Житие попаданки. Лес - Дара Хаард

такого роста не замечала. Да и двор заметно расширился и стал ухоженным. Может магия поможет быстрее вернуть тот домик, что я видела, когда открыла сюда огромные ворота. Тем более, кошак говорил, что это место силы алайи и тут проходили обучение дети, учась собирать силу и работать с ней. Кивнула сама себе соглашаясь. Работать руками это, конечно, хорошо, но, если моя задача не в этом? Если я должна магию в себе взращивать, а не грядки копать.

Чтобы взбодриться попыталась присвоить еще блесток, которые плясали прямо в воздухе и на удивление получилось очень легко. Опять хапнула заряд бодрости и резво подхватив ведра, понеслась к реке. Мне показалось, что даже мозги стали лучше работать, отмечая малейшие изменения в округе и помогая в размышлениях, о том, что все же вокруг меня происходит. Меня призвала мать кошака, сама при этом она погибла. Нужно спросить у него, если наиры считали алай недругами, зачем она меня вызвала. Неужели эйфар который погиб, когда упал в лианы, был таким страшным врагом. Собирать по крохам информацию раздражало, я не видела всей картины в целом и не могла понять, что делать дальше. Вернее, я знала, что нужно выживать, но как это сделать лучше, я не знала.

Если алайи создали этот лес, значит, мое появление тут что-то сдвинуло, качнуло маятник, что там еще может сделать один камешек, чтобы спустить лавину. Очень хочется сдвинуть ее в нужную сторону, мне тут еще жить.

Перед моим взором кружились блёстки, собираясь в круговороты, как гипнотический круг, который затягивает взгляд, интересно это так и должно быть…

В целом мне совершенно нечего переживать. Пусть в этом мире меня не встретил волшебник и не подарил все на блюдечке, я неплохо устроилась. Есть дом, который меняется с каждым днем, магия, которую буду изучать и помощники, которые не дают мне сойти с ума от работы. Я могу свернуть горы, и моря проплыть, если захочу. Улыбка сама собой появилась на моих губах. И чего с утра хандра заела, все прекрасно! Я жива, здорова, молода и вся жизнь у меня впереди. Будет у меня еще дом нормальный, и магия мне покорится! Да!

Я быстро преодолела промежуток пути до речки. Там набрала воды в ведра. Умылась, поплескав на лицо ледяной водой, подхватила ведра, и не ощущая их тяжести, припустила к домику. Мне казалось, что в лесу стало светлее, птички поют красивее, а шаловливый ветерок, специально обдувает разгоряченное лицо.

Когда подходила к калитке, которая теперь у нас тоже есть, услышала грозный драконий рык и удивилась. Чего они там не поделили опять, я подумала, что вернулся наир. Я не стала спешить, аккуратно поставила ведра и пошла за домик, где у нас была коптильня. Вот я им сейчас…

Но это был не кот. Огромный детина, стоял ко мне спиной и нависал над прижавшимися к друг другу драконами. Взрослые парни были испуганы, а вот я разозлилась. Как это понимать?! В мой двор спокойно вошел какой-то громила и обижает моих драконов! В крови еще бурлила магия, а в груди горела храбрость. А подхватила первый попавшийся камень, который остался от сборки печи и подпрыгнув, довольно высоко, шмякнула камень на затылок пришельца. Отскочила и настороженно ждала, когда эта груда мышц завалится. Но шли секунды, и мужик, стал поворачиваете ко мне лицом, совершенно не собираясь падать в беспамятство от моего удара. А мне показалось, что череп у него хрустнул… или нет. Драконы ожили, увидев меня и, вытаращив глаза, ломанулись в мою сторону.

‒ Отшельник, она не виновата! ‒ выкрикнул Индир.

Я сглотнула, когда он повернулся ко мне, и замерла не в силах отвести от его прекрасного лица взгляда. Передо мной стояла ожившая мечта. Высокий, сложенный как бог, с сильными руками, широкими ладонями на которых я спокойно могу сидеть как на табурете. Кожаная жилетка обтягивала все его мускулы, а штаны на длинных ногах, вообще афродизиак для моего давно потухшего либидо.

А какие у него глаза… озера, в которых можно утонуть… а брови? Они черными росчерками выражают всю степень его офигевания, приподнявшись к волосам. На левой щеке шрам, который полумесяцем соединял кончик брови и его красивые губы. Он не портил его, а придавал спокойную мрачность и выдавал трагедию, которая точно произошла в его жизни. Красные четко очерченные губы, которые хотелось целовать и узнавать их вкус, квадратный подбородок, который говорил об упрямом нраве и придавал ему еще больше мужественности. Все в нем заставляло мое сердечко трепетать, а ноги делало ватными и слабыми. Наши взгляды встретились, словно соединились тонкой, невидимой нитью, его губы приоткрылись, и раздался желанный полный грубой силы голос:

‒ Откуда тут самка?

Глава 9

Самка? Самка?! У меня словно пелена с глаз упала. Смотрите-ка, эстет выискался, и не красавец вовсе! Пришел, понимаешь ли, драконов моих обижает, еще и обзывается.

‒ Самки у вас в деревне, неуважаемый, а я Виктория Германовна и прошу вас на выход. ‒ Я свободной рукой, указала в сторону калитки. ‒ Дверь там!

Мужик прифигел от моих слов, большие глаза стали еще больше, а потом… началась магия. Я видела, как блестки собрались возле пришельца и подхватив его, кубарем вымели с моего двора. Мы с драконами неслись следом за барахтающимся мужчиной и переглядывались, не понимая, что происходит.

Вернее, я поняла, что блестки выполняли мое пожелание, а вот драконы пытались хватать своего угнетателя за руки и ноги и держать. Надо сказать, пришелец вел себя достойно, молча цеплялся за все поверхности, не желая покидать мой двор. Мужчина покатился по траве, за ним с шумом захлопнулась калитка. Я наблюдала, как блестки еще покружили смерчем, а потом рассеялись. Мужик тут же быстро вскочил, повернувшись к нашей тройке. В его глазах бушевала ярость, думаю, давно ему никто слово поперек не говорил, да и физически такой громила соперников наверно не находил. Его взгляд обвел двор, нашу троицу, замершую, напротив, а потом его фигура потекла, изменяясь и увеличиваясь, через какую-то секунду перед моей калиткой стоял огромный черный дракон. Если Индира и Ласа я посчитала большими, то этот был в несколько раз больше.

Небольшой пяточек перед моим двором был ему мал и деревца со крипом