Элизабет Ричардс - Феникс

— Нет, — отвечает он, не глядя на меня.

Он лжет, но, возможно, мне лучше ничего не знать.

Гарольд достает из холодильника пакетик синтетической крови «Синт-1», а мне делает чашечку травяного чая. Я пялюсь на чайные листики, плавающие на дне чашки, и думаю о Полли. Она сейчас должно быть очень напугана. Еще одна слеза стекает по моим губам. Эш баюкает меня в своих объятьях, в то время как Гарольд идет к Дей и её семье. Входная дверь закрывается. Мы остаемся одни.

— Эш, я плохой человек? — спрашиваю я.

— С чего ты это взяла?

— Потому что у меня отняли всю мою семью, — говорю я. — Мой папа убит, Полли похитили, и я понятия не имею, где моя мама. Это уже слишком.

Он подносит палец к моему подбородку и приподнимает им моё лицо, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Мы со всем этим справимся. — Он нежно меня целует, пытаясь забрать себе мою боль. На какое-то мгновение это срабатывает, словно платина, сдерживающая приливы и отливы, но когда поцелуй заканчивается, снова приходит наводнение и еще хуже предыдущего.

— Как бы мне хотелось, чтобы моя мама была здесь, — шепчу я. — Уж она-то знала что делать.

Эш крепко меня обнимает, не произнося ни слова.

Спустя полчаса Гарольд возвращается вместе с остальными. Он помогает перенести ЭмДжея в церковь на импровизированных носилках, в то время как Дей вносит потрепанные огнем пожитки, которые им удалось спасти. Вся наша жизнь уместилась в одной сумке. На краткий миг я вспоминаю о подарках, которые я получила вчера не день своего рождения. Все они сгорели в пожаре вместе с домом. Я слегка прикасаюсь к кулону у себя на шее, радуясь, что так и не сняла его. Он покрыт сажей, но, похоже, не пострадал.

Они несут ЭмДжея в спальню к Гарольду и устраивают его там поудобнее, и нам всем приходиться устраиваться здесь на ночлег, потому что теперь мы бездомные. Пока мы все устраиваемся, Самрина хлопочет на крошечной кухне, её небесно голубое платье так и мельтешит меж стульев. Ей удается разыскать в недрах одного из шкафчиков старый фартук, и она повязывает его вокруг своих широких бедер. Засучив рукава, она собирает волосы в пучок и начинает готовить ужин, несмотря на протесты Гарольда. Похоже, что ей просто необходимо найти себе занятие, чтобы отвлечься.

Майкл заканчивает с импровизацией спальных мест на лестнице и возвращается в кухню. В маленькой комнатке нет ничего, чтобы та казалась уютнее. Здесь нет ни обоев в цветочек, ни запаха свежеиспеченного хлеба, только что из духовки, но это и не удивительно, здесь ведь живут только Гарольд с Эшем, и Эшу кухня-то не особо и нужна - он ведь не может питаться человеческой едой.

Дей присаживается рядом со мной.

— Нат, мы найдем её.

Я судорожно вздыхаю.

— По крайней мере, она жива... нам нужно придерживаться этого, — продолжает Дей.

Я ничего не говорю. Ведь на самом деле нет никакой гарантии, что моя сестра жива.

В окна начинает вползать ночь, а воздух города наполняет вой сирен, возвещающий о начале комендантского часа. Гарольд зажигает свечи, а Дей звонит Жуку, чтобы сообщить ему о произошедшем. Он немедленно приходит в церковь, и выдает монолог, в котором обещает переубивать всех Стражей в стране, за то, что они сделали. Для нас сейчас это как бальзам на душу. Я хочу, чтобы и они страдали, как мы.

— Я уже передал «Людям за Единство», чтобы они её искали, — говорит Жук. — Пока мы с вами тут разговариваем, они как раз разбиваются на поисковые отряды.

— Я хочу присоединиться к ним, — говорю я.

— И я, — добавляет Эш.

— Ни за что, — твердо говорит Жук. — Повсюду снуют гвардейцы Стражей, да ими все улицы кишат. Да еще и комендантский час. Последнее, что вам двоим нужно, это чтобы вас арестовали. Мы сами со всем разберемся.

Я вздыхаю. Мне досадно. Но он прав.

Пока Самрина накрывает на стол и подает ужин, все обсуждают, где следует искать Полли. Я не участвую в обсуждение, зная в глубине души, что Полли нам в Блэк Сити не найти, почти не сомневаясь, что Пуриан Роуз не станет так рисковать держа её так близко от нас. Должно быть, сейчас она на Транспортере по дороге в Центрум. Грудь ноет от страшно тупой боли, и я отодвигаю тарелку. У меня нет аппетита.

— Как дела у Сигура и остальных Дарклингов? — спрашивает Гарольд Жука.

— Паршиво, — отвечает Жук. — Столько крику и слез. Роуч все еще там, с ними, пытается придумать, как быть дальше. Они надеялись увидеть...

БАМ!

Кто-то тяжело приземляется на крышу церкви, ударяя по шиферу, заставляя нас всех вздрогнуть. За приземлением следует быстрая возня, как будто животное (или человек) съезжает вниз. Тишина, затем еще один глухой удар, и это нечто (некто) ударяется о гравий снаружи.

— Что за фигня...? — говорит Эш, отпихивая свой стул.

Я хватаю нож и иду за ним по церкви.

Эш распахивает входную дверь.

— Кто там? А ну, покажись!

Из тени выходит подросток. Когда он поднимает руки, на его запястьях отблескивают золотые браслеты. Он одет в кожаные жилет и штаны, цвета в тон его темно-рыжих волос. Я ойкаю, мгновенно узнав его. Сложно забыть парня с длинным хвостом и пятнами, как на шкуре у гепарда на скулах, шее и боках. Это Бастет, которого я вызволила из лаборатории штаба Стражей больше двух месяцев назад!

На его чувственных губах играет ленивая улыбка, когда он прислоняется к дверному косяку.

— Привет, Натали, — говорит он. — Бьюсь об заклад, что ты не ожидала меня снова увидеть так скоро.

Я опускаю нож.

— А ты...? — спрашивает Эш.

— Элайджа Теру, — отвечает он, обращая свои глаза цвета топаз на меня. — У нас с Натали есть вроде как общее прошлое, не так ли, красотка?

Мои щеки вспыхивают от стыда, когда я вспоминаю, как нашла его в лаборатории доктора Крейвена голого и всего в синяках. Ученые брали яд Элайджи, чтобы использовать тот в Золотом Дурмане.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я.

— У меня есть к вам предложение. — Он делает вид, что изучает свои ногти. — Что бы вы отдали за оружие, настолько мощное, что оно могло бы повергнуть Стражей и прекратить войну между нашими расами?

— Эээ, да все что угодно, — отвечаю я.

— Вот и славно. — Он ухмыляется. — Потому что, так уж вышло, что я знаю о существование такого. Мне только нужна помощь, чтобы его раздобыть.

Глава 9

ЭШ

СПУСТЯ ПОЛЧАСА, мы все устроились в церковном нефе. Скамьи поставили так, чтобы они образовывали квадрат, посреди которого стоит обеденный стол. Дей сидит у Жука на коленях по левую руку от меня, в то время как Натали сидит справа между мной и Эми. Сестра Джонс пришла несколько минут назад вместе со Стюартом, болтавшим с папой о линзах для новой камеры, которые он купил. Все они по правую руку от меня. Семья Дей ушла спать, а мы решили подождать остальных, прежде чем начать собрание.