Непокорная на княжеском отборе - Яна Епринцева

Также планируются состязание по перетягиванию каната и стрельбе из лука.

На площади много народа. Все весёлые, наряженные, кто-то в масках различных зверей. Улыбчивые девушки, с разноцветными рядами бус, прямо поверх тёплой одежды, женщины в цветастых платках, степенные мужчины, румяные от мороза парни, в тулупах нараспашку, шустрые ребятишки с пряниками и яблоками в руках. Галдят, смеются, едят, пьют, сыплют шутками. Увидев князя, кланяются, вежливо приветствуют и его, и меня.

Молодёжь и детвора с хохотом катаются на снежных горах, устроенных в дальнем конце площади. Мощные мускулистые молодцы готовятся к бою, скидывая одежду и разминаясь.

Возле соломенных мишеней вижу парней, мужчин постарше и даже нескольких девушек с луками в руках.

– Они тоже будут стрелять? – спрашиваю тихонько у Улиты, показывая на девушек.

– А то! У нас самые лучшие лучницы! Охотницы, знаешь какие? Кунице в глаз с десяти шагов попасть могут! – радостно сообщает та, грызя большой мятный пряник.

День пролетает незаметно. Мы смотрим, как соревнуются бойцы и стрелки, наблюдаем за представлением, что устраивают ряженые, любуемся девичьими танцами и хороводами у костра, угощаемся пирожками и разнообразными закусками.

Бранибора всё время отвлекают, требуют судить, награждать победителей. И он щедро расхваливает удалых бойцов, стрелков, плясунов и артистов. При этом не забывает уделять мне внимание, рассказывая об обычаях, угощая и покупая у лоточников приглянувшиеся безделушки с символом праздника – Солнцем.

На меня же неизгладимое впечатление производят девушки, стреляющие из лука. Ловкие, уверенные в себе, они насмешливо поглядывают на парней, с которыми состязаются. Откидывают назад длинные косы, привычным движением выхватывают из колчанов стрелы, без видимых усилий натягивают тугую тетиву и, прицелившись, отправляют в самую серединку мишени. Стреляют они не хуже, чем представители противоположного пола, а порой и лучше.

– Вот бы и мне так научиться! – восклицаю, ухватив за руку, стоящего рядом князя.

Он оборачивается и пожимает плечами.

– Чего же… Научу, коли желаешь. Только припроси, Настя, – улыбается лукаво и заглядывает мне в глаза.

Глава 20

К вечеру возвращаемся в терем, погреться и поужинать. Несмотря на то что на улице крепкий мороз, я почти не замёрзла, а долгое пребывание на ногах не вызвало сильной усталости. Хотя обычно всё иначе.

Всё-таки в этом мире я совсем не такая слабая и немощная, как дома. Там даже осенью зябла на улице, а после более-менее длительной прогулки ноги гудели. Здесь же весь день носилась по заснеженной площади и что же? Чувствую себя бодрее, чем утром!

После ужина усаживаюсь возле печки, поглядывая то на огонь, то на князя, который занимается приготовлениями. Он принёс из соседней комнаты небольшой ларец и теперь перебирает предметы, лежащие в нём.

– А где же мы будем ворожить? – спрашиваю, разглядывая мешочки и свёртки, что Бранибор достаёт из ларца. – Прямо в доме?

– Что ты, душенька моя! Моя светлица для такого гадания — место непригодное. Нам в потусторонний мир заглянуть требуется, а это, знаешь ли, не обыденная бытовая ворожба. Здесь силы природные, мощные, магические, просить о помощи надо.

– На улице? – спрашиваю и невольно передёргиваю плечами, потому что по телу пробегает озноб.

Вспоминаются книги со страшными историями, в которых девушки гадали в полночь в пустых, заброшенных банях, встречаясь лицом к лицу с нечистью.

– В лес пойдём, – небрежно бросает Бранибор и продолжает своё занятие.

Сердце моментально подскакивает и пускается вскачь. Ночью в тёмный, заснеженный лес! А Улита ещё говорила, что там нечисти полно, желающей утащить, любого, кто сунется к ней во владения. Это днём мне её слова показались наивными байками, а вот во мраке ночи сразу же приобрели пугающий смысл.

– Да ты не пугайся, краса ненаглядная! Со мной в лесу тебе ничего не угрожает. И мы далеко забредать не станем. Сразу за речкой у перепутья дорог остановимся, – мужчина замечает моё волнение и пытается успокоить. – Выхода нет другого. Либо, если хочешь, обойдёмся без ворожбы. Я вызову твоего обидчика на поединок и убью в честном бою.

– Что ты! Нет! Не надо его убивать, я уже передумала! – восклицаю испуганно. – Да и… Не хочу я… Чтобы ты пострадал…

– Я не пострадаю. Ему со мной не сладить, – Бранибор ухмыляется и расправляет плечи.

– Ага, это если в честном бою! А от Игоря всего можно ждать, у него и оружие имеется, если на то пошло. И не меч, как у тебя, а пистолет. Он на расстоянии убивает. Да и охрана вооружённая!

Князь прищуривает глаза и внимательно разглядывает меня несколько секунд. Потом, подумав о чём-то, кивает.

– Добро, не буду убивать. Как прикажешь, душа моя. Тогда в лес одна дорога. Или ты уже передумала мстить? А то я не против, просто моей становись и заживём счастливо, детушек нарожаем.

– Не передумала. Идём в твой лес! – вскакиваю с лавки и хочу взять шубку.

– Постой, – Бранибор не даёт этого сделать.

Он в одно мгновение подскакивает ко мне и заключает в богатырские объятия.

Охаю и замираю, вмиг все мысли выскакивают из головы, а тело охватывает слабость. Какой он огромный! Я как кукла в его руках, маленькая и беззащитная.

– В чём дело? – бормочу еле слышно, упираясь ладонями в широкую грудь.

Князь меня с ума сведёт своими объятиями! Оказавшись так близко к большому телу, я просто дурею от его неприкрытой силы, от терпкого мужского запаха.

– Нельзя нам ночью в лес идти просто так. Нужно один ритуал провести, а то мало ли что…

Смотрит на меня сверху вниз горящими глазами.

– Какой?

– Поцеловаться нам надобно.

– Что? – выдыхаю недоверчиво. – Это что за ритуал такой?

Бранибор поднимает ладонь и осторожно ведёт по моей щеке кончиками пальцев. Мурашки удовольствия вмиг разносятся по телу, поднимая кверху волоски.

– Я с тобой своей энергией поделюсь, а ты со мной – своей. Так, мы не разминёмся в темноте, не потеряемся. И если кто из тайного народа на тебя глаз положит, то забрать не сможет. Потому так запах мужской почует.

– Ну если так...

Князь неожиданно обхватывает мою талию большими ручищами и легко, как пушинку приподнимает вверх, так чтобы наши лица оказались на одном уровне.

– Ой! Что ты делаешь? – вырывается испуганный возглас. – Поставь меня на место!

– Поцелую и поставлю. По-другому не получится, мне в три