Улыбающаяся - Тростниковая птичка

  - Не расстраивайся, - ринулась утешать меня Мия, увидев, как я мотаю головой, и вытираю набежавшие слезы, - это же новички, что они умеют? Вот сейчас начнут танцевать старшие, вот тогда увидишь класс!

  Я присмотрелась к первой тройке, и, действительно, разглядела там Джефа, и парнишку, который ехал в нашем автобусе. Однако, это не успокаивало - я боялась, что танец тройки старших я уже не переживу.

  - Воооооооот, смотри, повзрослее вышли. Видишь - у них даже ведущий из тех, кто с ножем.

  Я заинтересовано оглядела вторую тройку танцующих, выглядели воины, конечно, повнушительней, но все равно удивительно дурацки в этих своих расшитых кружевных панталонах поверх сапог.

  - Мия, миленькая, - взмолилась я, - Давай прогуляемся, мне немного нехорошо. А вернемся к следующей тройке, ладно?

  Мия только вздохнула, и мы прокрались к двери.

  На улице было уже темно, тусклый свет лампы над входной дверью отвоевывал у сумерек не так много.

  Мы с Мией устроились на крыльце, как немногим раньше, и я снова не услышала, как он подошел.

  - Почему вы не смотрите танец, девушки? - голос Сая был ровным и таким холодным, что, казалось, за шиворот насыпали ледышек.

  - Соне стало нехорошо, - тут же пискнула в ответ Мия, - мы вышли подышать.

  Пришлось держаться озвученной версии.

  - Мне стало душно, - прошептала я, потупившись, и прижав ладони к покрасневшим от сдавленного хохота щекам, - мы скоро вернемся. Ничего серьезного!

  - Командир Сайгон, а Вы будете танцевать? - перешла в наступление Мия.

  - Не в этот раз, Мия, сейчас мое дежурство, - вежливо откликнулся Сай, выразительно глядя на нас.

  Пришлось вернуться в здание. Пока мы шли к столовой, я успела наклониться к уху Мии:

  - У меня ощущение, что командир единственный здравомыслящий воин среди наших сопровождающих.

  - Почему? - одними губами ответила та.

  - Потому, что отказывается танцевать в расшитых панталонах.

  Мы пересидели некоторое время в женском туалете, и появились в зале уже когда готовилась к танцам четвертая тройка. Все они были ближе по возрасту к Саю, чем к Джефу, у всей тройки за кушаки были заправлены ножи, и лица у них были спокойные - ни напряжения, ни сосредоточенности, словно они просто вышли постоять в центр танцевальной площадки.

  - Мий, а ножи у них не выпадут? - забеспокоилась я.

  - Не выпадут, -отмахнулась о меня та, жадно рассматривающая одного из танцоров, - потерять нож - большой позор, так что они очень хитро его крепят, это ж целое искусство. Да не отвлекайся ты, давай смотреть, итак две тройки пропустили! Они танцую-то редко, только вот когда Поезд везут или когда обряды Матери Прародительницы проводятся. А ты чего спрашиваешь? У вас воины не танцуют?

  - Танцуют, - тут же припомнился последний праздник совместно с Военной Академией, - просто по другому.

  Снова зазвучала музыка, и только теперь я поняла, почему Мия так рвалась посмотреть на танцоров. Тройка двигалась четко и слаженно, как единый механизм, четко отбивая заковыристый ритм подбитыми металлом сапогами, и суровое выражение лиц уже не казалось смешным или нелепым, как и рука, прижатая к сердцу - все было всерьез и по-настоящему. Это был совсем другой танец, и он мало походил на то, что изображала первая тройка. Сейчас я видела отточенные движения, четкие перестроения, едва уловимые знаки, которыми обменивались воины в танце: хищная, завораживающая сила, притворяющаяся безопасной. Вот аккуратно положены на пол шляпы, вот воины по очереди выходят солировать, без ложной скромности показывая то, на что они способны, вот вплелись в танец ножи, блестящие в искусственном местном свете, отстукивая ритм по полу, сапогам, всему телу. И финальный аккорд, когда воины резко падают на одно колено перед смущенными невестами.

