Дылда Доминга - Erratum (Ошибка) - 2 (СИ)

— Отведи меня к нему, — велела Лили так, словно об отказе не могло быть и речи.

— Ты сгоришь, — пискнул демон, но замолчал под тяжелым взглядом Лили, в который она постаралась вложить всю свою ненависть.

— Что ж, идем, — протрещал он на низких тонах, — сгоришь — так и что, какое мне дело, нам же лучше. — Его голос перешел в тихое клацанье.

— Только я туда входить не буду, — произнес он, когда они дошли до поворота коридора, и сунул ей в руку длинный металлический ключ.

— Ладно, — ответила Лили, а сама судорожно пыталась придумать, как им выбраться.

И только когда ее рука провернула ключ в замочной скважине со страшным скрипом, она поняла, что не знает, как посмотреть Синглафу в глаза и что сказать. Ведь наставник увидит всю страшную правду сразу. Пальцы задрожали, крепче обхватив металл, и на долю секунды Лили замешкалась у двери.

— Верно, бойтесь, — услышала она голос, — свет истины испепелит создания тьмы и лжи. — Ее учителя не подменили, это было так похоже на него. Лили невольно улыбнулась, несмотря на все свои тревоги, и тут же ее лицо снова погасло. Но, как бы там ни было, пусть даже он не захочет смотреть в ее сторону после всего, что случилось, она освободит его, должна, а дальше — решать ему. Или ей, и тогда она избрала бы для себя самую темную впадину, чтобы скрыться там от разочарования в глазах Синглафа, светлейшего из Начал.

Лили шагнула внутрь, и ее окутало сияние, исходящее от Синглафа. В нем было так уютно и так хорошо, словно не было никакого падения, и она снова оказалась дома на седьмых. Сердце зазвучало по-новому, наполняясь светом, струны его вновь натянулись и зазвенели, а не шипели обвисшие и бесполезные, жгучий яд боли отступил, уступая место покою и миру.

— Боже, — прошептала Лили, рухнув на колени.

— Икатан, — Синглаф узнал ее и приблизился к ней. — Что они сделали с тобой, дитя? — Его пальцы пробежались по ее голове и коснулись лба. — Ты отравлена еще сильнее, чем раньше. Я же велел тебе оставаться в раю, велел им присматривать за тобой.

— Ты не сердит на меня? — Лили подняла на него глаза, теперь уже в состоянии смотреть на него.

— Мне по-прежнему причиняет боль то, что ты сделала, — произнес он, но в его голосе больше не было ни разочарования, ни злости. — Но тебе не следовало приходить сюда, — сокрушенно покачал он головой, — и мне не следовало.

Впервые Лили слышала, чтобы наставник сожалел о чем-то.

— Ты видел Падшего? — спросила она. И замерла на этих словах, боясь услышать больше, боясь узнать, насколько отвратительно поступил Аба с близким ей существом.

— Нет, — вновь покачал головой Синглаф.

— Нет? — его ответ удивил ее еще сильнее, чем все те ужасы, которых она ожидала. — Как нет? Но почему?

— Откуда мне знать, — Синглаф принял свой величественный вид, с которым он беседовал обычно с нерадивыми подчиненными.

— Синглаф, скажи мне, что случилось, — попросила Лили, и заметила, как его лицо смягчилось.

— Боюсь, эта история станет нашим единственным развлечением здесь, — произнес он.

Лили не возразила ему, ожидая продолжения.

— Я остановился там, где он должен был быть, но его не оказалось. Груз рассыпался в моих руках — мне незачем и нечего было выпускать, как и взять снова для того, чтобы попытаться еще раз отыскать его. Я не знаю, что это, — кудри Синглафа были покрыты пылью, но от свечения, окутывавшего его голову, казались туманным нимбом. Белые одежды выглядели неуместными в темном затхлом подземелье. — Его новая уловка, быть может. Чтобы никто сверху больше не мог достучаться до него.

— Но в чем состояло послание? — спросила Лили и хотела добавить “так скоро после моего”, но не стала этого делать, чтобы не причинять наставнику лишней боли.

— Он не выполнил предыдущее. И я начинаю думать, намеренно укрылся от напоминания.

— Напоминание? Всего лишь напоминание? — Лили была потрясена. Разве ради этого стоило так рисковать?

— Это Его воля, — ответил Синглаф так, словно это все объясняло. Для Лили же, увы, эти слова больше не выглядели такими же убедительными, как раньше. Но все же не спорить у нее ума хватило, или сострадания.

— Так ты так и не нашел его, и они заточили тебя в темницу, — сменила она тему.

— Да, меня окружили ведьмы и демоны. Но демоны лишь помогали, а свое мерзкое темное заклятье совершили женщины, сковав меня и обездвижив, а затем я очнулся здесь. — Синглаф замолчал, стоя посреди комнаты с опущенными руками. — Стены давят на меня, давит здание, давит этот мир, толща ада, — устало сознался он.

— Ты пошла за мной? — его глаза мягко светились в темноте. — Я знаю, что пошла, — проговорил он, когда Лили уже готова была покачать головой. Тогда она кивнула, едва не заплакав.

— Икатан, я говорил, что приду к тебе, когда бы ты ни позвала, а пришла ты. Что же я наделал, — он сокрушенно покачал головой и опустился на каменный пол в центре камеры. — Я не должен был отсылать тебя. Я должен был простить тебя и держать на руках, пока ты не исцелишься.

— Синглаф, — Лили собрала все свои силы и все свое мужество, — то, что ты сейчас чувствуешь или думаешь, что чувствуешь — это и есть яд. Ад травит тебя, стены раздавливают твою волю. Не верь ничему плохому, не сомневайся. Ты поступил правильно, отказавшись от меня. Я больше не достойна ни тебя, ни братьев. Посмотри на меня: я спокойно хожу здесь, дышу, живу. Я принадлежу этому миру так же, как и любому другому.

— О чем ты говоришь? — потрясенно прошептал Синглаф.

— О том, что я не принадлежу ничему. Я — везде чужая, Синглаф, я — ошибка. Что ты знаешь обо мне до кокона? Я — ошибка, Синглаф. Твои убеждения и решения верны.

— Икатан, — он поднялся, приблизился к Лили и нежно погладил ее по голове. — Я могу дать тебе больше света, станет легче.

— Не смей, — вскрикнула Лили, отбрасывая его руку, потому что знала, что он и правда может, только черпать ему свет здесь было больше неоткуда, и это означало, что с каждым подаренным ей теплом, он будет слабеть. — Не смей, слышишь? Ты выберешься отсюда.

Синглаф убрал руку, но лишь молча качал головой, с нежностью и печалью глядя на Лили.

— Я выведу тебя из камеры, из башни… — начала Лили, но он остановил ее.

— Меня держат не стены. Ведьмы… я говорил, что они что-то сделали с помощью силы демонов.

— Нет такого проклятия, которое нельзя было бы разрушить, — прошептала Лили.

— О чем ты? — Синглаф смотрел на нее, как на сумасшедшую. Возможно, он и вправду думал, что она спятила.

— Мы найдем того, кто нам поможет.

— В аду? — оказывается, его взгляд все же умел отражать скептицизм.

— А есть другие варианты? — Лили достойно ответила ему кривой улыбкой и потянула за руку к выходу.