Отвергнутая невеста. Хозяйка заброшенного дома (СИ) - Фрес Константин

Как будто ничего особенного в этом не видит.

И вся одежда сидит на нем просто идеально.

Ни складочки лишней. Как вторая кожа.

«Словно его прямо в этом костюме положили на гладильную доску и хорошенько проутюжили с паром, — подумала я. — Так, Эрика! Держи себя в руках! Ты что, смазливых мальчишек не видела? Да, признаюсь. Это самый смазливый мальчишка из всех виденных мной. Но растекаться сладкой лужицей? Фу-фу-фу!»

Отец больного мальчика меж тем осторожно сгреб сына с операционного стола и унес его в свою повозку, на которой они всем скопом приехали.

Работник увел рыдающую мать пациента. У нее то и дело ноги подкашивались, и он просто волок ее на себе.

Затем он быстро вернулся.

В его руках был увесистый узелок с серебром. Куда больший, чем мешочек с деньгами, который законник стряс с Юджина.

— Хозяин велел кланяться, — протараторил работник. — Просит прощения! Жена раскисла, ну, сами понимаете! Сына надо скорее везти домой, в постель уложить. Но он не хочет, чтоб вы думали, что он неблагодарный!

— Я так не думаю, — мягко ответила я, принимая оплату. — Я все понимаю.

— Хозяин сказал, что еще отблагодарит вас, — продолжил работник. — Только спрашивает, где вас искать?

— В старом заброшенном доме, — ответила я.

У работника просто физиономия вытянулась.

А Кристиан присвистнул.

— В доме с привидениями, то есть? — уточнил он. Я невольно поморщилась.

— А производите впечатление здравомыслящего человека, — укорила его я. — Ну, какие привидения? Обычный старый дом.

— И очень хороший и красивый! — вступилась Рози.

— Там точно нет привидений? — вклинился работник. Больше, думаю, от любопытства, чем из страха.

— Нету там никаких привидений! —дерзко выкрикнула Рози. И лицо у нее было честное-честное. Сразу видно, что врет. — Зато там есть ванна с горячей водой!

— Люди болтают вздор, — поддакнула я. — Наверное, отец нарочно распространил слухи, чтоб дом не разорили.

— А, так это ваш дом? Вы не просто живете там, он вам принадлежит? — удивился Кристиан. — Ваша фамилия… Эванс?

Вот тут, признаюсь, он меня удивил.

— Откуда вы знаете…

— Слышал кое-что о вашей семье, — туманно ответил он, продолжая рассматривать меня.

Ну, ясно, какого рода информацию он обо мне слышал!

Я чуть со стыда не провалилась!

Кристиан перевел внимательный взгляд на девочку.

— Ваша дочь? — вдруг резко спросил он.

От его простого вопроса меня в жар кинуло.

Потому что в его голосе мне послышалась такая ревность, что кровь чуть не закипела у меня в жилах.

— Моя прислужница! — резко ответила я. — И, если желаете, моя воспитанница. Да, так будет верно. Но вам-то что за дело?

— Ничего, — улыбнулся Кристиан. — Просто спросил. А здесь-то вы зачем? У этого горе-лекаря? С вашим умением, с вашими знаниями…

— Мои знания не распространяются на то, как обработать дерево, — еще более грубо ответила я. — Видите же, девочка нездорова. Я рассчитывала, что врач поможет наложить шину. Или посоветует мастера, который смастерит креслице с колесами…

— Креслице? — переспросил Кристиан.

— Ну, чтоб Рози могла на нем передвигаться… а, неважно!

— Пойдем скорее домой, Эрика?

Рози тянула меня за руку.

Она впервые назвала меня по имени.

Без уважительного слова «госпожа». Словно чувствовала мое смятение. И пыталась ободрить и поддержать.

— Мы ведь с тобой не скажем ничего Ивонне? — прошептала я. — Наши приключения останутся только нашими?

Одно дело обводить вокруг пальца маленькую Рози. И совсем другое — Ивонну, которая бог знает сколько времени жила в доме. И знала Эрику как облупленную!

Она нипочем не поверит, что Эрика, изнеженная папина дочка, провела операцию, строя при этом всех, кто попался ей под руку!

— Но она сама увидит кровь на одежде, — прошептала Рози, тревожно заглядывая мне в глаза. — И что мы ей скажем?!

***

У Синеглазки был простой, но добротный экипаж. Коляска с откидным верхом.

