Хлоя Нейл - Дважды укушенный

На большом, светящемся, круглом и белом щите, похожем на полную луну посреди Викер-Парка, располагались слова КРАСНАЯ ШАПОЧКА, написанные простыми красными буквами.

— Это должно быть здесь, — сказала я, в то время как Этан выруливал Мерседес на параллельную стоянку, которая обнаружилась около многоквартирного дома.

Мы вышли из машины и были оглушены грохотом рок-н-ролла, который вырвался на улицу, когда открылась дверь.

Одетый в кожу мужчина, с короткой бородой и темно-русыми волосами, завязанными в хвост, взобрался на один из мотоциклов, завел двигатель, и уехал.

— Одним оборотнем, с которым мы должны познакомиться меньше, — прошептала я Этану, который хмыкнул мне в ответ.

Мы пристегнули к поясу наши катаны и обошли преграду на пути к двери бара. Мотоциклы не были единственным знаком того, что что-то происходило в Украинской Деревне. Достигнув угла, где передняя дверь выступала в сторону улицы, я обнаружила три трещины в кирпичной стене. Я остановилась и присмотрелась более внимательно, затем приложила кончики пальцев к кирпичам. Это были свежие метки, длинные, четко разделенные, и расположенные глубоко в кирпиче и растворе. Это были не трещины, догадалась я. Это были следы когтей.

— Этан, — сказала я, указывая на царапины.

— Это знак, — объяснил он. — Место Стаи.

А мы были вампирами, направляющимися в их логово. Но, раз уж мы были здесь, и нам ничего не оставалось, как сделать это, я взяла инициативу на себя, толкнув дверь. Бар был одной узкой комнатой — горстка столов перед большим витражным окном с одной стороны, и длинная барная стойка из дерева с другой.

Тяжелая ритмичная музыка была настолько громкой, что запросто могла повредить мои барабанные перепонки, и я вздрагивала при каждой ее пульсации. Взрывная музыка, доносилась из автомата в углу, единственный предмет, который не был украшен рекламой пива, виски, или Malört, очень злобной версии чикагского абсента.

Мужчины в кожаных куртках с гигантскими, во всю спину нашивками САЦ[14] потягивали за столами свои напитки, каким-то образом умудряясь болтать под рев музыки, доносившейся из автомата.

Я предположила, что САЦ поддерживали Северо-Американскую Стаю. У меня волосы на затылке встали дыбом. Было что-то нервирующее в этом месте от покалывания магии, которая заполнила это помещение, как будто воздух был наэлектризован.

Оборотни посмотрели на нас, как только мы вошли, далеко не приветливыми взглядами. Очевидно, не придя в восторг от появлением среди них вампиров, они встали, отодвинув стулья.

Мое сердце забилось чаще, а рука потянулась к рукоятке моей катаны, но оборотни направились в сторону входной двери. В течении нескольких секунд они ушли, оставив нас посреди бара, с гремящим рок-н-ролом вокруг. Этан и я обменялись взглядами.

— Может быть в баре плохо готовят? — Громко задалась я вопросом, хотя это точно не могло быть правдой. Атмосфера была ужасная, но запах в баре стоял восхитительный. К запаху сигаретного дыма примешивался восхитительный аромат капусты и тушеного мяса, как если бы в служебном помещении готовились голубцы.

Мой желудок заурчал.

— Вам чем-то помочь?

Мы повернулись лицом к барной стойке. За ней стояла крупная женщина в футболке, с надписью КРАСНАЯ ШАПОЧКА и мультяшным рисунком девочки в красной юбочке и в капоте. Короткие светлые волосы женщины были начесаны, а в глазах было подозрение. Это должно быть была Берна.

— Габриэль, — Этан, находясь позади меня, старался перекричать музыку, — Попросил нас встретиться с ним здесь.

Прислонившись к бару бедром, женщина указала на красную кожаную дверь в конце бара.

— Вернись, — почти прокричала она, а затем подняв бровь, оглядела меня. — Слишком тощая. Тебе нужно поесть.

И только я открыла рот для ответа, что, учитывая запах мяса и овощей в этом месте, с радостью соглашусь, как Этан вежливо улыбнулся ей.

— Нет, спасибо, — выкрикнул он. Она не ответила Этану, а вернулась к своей хорошо просмоленной барной стойке и начала протирать ее влажной тряпкой.

Этан направился к красной двери. Я же, думая только о голубцах, поплелась следом за ним. Прежде чем он открыл ее, положив руку на кожу, он открыл телепатическую связь между нами.

"Страж?" — тихо спросил он, проверяя нашу связь, прежде чем мы сделали решительный шаг.

Я встряхнулась от неожиданного, но на удивление краткого головокружения. Возможно я начала привыкать к ощущениям.

"Я готова", — ответила я ему и мы вошли.

Я была счастлива, что в комнате оказалось более тихо, чем в баре, но воздух был пропитан магией. Я не была уверена в том, что в состоянии отделить новое от старого, но чувствовала, что магия вокруг сильно отличалась от магии вампиров или волшебников. Это была разница как между солнцем и луной.

Это была древняя магия — земная магия, магия влажной почвы и острой молнии, трав, незащищенных от ветра равнин в облачные дни, магия пыли и меха, и мускусного логова, и влажных листьев.

Это не было неприятно, но явное различие между этим покалыванием и магией, к которой я привыкла, нервировало меня. Это было даже более мощное покалывание, чем то, что я чувствовала вокруг тех немногих оборотней, которых знала.

Четверо мужчин-оборотней сидели вокруг старомодного, с виниловым покрытием, алюминиевого стола. Четыре головы поднялись, когда мы вошли в дверь, в том числе и Габриэля Киина. Он окинул меня быстрым взглядом, а затем медленно усмехнулся уголком рта. Я догадалась, что он обожал кожу. Осмотрев меня, он обратил свой пристальный взгляд на Этана, выражение лица сразу стало деловым.

Я старалась удержать свой взгляд на Габриэле, чтобы дать время остальным Альфам проверить вампиров, ступивших на их территорию.

Но мой быстрый взгляд дал мне основные детали — все трое были темноволосыми и широкоплечими мужчинами, которые не были в восторге от того, что вместе с ними в комнате, позади бара в Украинской Деревне, находятся вампиры. Наконец, Габриэль кивнул и указал на стену, на которой ничего не было, кроме маленьких, дешевых кино-афиш. Я последовала туда за Этаном и встала рядом с ним. Я не ожидала немедленных проблем, но все же обхватила рукоять своей катаны левой рукой, водя пальцами вдоль кожаной перевязи, движение, так или иначе успокаивающее меня.

Мне не пришлось долго ждать.

— Название игры, — сказал Габриэль, пододвигая колоду карт на середину стола, — Пяти-карточный покер с обменом. — Он дважды перетасовал карты и положил колоду обратно на стол.

Альфа, справа от него, с короткими темными волосами, квадратной челюстью и лицом, верхняя часть которого была скрыта солнцезащитными очками Авиаторами[15], наклонился вперед и ударил костяшками пальцев по колоде. С такими гладкими движениями, что можно было подумать, что он профессионал, Габриэль начал сдавать карты.