, что ей не безразлично, когда у него другие женщины. Это было так унизительно. Просто до слез.

И почему-то вспоминалось, как он смотрел на нее, словно она действительно для него что-то значит.

Стояла так долго.

Потом вернулась на шкуру, сначала сидела, глядя пустым взглядом в пространство, слишком много сил отнял всплеск эмоций. Потом прилегла. Думала, ни за что не заснет, но сама не заметила как уснула.

Проснулась Рази внезапно. Просто в какой-то поняла, что в комнате она не одна.

ГЛАВА 20

Что делать мужчине, если его рвет на части от эмоций? Захри всегда считал себя рассудочным и холодным. Где теперь его рассудок? Где?! Одна мешанина в голове. Единственное, что он понимал четко, это то, что ему надо дать выход бродившему в душе гневу. Иначе это закончится тем, что он снова пойдет к ней и окончательно все испортит.

Он горел изнутри. Золотая змея умудрилась несколькими словами выжечь ему дыру в груди. И эта дыра болела. Злость и обида кипели в нем. Но злость — это хорошо. Злость помогла ему собраться. Взять под контроль клокотавший в нем дикий поток энергии и найти для него правильный выход. Работа.

У него был насыщенный день. И прежде всего он решил главный вопрос. Управление. Довольно он наломал дров, надо было начать исправлять свои ошибки.

Можно сколько угодно орать, бить хвостом и рвать когтями воздух. Если ты не видишь конкретных врагов, ты слеп. В настоящий момент это так и было. Или почти так. Все они, эти Змеи, трепетали перед ним, трясясь за свою жизнь. И прятали грязные хвосты. Выступали против него единым молчаливым фронтом.

Их круговую поруку надо было разбить.

Захри выбрал из этой толпы Вихарата (Почему бы и не его? Опытен, хитер, честолюбив!) и наделил его полномочиями. Будет с кого драть шкуру в случае чего. А самому ему просто необходимо вырваться. Остыть. Дать себе время.

Пока выполняли его приказ и разбирали стену дворца, в том месте, где таким странным образом «укололась» Рази, он в буквальном смысле вспарывал своей магией тоннели вокруг Васана. Несколько каналов нашел, уничтожил и перестроил пространство. А заодно выставил в тех местах сигнальную сеть. Теперь, если кто-то сунется, он узнает об этом сразу.

Вернулся во дворец уже к ночи.

Дерганый и нервный Вихарат докладывал, кусая губы, что всю женскую прислугу, уличенную в кознях против господина, уже передали в распоряжение низших родов клана. Мера была непопулярной, все эти женщины были чьими-то родственницами. Для истинных нагинь такое изгнание позор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он поручил это Вихарату с умыслом. Выполнив его приказ, тот нажил себе врагов среди своих. А не выполнить просто не мог — отвечал головой.