И конь хороший впряжен.

Тонконогий, но сильный, злой.

Так что по городу мы прокатились с ветерком.

И почему-то мне казалось, что молва о том, куда Синеглазка везет новоявленного врача — меня, — бежит впереди нас.

Люди на улицах оборачивались на нас с удивлением.

И мне почудился даже внимательный, цепкий взгляд законника из-под лохматых бровей.

Я словно наяву услышала его сердитую воркотню:

— Не натвори глупостей, девочка!

«Не натворю», — твердо пообещала я невидимому собеседнику.

И моя совесть, разбуженная воображаемой руганью законника, затихла.

Ивонна уже вся извелась, поджидая нас с Рози.

Она сидела на крыльце, завернув хнычущего Итана потеплее, и с тревогой вглядывалась меж садовых деревьев на дорогу.

— Слава богу, госпожа Эрика! — воскликнула она, стоило только коляске Синеглазки-Кристиана затормозить у входа в дом. — А я вся извелась! Думала, с вами что дурное приключилось!

— Ничего дурного, Ивонна, — ответила я, тщательно пряча взгляд от внимательной старухи.

Потому что она рассматривала Кристиана с еще большей внимательностью, чем меня.

— Мы много денег привезли! — затараторила Рози, прыгая по металлической лесенке экипажа вниз. — Просто о-о-огромный кошель!

И с этими словами она, подскакивая на своем костылике, подбежала к Ивонне и потрясла у нее перед носом раздувшимся кошельком.

Та так и ахнула, судорожно прижав к себе младенца.

На глаза ее навернулись слезы.

— Ах! — только и смогла вымолвить она. — Откуда столько?..

— Алименты от отца ребенка, — сухо пояснила я, осторожно принимая у нее Итана. — Законник вытряс их с Юджина.

Это был наш с Рози тщательно разработанный план.

Она отвлекает Ивонну кошельком — я беру Итана и скрываю бурые пятна на своей одежде его пеленками.

Вроде, прокатило…

— А еще мы столько всего купили! — продолжила щебетать Рози. — Столько еды!..

Кристиан, сложив вожжи, спрыгнул с облучка и достал из коляски нашу корзину.

И вручил ее Ивонне чуть не с поклоном.

Да, он тоже участвовал в нашем с Рози плане.

Только добровольно, без сговора с нами.

Ивонна снова ахнула и залилась слезами счастья.

Дрожащими руками она приняла тяжелую корзину у Кристиана. Рассматривая припасы, хлеб, разноцветные ткани, она только всхлипывала и кланялась Кристиану. И слова не могла вымолвить.

А тот с интересом рассматривал дом.

— Ну, что я говорила?! — радостно воскликнула Рози, заметив его интерес к нашему жилищу.

— Красивый же он?! Красивый?!

Кристиан только качнул головой.

— Да, — с некоторым удивлением в голосе согласился он. — Дом и в самом деле красивый. Вовсе не зловещая пещера, как поговаривают о нем в народе.

— Люди скажут тоже, — проворчала Ивонна, совсем позабыв, что говорила не так давно о доме сама. — Не желаете ли чаю, господин? Я немного прибрала на кухне. Конечно, до порядка еще далеко, но…

— Благодарю, но нет, — слишком поспешно ответил Кристиан.

Его отказ почему-то пребольно резанул меня по сердцу.

Одно дело — сказать, где я живу, и совсем другое — показать.

Дать рассмотреть во всех деталях свою неприкрытую нищету. И самой увидеть огромную пропасть между нами.

Между собой, жалкой нищенкой с незаконнорожденным младенцем на руках, и им, блестящими молодым человеком.

Как мне показалось, и на ребенка Кристиан посмотрел слишком уж… долго. Оценивающе, что ли.

Да, сомнений быть не могло.

Синеглазка точно знал, кто я. Точно знал, почему я тут. В его глазах я была падшей женщиной, легкодоступной.

Легкой добычей.

А мне очень не хотелось бы, чтоб он так думал!

— Брезгуете? — резковато спросила я, укачивая хнычущего Итана.

Кристиан с интересом глянул на меня.

— Тороплюсь, — напомнил он. — Вы забыли? У меня лекарство для моего друга. Ему плохо без этих примочек, а я и так порядком задержался. Так что разрешите откланяться. Но, думаю, мы еще увидимся? И уже в ближайшее время?