Учитель поневоле. Курс выживания - Евгения Решетова

мной, а мне – рассказывать о себе. Рано или поздно вы меня покинете, уйдёте в мир, а уже там решите всем поведать обо мне. Нет, не стоит.

– Слушай, Вискас, мы и так знаем, как тебя зовут, где ты предположительно жил и кем являлся! Неужели ты думаешь, что мы настолько глупы, чтобы не сложить два и два? – я замолчала, потому что чуть не проворонила последний кусочек, чудом отобрав его у серого эгоиста. – Всегда найдётся тот, кто расскажет о тебе. А я любопытная. Не скажешь сам, все равно узнаю! Тем более, ты чуть не убил Пушка! – уточнять степень этого «чуть» я не стала. – Ты нам должен!

– Я вас накормил! – взвился парень.

– Баба Яга тоже кормила, только ей это не помогло.

– Кто? – показал полное незнание мифологии другого мира Вискас.

– Забей… Забудь, в смысле, – как я могу объяснить ему, кто такая самая мудрая женщина моего мира? Проще не обращать на это внимание. И не зацикливаться. – Так ты будешь нам что-то рассказывать?

Он нахмурился, покачал головой:

– Вы мне не поверите…

– Слушай, Вискас, вот это – кот, – я ткнула в котяру пальцем. – Говорящий кот! Ты раньше мог себе представить, что увидишь говорящего кота?

– Н-нет…

– А я иномирянка, причём из немагического мира.

– Но…

– Вот именно! «Но»! Здесь у меня открылась магия…

– Я видел, – не упустил он возможности вклиниться.

– А общий уровень моей магии – два лу, – торжественно закончила я.

Вискас нахмурился, приоткрыл рот, словно подсчитывая что-то, затем покачал головой и возразил:

– Я не маг и могу ошибаться, но то, что ты там сотворила намного больше нижнего школьного порога!

– Ага, – я потянулась к кувшину с водой. – Здорово, да? Вот видишь, ты мне не веришь, а говорил, что это я не поверю!

Он вдруг рассмеялся. Весело так, живенько, будто глыбу из гоблинской пустоши с плеч сбросил.

– Хорошо, ты выиграла. Я расскажу тебе свою историю. Но предупреждаю, она не весёлая и конец далёк от счастливого, – настроение Вискаса резко упало. – Всё началось много лет назад, когда я был юным и глупым. Мои родители умерли, поэтому именно мне предстояло стать тем, кому подчиняются здешние леса. Но я относился к этому легкомысленно. Не ценил, не осознавал того, что было даровано, предпочитая развлекаться охотой и балами. А ещё я много путешествовал, – теперь парень улыбался, даже немножко мечтательно, будто вспоминая счастливые годы. – Конечно, для всех будущий Владетель Рискангских лесов учился, постигал науки других государств, но все было не так. Я не допускал и мысли, что обязан кому-то… А потом, однажды, моя жажда приключений занесла меня в Рудон, в княжеский дворец. Это потрясающее место, с которым ничто никогда не сможет сравниться! Даже королевская усадьба – это просто дом для жизни, не представляющий из себя ничего особенного… Там-то я и встретил её. Увидел один раз и понял, что пропал навсегда. Но ей и дела не было до взбалмошного повесы, она мечтала о высоком, серьёзном, готовилась быть правой рукой князя. Зачем ей тот, кто даже не видит смысла в своей жизни?

– Как интересно, – прошептала я, оставив в покое ложки-вилки-чашки. Зачем мне они, если тут драма!

– Я всячески пытался добиться её расположения. А потом пришёл день, когда я понял, что все напрасно, – Вискас вскочил и зашагал по комнате. От стены к стене, три шага туда и обратно. – Она не принимала моих цветов, подарков, возвращала их или отдавала слугам. А время шло, мне нужно было становиться тем, кем я был по праву рождения. И я уехал, понимая, что она никогда не покинет моего сердца…

– И что? – не выдержал драматической паузы Пушок.

Внезапно на лице нашего временного кормильца возникла такая счастливая улыбка, что я даже испугалась – а не сбрендил ли он? Но нет, одухотворенное выражение лица и ясный взгляд говорили, что он вполне адекватен. По крайней мере, пока что.

– Она сама нашла меня. Сказала, что не хотела быть со мной, противилась своим чувствам, но стоило мне уехать, как осознала, что без меня ей не жить. И рванула в Рисканг, даже не сказав никому обо мне. Это были лучшие месяцы моей жизни… Мы разговаривали дни и ночи, наверстывая все то, что упустили за время её холодности и пренебрежения. Она была готова сказать отцу, что не вернётся домой, что останется со мной, станет хозяйкой леса, когда, – он замолчал. Ни я, ни Пушок его не торопили, понимая, что парень сейчас вспоминает нерадостные события. – Князь решил, что она должна выйти замуж за того, кого выбрал он.

– Да этот князь последним гадом был! – вспылила я. – Сын один ему не такой, второй тоже мордой лица не вышел, дочку замуж насильно! Да что ж за человек он был!

– Откуда вы взяли, что она была дочерью князя? – испуганно-подозрительно осведомился Вискас.

– Так это… Я только про её пропажу и знаю, – пожала плечами.

И правда, с чего это я решила, что он про Ари-то говорит? Будто во дворце девушек мало!

– Пропажу? О чем вы?

– Не отвлекайся, рассказывай, – поднялся профессор и произнёс успокаивающим тоном. – Сначала ты, потом мы.

– Вы правы, моей избранницей стала княжна. И я даже сам просил её руки у князя, но тот отказал. Мы с Ари бежали, но по дороге с нами случилось нечто странное… – он снова сел на свою грубо сделанную кровать, смял ладонью выцветшее от времени покрывало, выдохнул резко и продолжил. – Ари маг с очень большим резервом. Единственное, что ей никогда не удавалось, – это порталы. Но её непутевый брат уже в те времена делал неплохие артефакты. Он дал ей один из них, который она сама настраивала для перемещений и…

– Постой, – протянула я. – Ты это кого непутевым назвал?

– Исхана, – мотнул головой Вискас. – У меня в те годы не было мозгов, но этот совсем безбашенный! Ари любила брата, но таких запирать подальше от людей нужно!

– Варя, стой! Варя, сидеть! – взвизгнул котяра, повиснув на моей руке. – Он дикий, он просто не знает, что говорит! Успокойся, дурная!

– Варвара? – недоумение того, кого я хотела порвать на кусочки, несколько остудило мой пыл.

– Слушай меня, маленькая хрустящая подушечка, Исхан Роднес – самый лучший, самый честный, самый невероятный из тех, кого я встречала! И говорить о нем плохо я не позволю! Ты сам не образец добродетели и святости, чтобы пытаться очернить его!

Я села, сверля его негодующим взглядом. Пушок успокаивающе погладил меня по ноге и пояснил ошеломленному моей вспышкой недомонстру:

– Исхан – Варин жених.

– Что? Серьёзно? Он вас пытал? Угрожал? Или… О, простите, –