  - Как тебе? - шепнула Миа.

  - Нет слов! - созналась я, мысленно порадовавшись, что наблюдаю за танцами из засады, и нет нужды смотреть в лицо танцорам.

  Словно заслышав наши переговоры, один из тройки медленно повернулся в нашу сторону. Мы с Мией шарахнулись в разные стороны и забились каждая за свою гардину.

  - Отвернулся, - зашептала Миа, подглядывающая в щелку, - надеюсь, не заметил?

  - Хотелось бы, - согласилась я.

  Но тут в центр зала неспешной походкой вразвалочку вышел Мист, а следом за ним еще один керимец постарше.

  - Это Терренс, брат командира, - воодушевившись, сообщила мне Мия громким шепотом.

  - И он храпит, - зашептала в ответ я, шокировав Мию до глубины души, так что пришлось объясняться, - Так командир сказал.

  - Ну ты даешь! - восхитилась Мия, - Ты уже успела поговорить с командиром? И как? О чем говорили?

  - Нет, это ты даешь, - фыркнула я в ответ, - вроде бы весь вечер в кровати провалялась, а все-равно уже всех воинов по именам знаешь.

  - Ну не всех, но...

  Договорить нам не дали, снова зазвучала музыка, и только теперь я обратила внимание на то, во что одеты эти двое. Куртки и шейные платки на голое тело, вместо кушаков широкие блестящие пояса, волосы, как и у командира, длинной чуть выше плеч и никаких шляп и 'гулек' на затылке. Они стояли друг напротив друг друга и более всего напоминали не потенциальных женихов, а двух дерущихся петухов. И снова танец был совсем другим - эти двое атаковали и отступали, подначивали друг друга, вытворяя что-то невозможное, прыгая и вскидывая ноги, делая почти балетные повороты, отстукивая подкованными каблуками ритм и пуская блики лезвиями ножей.

  Да и закончили они свой танец неожиданно: Мист ловко подхватил чью-то шляпу, сдвинул ее на лоб, сразу приняв бандитский вид, а Терренс сделал вид, что подгоняет его к двери пинками. А когда восхищенные перешептывания девушек затихли, эти двое 'прогарцевали' в обратную сторону в полной тишине, нарушаемой только бешенным ритмом, выбиваемым их каблуками, отмахивая шляпами и с самыми ехидными улыбками на губах.

  - Позеры, - хихикнула я... и поплатилась за несдержанность.

  Передо мной тут же вырос тот самый воин из предыдущей тройки, который заметил наше с Мией убежище.

  - Прекрасная аркаимка покажет, как танцуют в вольном городе? - усмехнулся он, протягивая мне руку.

  Если он надеялся испугать или сконфузить меня приглашением на танец, то он сильно просчитался. После трех лет занятий хореографией, входящей в обязательное воспитание отпрысков Лисси, я боялась только Полину Сергеевну, нашу тетку, бывшую балерину и, по совместительству, учительницу. Впрочем, мне кажется, что пожилую, сухощавую, всегда аккуратно одетую и причесанную волосок к волоску тетку Полину, с ровной прямой спиной и неизменной камеей на белой, отглаженной блузке, боялись даже наши родители, также прошедшие через горнило станка, батманов, плие и 'первой позиции'. Думаю, поэтому никакие секции и занятия не были достаточной причинной для спасения от хореографии: ни одна мама не согласилась бы вступить на территорию тетушки даже с призрачным намеком что есть что-то более важное, чем выворотность ног, гибкость или прыжок. Кузен Майкл, на вечеринке по случаю получения диплома изрядно принявший на грудь, признался, что ему еще снится время от времени танцкласс, и тетя Полина, командующая: 'Мишка, колено держи, куда оно пошло! Втяни живот! Покажи мне спину', - и он просыпается в холодном поту.