Попаданка в деле, старушка в теле! - Елена Смертная

где-то через минуту раздался приятный взволнованный голос:

— Хель? Милая, это ты?

Секунда, и в зеркале отразился красивый силуэт женщины, которая казалась совсем молоденькой. Я бы дала ей лет тридцать, не больше, а ведь у неё двадцатилетние дочки. Аккуратные черты лица, зелёные глаза, копна уже знакомых синих волос и корона, усыпанная драгоценными камнями.

— Здравствуй, мама, – я постаралась тепло улыбнуться. Всё же непривычно называть матерью чужого человека, но надо постараться войти в роль.

— Я так волновалась! Слава Зелёным богам, с тобой всё хорошо! Я пыталась связаться через зеркало Лили, но твоя сестра сказала, что ты перебралась в другую комнату.

Королева выглядела на редкость взволнованной. Кажется, эти эмоции были не наигранными.

— Да, я ведь теперь на красном факультете.

— Я пыталась поговорить на этот счёт с леди Купрье, но она непреклонна. Настаивает, что правила есть правила. Даже для королевской семьи. Хотя после того, как она без нашего ведома отпустила тебя из академии, чтобы ты попыталась где-то там вернуть ледяного принца…

— Подожди-ка, – нетерпеливо прервала я. – Леди сказала, что меня не было несколько дней, потому что я пыталась вернуть Эрда?

— А это не так?

Взгляд матери стал заметно настороженнее и серьёзнее. Я же задумалась. Теперь понятно, почему она не рвалась меня искать. Думала, попытка вернуть «отношения» – это моя добрая воля. Неплохое прикрытие сварганила себе лисица Купрье. Как только Лили её не раскрыла? Ну ладно, это поймём потом. Пока что я решила, что не буду упускать козыри из рукавов. Подыграю.

— Ну да, если описывать в грубых чертах, всё так. Прости, что я заставила тебя поволноваться.

— Не понимаю, милая, зачем ты решила унижаться перед этим проходимцем? – куда тише добавила королева со вздохом.

— Наверное, потому что это была самая выгодная партия для неё, – раздался вдруг возле королевы басовитый строгий голос…

Глава 19. Здравствуй, папа

В отражении появился темноволосый бородатый мужчина, голову которого венчала крупная корона. Вот ему я уже могла дать все сорок-пятьдесят лет. Впрочем, король был весьма симпатичным, но красота была очень строгая. Он явно не из тех, кто прячет седину, а стареет с достоинством. Широкие плечи, военного типа фигура и хмурый взгляд. На лбу с годами появились мимические морщины, которые явно говорили о том, что человек много хмурится. Вот и сейчас он глядел на меня со всей строгостью из-под густых чёрных бровей.

— Здравствуй, Хелен, – как-то суховато произнёс король.

Его жена сидела за женским столиком, напротив которого и было зеркало. Поэтому мужчине пришлось наклониться, чтобы заглянуть прямо в отражение.

— Здравствуй, папа.

Сказала, не подумав. Едва произнесла это обращение, лица обоих родителей изменились. Королева посмотрела на меня шокированно, а вот король нахмурился пуще прежнего, но ничего не ответил. Однако я ощутила, как нас всех придавила атмосфера неловкости. Видимо, к нему Хель обращается как-то иначе. Неужели в духе «его величество»?

Поправлять меня не стали. Радоваться внезапному тёплому обращению – тоже. Просто проигнорировали, будто ничего и не было. Да и по одному взгляду стало ясно, что так называть короля больше не стоит.

— Что случилось у тебя с Эрдом? – хмуро спросил мужчина, пронзая меня взглядом, в котором я ощутила покалывающие нотки осуждения.

Хоть я и была женщиной закалённой, но когда на меня вот так смотрел король, даже я ощущала себя девочкой, которую отчитывают. А уж каково было Хель расти под таким вот взглядом – ума не приложу.

— Торий, зачем ты задаёшь ей сейчас такие вопросы? – возмутилась королева. – Девочка только вернулась в академию. От неё несколько дней не было ни слуху, ни духу. А ты сразу об этом своём ледяном драконе.

— Хватит, Офелия, – фыркнул король. – Твоя дочь пропадала, потому что пыталась вернуть упущенного жениха. Вот я и хочу узнать. Получилось?

Будем честны, мне стало противно. Уж не знаю всех тонкостей взаимоотношений в этой семье, но то, что отчим относился к Хель строго и без особой эмпатии, чувствовалось сразу.

— Нет. Мы с Эрдом окончательно расстались.

— Неправильная формулировка, Хелен, – с разочарованным вздохом ответил король. – Не «расстались», а ты его упустила.

Мне захотелось дать ему пощёчину прямо через зеркало. Я сжала зубки. Даже не пыталась показывать, что мне хоть немного стыдно. Уже набрала воздуха, чтобы возразить, но…

— Хватит, Торий, – холодно и строго вмешалась королева, и я заметила, как по кромке их зеркала начали расползаться ветви шипастых кустарников. Они тянулись к центру, словно Офелия таким образом говорила: «Не перестанешь грубить, вообще больше Хель не увидишь».

Король взглянул на жену, хмыкнул и сделал шаг назад от зеркала.

— Рад, что ты в порядке, – услышала я от него последнюю фразу, которая звучала как-то суховато для отца, что мог потерять дочь. Хоть и неродную, но им воспитанную!

Король, видимо, вышел из комнаты. Вся зелень тут же осыпалась, словно увяла и превратилась в пыль. Образ королевы более ничего не загораживало.

— Прости его, – мягко и виновато попросила она. – Ты знаешь Тория, он не умеет выражать свои переживания и эмоции.

Ох, не знаю. Недовольство от упущенного зятя он проявил очень отчётливо. Видимо, брак с Эрдом был политически выгодным. Может, король думал, что хоть так Хелен принесёт пользу. А она и тут умудрилась разочаровать.

Ух, как злит!

— Ничего.

— Почему ты вдруг назвала его папой? – вернув себе удивление, шепнула Офелия.

— Я… если честно, я потеряла память и даже не помню, как обращалась к вам. Решила, что это логично, назвать человека, который меня вырастил, отцом.

— Ох, да, Лили говорила об этом, но я не думала, что всё настолько плохо. Неужели ты не помнишь даже своего детства?

Я мотнула головой.

— Совсем ничего.

— Хелен, скажи мне честно, ты там в порядке? Не ври и ничего не скрывай. Если нужно, я прибуду в академию. Мы сможем попробовать восстановить твою память посредством зелёной магии. Я такого никогда не делала, но уверена, если смешать волю Зелёных богов с материнской любовью, что-нибудь да получится.

Я улыбнулась. Королева и правда звучала так, словно искренне заботится о своей дочери. Хоть что-то хорошее. Вот только вряд ли её магия поможет вернуть память, ведь Хель – не я. Поэтому от столь щедрого предложения стоило отказаться.

—