Юлия Колесникова - Свора - Зов крови

Но больше всего меня удивила реакция остальных — они не стали ничего делать! Я понимала, как Прат уже достал всех, но разве честно для подобного использовать Бет?!

Ответом мне стал Ричард. Он уже довольно давно стоял возле меня, но я не замечала этого, пока моего нюха не коснулся уже знакомый запах вампирской кожи. Я даже не испугалась от неожиданности, увидев его рядом.

— О чем думаешь? Бет тебя поджидает на завтрак.

Черные длинные пряди подались вперед, когда он заговорил — немного длинноваты, как на мой вкус, но видимо Мизери не протестовала, и Ричард сохранял свой облик на протяжении многих десятилетий. Серповидные шрамы под глазом бледнели, на его меловом лице, не совсем таком белом, как лицо Калеба. Он был похож на Терцо, и оставался несколько смуглым, по сравнению с остальными вампирами.

— Почему их никто не разнял?

— А зачем? Бет нужно было спустить пар, а все мы отчаянно жаждали того момента, когда кто-нибудь из твоих друзей набьет ему его распрекрасное личико. Нам это запрещено — такие вот драки в гневе, потому что они иногда приводят к необратимым последствиям, а Семья следит за тем, чтобы члены их множились, а не исчезали! А вот волки не могут причинить нам особых повреждений, и к тому же Бет еще очень молода — ей позволительно злиться. Поверь, многие в семье Бесстрастных и Человечных хотели бы это увидеть — Прат успел насолить за свое бессмертие многим.

— Знаешь, это звучит ужасно, — наконец выдавила из себя я. — Мне бы не хотелось увидеть подобное еще раз.

— А вот это боюсь невыполнимо — Бет почувствовала, что такие трюки пройдут ей безнаказанно, как и Теренс понял это — теперь они вряд ли будут терпеть Прата.

Ну, вот об этом я горевать не буду — Прату явно не хватало подобной встряски, он все время хотел заставить Калеба напасть на него, но тот стоически все переносил! Возможно, когда скука у Прата пройдет — он займется каким-нибудь делом. Лишь бы все с волками закончилось — и я подозреваю, Прат снова умчится в поисках новых приключений, а пока что ему хватало и этих.

— Так значит Бет и Теренс что-то типа наказания?

— Очень смешного и поучительного наказания!

Ричард неожиданно дернул голову в сторону верха, словно его кто-то позвал, но мне это не было слышно.

— Малыши сегодня на нас — и не бойся Бет, она почти уже спокойная, я это чувствую!

Ричард вроде бы не спешил, но моргнув я его уже не заметила. Как же я не любила эту его способность — затуманивать мои мозги на некоторое мгновение. Ты стоишь на месте, вроде бы ничего не произошло, но неожиданно понимаешь, что прошла минута или больше. Раньше я не задумывалась над этим его талантом, но он мог бы пригодится. И, конечно же, кроме этого у него был талант укрощать отца. Возможно, этот талант Ричарда я любила больше, чем тот другой! Честно говоря, с появлением здесь Ричарда и Мизери он стал вести себя более миролюбиво, но время от времени все же срывался — просто не мог иначе.

Я все-таки пошла на кухню и за едой мы с Бет почти не разговаривали. Спустя час, когда я точно знала, что они должны были оказаться на месте, я решила воплотить в жизнь свой план по слежению за ходом событий.

Поднявшись к себе, я прозондировала на всякий случай состояние Бет — но она мирно устроилась в гостиной вместе с Мизери, Ричардом, малышами и Евой. Я была отступником, не проводя время с ними, но я хотела быть в курсе, и знала, что они мне еще спасибо скажут, когда узнают обо всем из первых рук.

Оказавшись в комнате, я сначала не знала куда себя деть. Окно показалось мне лучшим вариантом, чем кровать. Но попытавшись попасть в мысли Калеба, я натолкнулась почти, что на стену. Я так привыкла подавлять его сознание, что теперь это оказалось сложным действием. Я напряженно думала, вглядываясь во двор за окном и стараясь сконцентрироваться на нем и его мыслях. Но его сознание пока что ускользало от меня, хотя я легко могла войти в разум Самюель, Терцо или Грема. Я пыталась даже создать его образ, используя воспоминания, как учил меня Прат, но тщетно. Я ничего не ощущала кроме своих мыслей и болезненного волнения.

Оставался еще один вариант. В тумбочке у меня сохранились старые лекарства — среди них снотворное. Проглотив две таблетки, я устроилась на кровати, пытаясь настроиться на мысли кого-то с кем мне будет проще. Ближе всех оказался Прат. Это было не совсем тем, о чем я мечтала, но ухватившись за него, я уже не стала отступать.

Я недолго смотрела в окно и думала, держа с ним связь, веки тяжелели и сил бороться со сном, не было. Но это ведь как раз то, чего я добивалась? Я лежала с открытыми глазами так долго, как позволял мой воспаленный лихорадочный ум, но засыпая, я все еще сжимала в руках серебряный, тяжелый браслет — подарок Калеба некогда на мое шестнадцатилетие. Поглаживая его, как надежную защиту, я прислушивалась на всякий случай к звукам за окном — волки не столь элегантно и тихо передвигаются как вампиры. Я знала, что оборотни не очень-то любят серебро и пока он на мне, я могу быть уверена в том, что хотя бы рука останется целой. Мрачно усмехнувшись такой шутке, я позволила себе заснуть.

Сон навалился внезапно. Я только начинала чувствовать то же, что и Прат, и тут же неожиданно стала им. Неприятное чувство. Ну почему я не передумала и не попала в сознание кого-то другого?!

Глава 22 а. Ненависть, как оружие

… ждать и страдать. Терпи.

Час. Он сидит и ждет.

Два. Сигарета. Боль.

Дымом голод унять.

Горечью горло набить.

Термос. И кофе жжет.

Горечь. А кровь солона.

И сладковата она…

Вкус смерти чужой.

Его ни с чем не сравнишь…

… жадный, голодный блеск…

Волчата. Милые волчата. Я знал, что им нельзя доверять, но чтобы так! Стоило нам войти на порог, как милая красивая девушка встретила нас. Не произвольно я почувствовал тягу к ней. Знали же гады, что перед полной луной девушки становятся так прекрасны, и вот мое мертвое сердце напомнило о том, что я все еще немертв, и у меня давно не было женщины. А эта волчица смотрела такими томными глазами, ну прям как Бет, и я как дурак следил за ней по всему помещению.

Мой взгляд и разум на миг затуманились, и прояснив мысли, я вдруг совершенно другими глазами взглянул на молодую волчицу. Ее прелесть словно потускнела. Я сразу же понял в чем дело, но не стал ее блокировать. Рейн! Кто еще мог заставить меня обратить свои мысли в другое русло.

Поджав губы, я почти порадовался вмешательству Рейн, появившемуся столь вовремя.

Калеб подтолкнул меня вперед, как какого-то мальчишку, когда я застыл на месте, обдумывая случившееся.