Воинственные фейри - Каролайн Пекхам

а тебе четырнадцать, — хихикнул Билл. — В общем, Габриэль стал обороняться насчет того, чтобы выйти с ней на ринг, твердил, что не будет бить девчонку и прочую глупую ерунду. Конечно, девочке надоело ждать, и она треснула его прямо по носу.

— Что сделал Габриэль? — спросила я, ухмыляясь между ними, пока моя Гарпия стонала.

— Он отвесил ей такую пощечину, что остался отпечаток руки, и она убежала в слезах к своей маме.

— Ты пропустил ту часть, где она пыталась ударить меня коленом по яйцам, — хрюкнул Габриэль.

— А ты пропустил часть о том, что для бокса нужен закрытый кулак, — бросил в ответ Билл, заставив меня хихикнуть.

Мой Атлас снова пикнул, и я посмотрела на новые сообщения с восторгом от Марлоу, пока Габриэль с любопытством смотрел на меня.

— Мой ммм… Марлоу, только что узнал о том, что я играю в питбол, и он немного сошел с ума от этого, — объяснила я, не в силах скрыть, что меня это вполне устраивает. — Он смотрит некоторые из моих старых игр и присылает мне свои реакции.

Габриэль широко улыбнулся, взял меня за руку и сжал.

— Габриэль сказал мне, что ты чертовски крута на поле для питбола, — прокомментировал Билл, похоже, искренне заинтересовавшись этим, и я усмехнулась, взглянув на свою Гарпию, прежде чем опустить бокал, чтобы ответить.

— Да, черт, так и есть, — ответила я. — И теперь, когда у нас в команде есть он и Райдер, мы будем неудержимы.

— Я не знал, что ты тоже играешь, — укорил Билл, глядя на Габриэля.

— Ну, да. Но я не профессионал, как Элис, — сказал он, подталкивая меня рукой.

— Ты думаешь, я могу стать профессионалом? — спросила я.

— Да, черт возьми. Больше половины профессиональных игроков в наши дни — это те, у кого слишком много денег и шикарные академии. Им нужны такие смелые игроки, как ты, чтобы напомнить им, что на самом деле представляет собой игра.

— О да, я уверена, что они с удовольствием посмотрят, как я буду драться за мяч, как настоящий алестриец, — поддразнила я, и Габриэль пожал плечами.

— Ты знаешь, что можешь завалить половину этих вежливых ублюдков во сне. Не скромничай сейчас, ангел.

— Я бы с удовольствием пришел посмотреть, как вы играете, — сказал Билл. — Всегда любил атмосферу на матчах.

— Правда? — спросил Габриэль, казалось, немного удивленный этим.

— Конечно, с удовольствием. Обязательно скажи мне, когда будет следующая игра, и я буду там в первых рядах. Возможно, я даже приведу Джинджер — спорт ее заводит.

— Ладно, ладно, хватит об этом, — сказал Габриэль с гримасой, а Билл только усмехнулся.

— Ты можешь пригласить и своего Марлоу, Элис, — предложил Билл, поддразнивая меня за то, что я так и не объяснила, кто такой Марлоу, хотя я была уверена, что он знал об этом через Габриэля или из газет.

— Да, — я кивнула. — Думаю, мне бы это понравилось, — я взглянула на свой Атлас и на ужасающую реакцию Марлоу на мое поражение и быстро отправила ему сообщение, чтобы пригласить его на следующую игру, пока я не струсила. Мы должны были с чего-то начать, верно? И если сотня обезумевших от волнения сообщений, которые Марлоу прислал в ответ на это приглашение, были для меня показательными, я должна была предположить, что он согласился.

Мы завели разговор о Питболе, потом начали говорить о других вещах в нашей жизни, а Билл рассказывал нам забавные истории из своей работы частного детектива. Среди лучших из них была та, когда его наняли, чтобы выяснить, изменяет ли кто-то своему партнеру, и ему пришлось добывать фотодоказательства, что поставило его в более чем несколько рискованных положений.

Я расправилась со своей едой, а Габриэль принес мне второй вишневый коктейль, и через некоторое время я просто улыбалась и наслаждалась нашим совместным времяпрепровождением, а Габриэль, казалось, оживился, ему явно нравилось, что мы все так хорошо ладим.

Когда разговор наконец перешел к поискам моего брата, Билл не стал насмехаться или говорить банальности, как я опасалась. Он также не давал никаких обещаний, но выслушал все, что мы знали о планах Гарета, и показали ему паспорта, которые я нашла, с новыми личностями для меня и мамы. Он делал заметки и задавал вопросы, которых я не ожидала, например, о том, как мой брат выглядел в своей форме Ордена, о том, чем ему нравится заниматься и какие места он любит посещать.

К тому времени, как мы ушли, мои улыбки уже не казались натянутыми, и я чувствовала себя более чем оптимистично в отношении того, что он может найти, когда Габриэль снова запустил нас в небо, и мы направились обратно к оплоту Оскура и остальным.

***

Возвращение в академию после того, как я узнала истинную личность Короля, оставило меня в оцепенении. Это все еще не укладывалось у меня в голове. Этого не может быть. Не могло. Титан был моим другом, он был добрым, заботливым и почти единственным взрослым, которого я когда-либо встречала, которому было не наплевать на меня, потому что он сам этого хотел. Он был мне нужен. Но он больше не был им. И тяжесть этого открытия ударила меня как нож в грудь.

Официальная информация гласила, что профессора Титана внезапно отозвали по семейным обстоятельствам, и на время занятия по зельям были приостановлены.

Откладывая это все выходные, я в конце концов позвонила Мелинде и сообщила ей, что мы знаем личность Короля, в надежде, что она сможет послать ФБР в его сторону и арестовать этого сукиного сына. Мое горе и душевная боль от того, что я узнала, что все это время это был он, начали превращаться в нечто темное и ненавистное, поскольку моя потребность в мести росла с каждой минутой, и я знала, что близка к тому, чтобы сломаться из-за этого.

Он знал, как сильно я страдала из-за Гарета. Он, черт возьми, знал и утешал меня, но именно из-за него я потеряла его. Не то чтобы он мог это знать, поскольку я была уверена, что он все еще ничего не знает о моей связи с Гаретом. Но я просто не понимала, как он может нести эту чушь о том, что хочет остановить банды и спасти Солярию, в то время как сам причиняет боль людям и крадет жизни. Он был не лучше любого из могущественных фейри в этом королевстве, и ничего не изменится, если власть захватит такой тиран, как он.

Мне нужно было развеяться. Я была очень близка к тому,