Лиза Смит - Дневники вампира: Пробуждение

Из открытых дверей школы лилась музыка. Когда Елена вышла из машины, ее вдруг охватила странная уверенность.

«Что-то должно случиться», – подумала она, глядя на квадратную громаду здания.

Мирное басовое гудение нескольких последних недель должно было резко повыситься по тону.

«Что ж, я готова», – мысленно сказала себе Елена.

Она действительно так думала.

Внутри был настоящий кружащийся калейдоскоп красок. Их с Мэттом разговор оказался заглушен в тот самый миг, когда они вошли в зал. Комплименты обрушились водопадом. Платье Елены… ее прическа… сочетание цветов. Мэтт также представлял собой живое воплощение зарождающейся легенды: новый Джо Монтана, верная гарантия футбольного чемпионства.

В головокружительном вихре, который был для нее самой жизнью и дыханием, Елена продолжала искать невысокого брюнета.

Подошел Тайлер Смоллвуд. Он тяжело дышал на нее, от него пахло пуншем и жевательной резинкой «даблминт». Его подружка выглядела просто убийственно. Елена проигнорировала верзилу в надежде, что он уберется прочь.

Мистер Таннер прошел мимо с размокшим бумажным стаканчиком. Казалось, что учителя истории душит воротничок его рубашки. Сью Карсон, старшая принцесса вечера в честь встречи выпускников, при виде фиолетового платья восхищенно выдохнула и о чем-то заворковала. Бонни уже стояла на танцполе, мерцая розовым в свете софитов. А Стефана Елена нигде не видела.

Ощутив еще одно дуновение «даблминта», Елена подумала, что ее вот-вот стошнит. Она толкнула локтем Мэтта, и они вместе двинулись к столу с закуской, где тренер Лайман как раз восторженно рассказывал о последнем футбольном матче. Пары и группки учеников подходили к столу, чтобы провести несколько минут рядом с королевой, а затем удалялись, освобождая место следующим в очереди.

"Как будто мы и впрямь члены королевской семьи", – с удовлетворением подумала Елена.

Искоса взглянув на Мэтта, она попыталась понять, разделяет ли он ее удовольствие, и обнаружила, что он пристально смотрит куда-то влево.

Елена проследила за его взглядом. Даже в этом мутном свете она разглядела, скорее почувствовала, среди группы футболистов Стефана. В тот же миг ее охватил трепет восторга, напоминая скорее физическую боль, нежели что-то иное.

– Ну, что теперь? – сквозь зубы осведомился Мэтт. – Вязать его как кабана?

– Нет. Я намерена пригласить его на танец только и всего. Но, если желаешь, мы с тобой можем потанцевать первыми.

Мэтт покачал головой, и Елена стала пробираться сквозь толпу, направляясь к Стефану.

По мере приближения разум Елены регистрировал информацию, обрывок за обрывком. Черный, блейзер Стефана был несколько иного покроя, чем у остальных мальчиков, более элегантным, и из-под него выглядывал белый кашемировый свитерок. Юноша стоял совершенно неподвижно, даже не переступая с ноги на ногу, чуть отстранившись от компании футболистов. Хотя Елена видела его только в профиль, она смогла различить, что темные очки Стефан в этот вечер не надел.

Конечно, он снимал их, играя в футбол, но так близко Елена еще никогда его без очков не видела. Она тут же испытала головокружительное возбуждение, как будто здесь проходил маскарад, и пришло время снимать маски.

Елена сосредоточилась на его плечах, линии подбородка, а затем Стефан к ней повернулся.

В это самое мгновение Елена вдруг осознала, что она действительно прекрасна. Дело было вовсе не в платье и не в прическе. Она была прекрасна сама по себе: стройная, с царственной осанкой – небесное создание, созданное из шелка и внутреннего огня.

Она увидела, как Стефан машинально раскрыла рот, и заглянула в его глаза.

– Привет. – Неужели это и вправду был ее голос, такой спокойный и самоуверенный?

Глаза Стефана оказались зелеными. Зелеными, как листва дуба погожим весенним днем.

– Ну как, хорошо время проводишь? – спросила Елена.

– Теперь – «да». – Стефан этого не сказал, но Елена точно знала, что подумал он именно так; она поняла это по тому, как он на нее смотрел.

Никогда еще Елена не была так уверена в своем могуществе. Даже, несмотря на то, что Стефан не походил на человека, хорошо проводившего время; куда скорее он выглядел до глубины души пораженным, охваченным болью, как будто – даже одной минуты не мог всего этого выносить. Зазвучал медленный танец. Стефан все еще неотрывно смотрел на Елену, словно впитывая ее в себя. Зеленые глаза темнели, становясь черными от прилива желания. У девочки вдруг возникло ощущение, что он, не говоря ни единого слова, может внезапно прижать ее к себе и крепко поцеловать.

– Хочешь потанцевать? – негромко спросила Елена.

«Я играю с огнем, с чем-то, чего я не понимаю», – вдруг подумала Елена.

И в это самое мгновение она осознала, что напугана. Сердце бешено заколотилось. Ей показалось, что эти зеленые глаза проникли в самую глубь ее души, и этот взгляд пробудил в ней отчаянное ощущение опасности. Неведомый инстинкт, старше самой цивилизации, повелевал Елене спасаться бегством.

Однако она не двинулась с места. Та же сила, которая устрашала ее, одновременно удерживала на месте.

«Это просто не в моих силах», – внезапно поняла Елена.

Происходило нечто выходящее за пределы ее понимания, ненормальное и неразумное. Но это нельзя было остановить. Даже охваченная страхом, она наслаждалась происходящим. Ничего подобного Елена никогда не испытывала с мальчиками, хотя между ней и Стефаном ровным счетом ничего не происходило. Он просто смотрел на нее, словно загипнотизированный, а она смотрела на него в ответ, и энергия мерцала между ними подобно зарнице. Елена увидела, как глаза Стефана еще больше темнеют, констатируя его поражение, и ощутила дикие удары своего сердца, когда он протянул к ней руку.

А затем все разлетелось на куски.

– Надо же, Елена, как ты сладенько выглядишь, – раздался вдруг чей-то голос, и зрение Елены оказалось временно поражено обилием золота.

Золотисто-каштановые волосы Кэролайн роскошно блестели, а ее кожа загорела до идеально-бронзового цвета. Платье из золотой парчи с рискованным вырезом идеально подчеркивало объем груди. Кэролайн протянула обнаженную руку к Стефану и лениво ему улыбнулась. Вместе они напоминали парочку супермоделей, вломившуюся на школьные танцы. Никого более гламурного и изощренного во всей большой округе не наблюдалось.

– И платьице у тебя такое миленькое, – продолжила Кэролайн, пока разум Елены продолжал машинально работать.

Ее небрежно-властная рука, наконец, ухватилась за руку Стефана, объясняя, где Кэролайн была последние несколько недель, и что она все это время готовила.