Шеррилин Кеньон - Непобедимый (ЛП)

Ник заморгал, пытаясь успокоиться.

— Мне снится сон?

Коди никак не отреагировала на новости Сими. На самом деле, она вела себя так, будто уже слышала о них. А может, и нет. Может Сими была как Грим, и он с Трэйси единственные, кто может ее слышать.

В его голове все еще мелькали изображения, не позволяя сосредоточиться ни на чем. Он едва мог дышать.

«Пора убираться отсюда».

Его голова гудела, он посмотрел на Коди.

— Мне нужно… идти. Увидимся позже, ок?

— Уверен, что тебе не нужна моя помощь? — спросила Коди.

— Нет. То есть да, уверен, — он встал и поспешил прочь от них. Он не знал куда идти, поэтому пошел к единственному безопасному месту, о котором подумал.

К его маме.

* * *

Коди приподняла бровь, наблюдая как Ник в спешке удаляется от них.

— Это я или ты что-то не так ему сказали?

— Уверена, что я, — Сими ухмыльнулась. — Это аффект или эффект Сими на людей? Аффект. Эффект. Какая разница между этими двумя словами и разве она важна? Некоторые люди так злятся, когда ты неправильно используешь слова. Но мне нравиться. Язык должен быть забавным, и раз уж люди все равно понимают, что ты имеешь в виду, то какая разница? Точно. Точно. Точно.

Глядя на Шаронте, Коди покачала головой. Сими принадлежала к древней расе демонов, созданных для защиты богов Атлантиды, а теперь она присматривала за одним из них.

За Ашероном Патинопайусом.

Хотя она знала о древнем боге, но никогда с ним не встречалась. По многим причинам. Одна из них — Ашерон не хотел, чтобы кто-либо знал о его божественной составляющей. Это был большой секрет, и она понимала это. Единственная причина, по которой она знала — это их общий друг. Он, как и Ник, мог видеть правду, не важно, как глубоко она была спрятана. Вернулась официантка с десятью тарелками бенье и большим стаканом молока для Сими.

— Ооо, любимый человек Сими тот, который приносит ей еду. Спасибо Трейси.

— Не за что, Сими.

Сими достала кучу денег и протянула их.

— Оставь сдачу и повеселись на нее.

По выражению лица Трейси было ясно, что Сими дала ей чересчур много чаевых.

— Ты уверена?

— Абсолютно, — Сими полила бенье острым соусом.

— Спасибо, — Трейси ушла обслуживать другой столик.

Никода сморщилась, когда Сими откусила кусок. И на этой ноте…

— Была рада снова увидеть тебя, Сими. Но думаю, мне пора.

Сими вытерла пудру с лица.

— Ладно, но Никоде-Акра нужно знать что-то важное.

— Что?

— Что-то злое пришло в город и готовит удар… нет, радар. У Сими проблема с этими словами.

— Какое зло?

Перед ответом Сими облизала губы.

— Акри не уверен. Разве ты не чувствуешь?

Никода фыркнула.

— В этом городе? Здесь столько духов и лишь немногие из них дружелюбны.

— Правда, вот поэтому Сими и нравиться переезд сюда. Я ем зло и акри рад. Здесь нет: нет, нет Сими, на него молятся люди. Сими может есть, что захочет.

Да, Сими была уникальна.

— Ты думаешь, это зло Ник?

Сими покачала головой.

— Нет. Зло охотится за ним.

Глава 7

Ник остановился рядом с Кафе Греческой кухни на улице Декатур, чтобы перевести дыхание. Наконец, изображения прекратили вертеться в его голове, и он обрел хоть какую-то ясность мысли.

Не большую, но лучше, чем было в Кафе Ду Монде. По крайней мере, люди вокруг него выглядели нормальными.

Господи, как хиппи в шестидесятых выживали после вечеринок с наркотиками? Какой идиот станет это делать с собой умышленно? Было достаточно плохо, когда это произошло случайно. И кто станет так жить, если это можно прекратить?

Ник потер глаза и сделал долгий, успокаивающий вздох.

Неожиданно он услышал звук колокольчика на двери ресторана, и из нее вышла прекрасная мечта.

На секунду ему показалось, что он все еще видит галлюцинации, когда Кейси Вудс, одна из чирлидеров школы остановилась напротив него. Пока Никода не пришла в их класс, Кейси была для него единственной женщиной. Ее длинные темные волосы всегда была расчесаны до блеска, ее формы убивали и в обычной одежде, но в форме чирлидиров они стали легендой. Многие дни он провел, пытаясь представить, как хороша, может стать его жизнь, если она будет его девушкой. В отличие от неандертальцев, с которыми она встречалась, он бы хорошо к ней относился, и пылинки с нее сдувал бы.

К сожалению, она не замечала даже, что он живой человек. Впечатляющая невнимательность, учитывая, что он сидел рядом с ней или напротив нее на нескольких уроках в течение года. Но, Кейси была Кейси, и девушки с такой популярностью не замечали бедных, неуклюжих стипендиатов, не дотягивающих до их ранга. По этой причине в школе почти никто не замечал его, а оставшиеся выбрали его целью для побоев и запугиваний. Он к этому привык.

На ней был кружевной синий топ и пара джинсов, и она улыбнулась, когда заметила его.

— Привет, Ник. С тобой все в порядке?

О да, он, наверное, в коме. В прошлый раз, когда Кейси находилась так же близко к нему, она спорила с лучшей подругой о том, что не имела ни малейшего понятия о том, кто он.

— Хм, все хорошо.

Она хмуро на него посмотрела.

— Ты выглядишь плохо. Слегка зеленовато. Тебя сейчас стошнит?

— Надеюсь, нет, — потому что этого ему только не хватало, чтобы сделать этот день еще лучше. Вырвать на их местную королеву. Если он сделает это, то упадет на дно к самым большим неудачникам до самого выпускного.

К его полному изумлению, она протянула руку и потрогала его лоб.

— У тебя нет жара, — она протянула ему бутылку воды. — Вот, выпей немного, посмотрим, поможет ли.

Оглушенный, он выпрямился.

— С тобой все нормально?

— Конечно, а почему ты спрашиваешь?

Потому что она никогда не была милой с ним. Если честно, это пугало. Приближается апокалипсис?

Смерть хитрым способом пытается разделаться с ним? Вот в этом была логика. Должны быть какие-то дьявольские причины, чтобы Мисс Хорошенькая Пустышка заговорила с ним, будто он что-то значит.

— Мы обычно не общаемся.

Она улыбнулась.

— Я знаю. Моя вина. Но теперь ты общаешься с Тедом, так что все нормально.

А, это объясняет все. Тед Аддамс был одним из крутых, богатеньких парней. Старший брат подруги Ника Брайнны, недавно он отвозил его и Кейси в школу.

Господи, она такая поверхностная. Большинство людей не признают это в себе. Он, по меньшей мере, должен был оценить ее честность.