Вы слышали как поют эльфы? - Людмила Вовченко

И не на разрушение. На волю. Если я выиграю — ты снимешь Тиару. Если ты — я исчезаю. Навсегда.

Лана вздохнула:

— А если я просто кину в тебя козу?

— Тогда победа автоматически за тобой.

— Прекрасно. Условия устраивают. Только… я выбираю вид дуэли.

Он кивнул:

— Конечно. Удиви меня.

---

Через час всё поселение собралось у поляны. В центре — два стула. Перед ними стол. На столе — две ложки, две миски… и гигантская кастрюля борща.

— Что это? — спросил Архаэль, чуть напрягшись.

— Дуэль на стойкость, — весело объявила Лана. — Кто съест больше — тот и правит.

— Это… издевательство?

— Это — культурное погружение.

Первые три ложки он держался. На пятой — запотел. На седьмой — его магический шар завибрировал.

— Он сейчас… взорвётся? — спросил кто-то шёпотом.

— Не шар, Архаэль, — фыркнула Лана. — У него внутренняя борьба между гордостью и желудком.

На десятой ложке он сказал:

— Я… признаю… поражение. Но… борщ… могу я взять рецепт?

Толпа аплодировала. Коза подала салфетку. Лана поднялась с торжествующим видом:

— Народное оружие всегда побеждает.

Он поднял глаза:

— Ты… удивительная.

— А ты — упрямый. Останешься?

— Если ты позволишь.

Она посмотрела на него. А потом протянула вторую ложку:

— Добро пожаловать в семью. Завтра у нас блины. Надеюсь, у тебя крепкая душа.

Тиара тихо звякнула:

— Я бы на твоём месте волновалась. Блины готовит Роарк.

Архаэль кивнул торжественно:

— Если я пережил борщ, переживу и это.

---

Так Лана выиграла дуэль. Без магии. Без крика. Только ложкой и сарказмом.

И в этот момент она поняла: власть — не в могуществе. А в умении быть собой. И делиться борщом.

Глава 32.

Глава 32

Ночь после борщевой дуэли прошла мирно. Слишком мирно. Даже подозрительно. Ни одного визита таинственных эльфов, ни одного загадочного артефакта, ни даже крики в курятнике. Только Брынза храпела как дровосек, а Лана впервые за долгое время смогла выспаться. Ну почти.

— Лана, проснись! Там гости! — закричал Шустрик, влетая в хижину как торнадо на метле.

— Скажи, что это снова кто-то с сыром или магическими блинами… — простонала она, не открывая глаза.

— Это… дроу. И они не выглядят как продавцы блинов.

---

На границе поселения стояли трое. Высокие, тёмные, в броне цвета полночной луны. Один из них держал на плече… мешок. А мешок шевелился.

— Доброе утро, — сказала Лана, подходя. — Мы сегодня принимаем только по записи и с фруктами.

— Мы приносим плату за долг, — сказал старший дроу. — Один из ваших, юный оборотень, спас моего сына в прошлом. Мы должны были его отблагодарить. Но тогда не могли. Сейчас — можем.

Он сбросил мешок. Из него выкатился… человек. Точнее, подросток с ушами-острыми как у зайца, в доспехе, который больше напоминал кастрюлю.

— Привет! — бодро сказал он. — Я Дрю. Я ваш.

— Это ж надо, — пробормотала Лана. — Мы теперь приют для потерянных мальчиков-оборотней.

Тиара вспыхнула:

— Он не прост. В нём… огонь. Древний. Спящий. Но… связанный с тобой.

— Со мной?! Что ж такое, у меня что — тайный гарем по всей вселенной?

— Возможно, — мрачно пошутил Ванн’Эль, подходя сзади. — Мы же не знаем всех глав твоей прошлой жизни.

Лана уставилась на Дрю:

— Ты кто вообще?

— Эм… я сирота. Был в доме магов. Потом бежал. Потом встретил дроу. Потом заснул в мешке. А теперь вот вы.

— Классическая биография, — вздохнула она. — Ну что ж, добро пожаловать. Постель у тебя будет рядом с козой. Она любит навязывать своё мнение.

---

Вечером, когда все уже успокоились, Лана сидела у костра и говорила с Тиарой.

— Почему все дороги ведут сюда?

— Потому что ты — путь. Иначе бы не выбрала я тебя. Иначе бы не пели вокруг костра. Иначе бы ты не чувствовала, что наконец дома.

— Ну… дом с кричащим оборотнем, шепчущим магом и шпионом с выражением «я не ем борщ», но…

Она улыбнулась.

— Да. Это мой дом.

---

Но далеко в лесу, под чёрными корнями великого дуба, кто-то вскрыл древний свиток. Слова пробудили нечто старое. Тёмное. То, что когда-то пыталось подчинить Тиару себе.

И теперь оно знает, где она.

Где она — Лана.

Глава 33.

Глава 33

Утро выдалось ясным, с щедрым солнцем и бодрым запахом подгоревшей овсянки. Всё бы ничего, если бы не одна деталь: над лесом клубилось чёрное марево.

— Эй, это у нас новая мода? Туман на голову? — пробормотала Лана, выглядывая из окна и отплёвываясь от дыма.

— Это не туман, — мрачно сказал Архаэль, уже стоявший в полном облачении мага. — Это Заклинание Искажения. Его накладывают на местность, чтобы запутать, разделить… и напугать.

— Ну, поздравляю, напугать удалось. Я сейчас себе кофе в ботинок залью от страха.

Ванн’Эль выскочил из-за угла с огненным посохом, который больше напоминал гитару в стадии метаморфоза.

— Проверка звука прошла успешно! Где враги?! Я готов петь!

— Это война, не фестиваль, — пробурчал Элиор.

— Это и есть фестиваль. Просто с огоньком.

---

Первым ударил ветер. Он не просто дул — он пел. Странным, гулким, на непонятном языке. Камни трескались, трава ложилась, даже коза притихла.

И тогда Тиара вспыхнула так ярко, что даже у дроу глаза полезли на лоб.

— Это зов, — сказала она. — Магия, древняя как сама земля, требует признания. Она хочет знать, кто ты, Лана. По-настоящему.

— Ну… поющая хозяйка в банданке с козой. Этого мало?

— Мало.

И тогда Лана встала на камень. Подняла голос. Не мелодию — нет. Просто голос.

— Я — Лана. Меня не выбирали по крови. Не обучали в башнях. Я не знаю старых речей, но я умею смеяться, когда страшно. И петь, когда больно. Я — не идеал. Я — настоящая.

Тьма вздрогнула. Отступила на шаг. Зашипела. Но не ушла.

И тут вперёд шагнул Дрю. Маленький, с ушами торчком и выражением «сейчас я им всем покажу».

— Можно я?

Он встал рядом с Ланой. И завыл.

Нет, не как зверь. А как… магия. Его