Марья Лиса - Пленница демона

- У тебя раньше были длинные светлые волосы?

- Откуда ты знаешь? – еще больше удивилась я. Неужели он вспомнил?

- Почему ты обрезала их?

Мысли путались от его столь близкого соседства, в то время как рука демона знакомо водила по моим волосам, всколыхнув забытые ощущения, и они были такими желанными!

- Хотела уйти от прошлого.

- И удалось?

- Нет. А теперь скажи, откуда ты знаешь об этом? – Смутное подозрение все больше терзало меня.

- Ты что-то спутала, глупышка. Здесь вопросы задаю я.

- Почему твои глаза черны? Они всегда были такими? – проигнорировав его последнее замечание, продолжила я, отчаянно нуждаясь в подтверждении, либо в опровержении моих сомнений.

- Почему вдруг это тебя озаботило? – Демон, прищурившись, окинул меня подозрительным взглядом.

- Потому что раньше твои глаза были голубыми. Такими, как небо, и такими же, как у твоей матери.

Демон резко отпрянул.

- Кто рассказал тебе об этом? – спросил он отрывисто.

«О, боже! Это он! Просто по какой-то причине он не помнит меня. Но пока это только подозрения. Теперь я не остановлюсь, пока не получу доказательств того или иного».

- Ты сам рассказал мне! И ты любил меня! Так же сильно, как и я тебя. Поэтому тебя и влечет ко мне, Тэль. - Я отчаянно блефовала, сделав ставку на то, что мои подозрения все же верны.

Мужчина отодвинулся от меня, оставив игру с соблазнением, но я уже не могла молчать.

- Ты появился у нас дома, кода мне исполнилось пятнадцать лет. Твой отец запер тебя в портрете, из которого ты смог освободиться лишь с моей помощью, а потом ты пришел, когда мне исполнилось девятнадцать, и опять попросил о помощи.

- И ты согласилась?

- Ты был очень убедителен.

- Я ничего ни помню о портрете.

- А что ты помнишь? Сейчас ты спросил меня о нашей первой и единственной ночи. Только той ночью на мне была кровь. Только тогда ты мог видеть мои волосы в крови. Других свидетелей не было, потому что ты убил всех, растерзав в клочья у меня на глазах! И это кровь жертв ты размазал по моему телу!

- Остановись, женщина!

- О, нет! Теперь я ни за что не поверю, что ты не Тениэль. - Все обиды разом всплыли в моей памяти, разжигая злость, особенно последняя, связанная с Дениской. - Ты думал, что я умру, когда покидал меня, а я выжила назло тебе! Назло всем и даже назло твоему слуге, которому ты отдал меня недавно. А ведь ты обещал мне! Ты так много обещал, но не одного своего обещания так и не выполнил.

- Неужто ты забыла, кем я являюсь, когда доверилась мне? В моей природе искушать.

Предо мной стоял уже не соблазнитель, а истинный демон. Казалось, он стал еще выше и больше, как будто старался подавить меня своим могуществом. Только не на ту напал. Я устала бояться и потому нашла спасение в злости.

Я не замечала, как от моей ярости во все стороны полетели искры. И вот уже стенной шкаф заполыхал как факел. Теперь я наступала на демона, тыкая в него пальцем:

- И знаешь, что я скажу тебе напоследок? - Теперь уже молчал он, завороженный моей яростью и болью. - Иди ты к черту! Ненавижу тебя!

Демон схватил меня за плечи, притягивая к себе, и не знаю, что бы он сделал в следующий момент, как вдруг из-за его спины послышался холодный голос Ангелики:

- Убери от нее руки! Ты уже не имеешь прав на Софи.

Еще одно мгновение демон яростно смотрел на меня, а затем отпустил и перевел все свое внимание на Ангелику. И тут же преобразился, как будто мгновение назад я разговаривала не с ним, а с кем-то другим. Его глаза стали холодны и черны, словно сама тьма заклубилась в них. Мужчина сделал шаг по направлению к девушке и, словно издеваясь, произнес с кривой усмешкой:

- А кто это к нам в гости пожаловал? Неужели Падшая? Ты решила вернуться? Это что - совесть или вина?

- Я не Падшая!

- Да, всего лишь чуть-чуть запачканная общением с моим папашей. Все пытаешься выслужиться перед своими? - Оба собеседника, не замечая меня, смотрели друг на друга. – Думаешь, тебя примут обратно в лоно семьи?

- Это тебя не касается, демон!

- Меня касается все, что происходит в моем замке. А ты мне уже давно осточертела. Хватит совать нос туда, куда не следует.

Пока они пикировались словами, я тихонько начала отходить к столу, чтобы подобрать упавший лист бумаги.

- Думаешь, мне не надоел твой замок? Думаешь, мне приятно тут торчать, тем более что твоего отца давно постигла кара. Почему за одну единственную ошибку я должна расплачиваться уже сотню лет? – Меж тем возмущенно отвечала Ангелика.

- Я не имею никого отношения к твоей ошибке.

- Да, ты не имеешь. Но ты такой же, как и он. Только и умеешь поганить все, к чему прикасается твое дыхание. Если бы я умела ненавидеть, то, наверное, возненавидела бы вас обоих. А сейчас ты пытаешься нарушить договор.

- А ты пытаешься выслужиться перед своими!

- Думай, что хочешь, а ее не тронь. Она успела написать жалобу.

-Неужели?! - Изумился демон и повернулся в мою сторону. - И где же эта бумажка?

Я стремглав схватила бумагу, как будто на нем уже был подписан приговор о помиловании. Внутри все похолодело, когда взгляд натолкнулся на абсолютную белизну листа. Пусто! Мной завладела паника. Перевернув для верности лист, я обратила беспомощный взгляд на Ангелику.

Глава 9

Тэль

Лист бумаги, зажатый в ее руках Софи, подрагивал, выдавая волнение девушки. Тэль и сам не знал, что заставляло его играть с ней как кошка с мышкой. Зачем он позволил ей написать жалобу, а затем как проказливый мальчишка стянул ее, заменив чистым листом? Зачем дал надежду, которой не суждено было сбыться? Ведь он прекрасно знал, что девушке не вырваться отсюда.

Никакая жалоба не в силах помочь Софи, недаром он специально стращал ее возле ночного клуба, чтобы вырвать нужные слова. И она произнесла их, тем самым, отдав себя целиком во власть демона. Случившееся полностью подпадало под рамки договора, и светлым нечего предъявить ему.

Ненависть и еще одно незнакомое чувство так плотно переплелись в Тениеле, что раздирали сейчас его надвое. С одной стороны, нечто в нем ликовало, наблюдая за тем, как поникли плечи девушки, с другой стороны, хотелось обнять ее и защитить от всех бед, а, в особенности, от самого себя. Последнее было особенно непонятным и оттого раздражающим.

Он никогда и никого не защищал, впрочем, и не жаждал этого. Как раз от него самого следовало прятать и защищать юных и неопытных девиц.

Перед глазами опять возник образ Софи со светлыми волосами, и почему-то захотелось накинуться на нее с упреками за то, что она изменила внешность. А еще за то, что послужило этому причиной. Она хотела уйти от него! Это открытие оглушило демона и вызвало новый приступ сильного раздражения.