Сломленные Фейри - Каролайн Пекхам

откатилась от меня, падение сотрясало раны, нанесенные ей Феликсом. Но я не могла бросить на нее взгляд, потому что страх парализовал меня, и мой взгляд был прикован к фигуре в плаще, стоящей перед нами.

— Ты выглядишь удивленной тем, что увидела меня, Элис, — Король говорил глубоким и грохочущим тоном мужчины, но лицо под капюшоном было окутано тенью, так что я не могла его разглядеть. — Но чего ты ожидала, когда украла у меня?

Я стремительно вскочила на ноги, мои глаза были дикими, когда я отступила на шаг и собрала столько магии, сколько смогла, в свои руки.

— Что я украла? — прошипела я, заметив, как Роза сорвала лозу со своих лодыжек и встала на ноги. Но я все еще не могла оторвать взгляда от монстра, который так долго преследовал мои сны.

— Я был снисходителен к тебе, потому что верю, что ты хочешь того же, что и я. Лучшего мира. Более справедливого мира. Где не правят банды и смерть не воспринимается легкомысленно. Где тех, кто слабее магически, но сильнее сердцем и душой, не отбрасывают в сторону, словно они ничто.

— И как убийство невинных фейри и кража их магии поможет построить более справедливый мир? — спросила я, отступая на шаг и отмахиваясь от Розы, когда с ее губ сорвался рык.

Король даже не удостоил ее взглядом.

— Жертвы добровольные, и их смерть вознаграждается знанием того, что я использую их магию, чтобы построить мир, где их род больше не будет страдать. Где есть цена за насилие, а долги крови будут выплачены сполна.

— Я не нуждаюсь в рекламе твоей секты психопатов с промытыми мозгами, — фыркнула я. — И ты все еще не сказал мне, что я украла.

— У меня был человек, чья кровь была очень важна для моей работы. Человек, чья личность была раскрыта персоналом больницы, в которую ты так любезно бросила его, и теперь его будет невозможно вернуть.

— О чем ты говоришь? — спросила я, наращивая силу в своих руках до ощущения, что они горят. Но у меня была только одна попытка, потому что я знала, что Король был слишком силен, чтобы справиться в одиночку со всей его украденной магией.

— Не оскорбляй мой интеллект. Я знаю, что это была ты. Но, к счастью для тебя, все, что мне нужно, это сильный Вампир. И ты действительно дочь своего отца…

— Что? — воскликнула я, мой разум вихрем пронесся над его словами. Я даже не знала имени своего отца. Только то, что он исчез еще до моего рождения, и это стало последней каплей, сломившей дух моей мамы.

— Я просто хотел, чтобы до этого не дошло, — продолжал Король, игнорируя мой вопрос. — Но я дам тебе возможность добровольно присоединиться ко мне, а не сидеть в клетке. Я фейри своего слова, и я верю, что у тебя есть много качеств, которые мы ценим в Черной Карте.

Я разомкнула губы, как будто хотела сказать что-то еще, но вместо этого в мгновение ока крутанулась на месте, направив свою силу, как стрелу из арбалета, и обрушив ее на один небольшой участок щита, который был построен вокруг нас у меня за спиной.

Как только я почувствовала, что этот участок магии разбился вдребезги, я бросилась к Розали, подхватила ее и со всей силы швырнула в дыру.

Она удивленно вскрикнула, пролетев сквозь дыру, и моя магия воздуха отбросила ее в конец коридора, а я с огромной скоростью бросилась за ней.

Король успел закрыть брешь в щите за секунду до того, как я столкнулась с ним, и громкий треск разорвал мой череп — мой нос разбился, и я была опрокинута на задницу силой столкновения.

— Беги! — крикнула я Розе и на мгновение увидела ее дикие глаза, прежде чем она повернулась и помчалась прочь.

— Я иду за помощью! — крикнула она в ответ, как только глубокая тень упала на меня, и я обнаружила, что смотрю в темноту под капюшоном Короля.

— Это разочаровывает меня, Элис, — сказал Король, качая головой, пока он смотрели на меня сверху вниз, и лианы обвились вокруг моих запястий, связывая их перед моей грудью, пока я все еще лежала на полу по его милости.

В попытке сбежать я израсходовала все запасы магии и, нахмурившись, уставилась на него.

— Мне плевать на то, что я тебя разочаровала, — прошипела я, моя собственная кровь окрасила мой язык из разбитого носа. Но боль от этого была ничем. Ничем по сравнению с яростью, ненавистью и насилием, которые нарастали в моей плоти, жаждущей возможности уничтожить это мерзкое чудовище, стоящее передо мной.

— Ну, еще есть время передумать.

Я брыкалась и билась, когда лианы, связывающие мои запястья, дернули меня вертикально, и я была вынуждена посмотреть в глубину капюшона, скрывающего глаза Короля.

На мгновение, среди ужаса и страха оказаться так близко к фейри, которого я могла считать только демоном, я могла поклясться, что узнала глаза, которые заглянули глубоко в мои, как будто они могли видеть каждый дюйм моей потрепанной души. Как будто они тоже знали меня.

— Прости, — вздохнул Король, и с болью в верхней части моей руки, темнота окутала меня, и я исчезла.

45. Леон

Когда я выследил и убил всех предателей Оскура, которых смог найти, я вернулся на Дьявольский Холм и отправился на поиски моих Львиц. Мое сердце горело от желания воссоединиться и убедиться, что все четверо в порядке. Я не видел Элис с тех пор, как она увела Розу в безопасное место, и мне не терпелось снова заключить ее в свои объятия.

Я нашел в лесу свои тренировочные штаны, сместился и натянул их, прежде чем поспешить обратно на окровавленный холм. Габриэль приземлился впереди меня, наблюдая за Данте на холме, окруженным своей стаей, когда они терлись о его плоть и прижимались к нему. Мое сердце наполнилось радостью от того, что он наконец-то освободился от кошмара, которым был Феликс. Его дядя заслуживал лишь жестокого конца, и любой вероломный выживший не посмел бы бросить вызов истинному Королю, увидев, какой силой он обладает на этом склоне. Но Данте не смог бы сделать это в одиночку. Когда Райдер пришел ему на помощь, мне хотелось рыдать. Я с самого начала знал, что они смогут найти общий язык. Ладно, может быть, не с самого начала. Но я