Линси Сэндс - Поцелуй в ночи

Не веря своим глазам, Рейчел увидела, как блондин поднес кровь ко рту — в тот же миг его клыки удлинились, и Этьен впился в пакет, так что она задохнулась от ужаса. Красная жидкость начала стремительно исчезать, словно втягивалась в зубы.

Не прекращая своего занятия, Этьен нагнулся к холодильнику и протянул ей второй пакет.

— М-м?

Надо понимать, это было приглашение. Рейчел хотелось засмеяться. Хотелось истерически расхохотаться над всей этой несуразицей, демонстративно повернуться к блондину спиной и продолжить рыться в его шкафу. Однако на нее снова накатило то самое необъяснимое желание, да так, что у нее мучительно подвело живот и засосало под ложечкой. Но что еще хуже, когда в воздухе поплыл едва уловимый запах крови, у нее во рту начало происходить что-то непонятное. Гаррет ощутила какое-то странное движение, хотя «странное» — это еще слабо сказано. Нет, ей не было больно, просто рот словно распирало изнутри. И вдруг что-то укололо ее язык. Вздрогнув от неожиданности, Рейчел открыла рот и пощупала, что там внутри.

— Ой-о-ой! — пискнула она, почувствовав, как выдвигаются ее клыки.

Она метнулась от шкафа в ванную и подлетела к зеркалу. Увиденное повергло ее в настоящий ужас.

— Это какой-то фокус, — упавшим голосом пролепетала она.

— Нет, это не фокус, — заверил Этьен, войдя вслед за ней в ванную. — Бастьен сегодня порылся в литературе и сказал, что некоторые люди довольно быстро перевоплощаются. Первое, что меняется, — это зубы. Вскоре ты будешь лучше видеть в темноте, лучше слышать… ну и все в этом роде, — туманно закончил он.

Гаррет перевела взгляд на его отражение и оторопела от недоумения: хозяин дома отражался в зеркале! Он стоял прямо за ее спиной, и в зеркале отчетливо виднелись его голова, шея и плечи.

— Вампиры не отражаются в зеркале, — упрямо заявила она. Это была отчаянная попытка ухватиться за соломинку, но Рейчел и была в отчаянии.

— Бабушкины сказки. — Этьен улыбнулся. — Видишь, ты спокойно можешь краситься.

Но его слова не возымели должного действия. Вместо того чтобы успокоиться, Рейчел совсем сникла.

— Я мертвая.

— Ты вовсе не мертвая, — терпеливо возразил Этьен. — Я превратил тебя в вампира, чтобы спасти от смерти.

— Спасибо большое! Ты меня убил, чтобы спасти от смерти. Железная мужская логика, — в сердцах буркнула она. — Похоже, отпуск на Гавайях отменяется. Черт! А я в кои-то веки нашла купальник, в котором не похожа на Годзиллу.

— Я тебя не убивал, — снова повторил блондин. — Это Паук…

— Паук? Тот полоумный в военной форме? — перебила его Гаррет. Перед ее глазами возник образ парня, размахивающего топором. Насупив брови, она исподлобья глянула на отражение Этьена. — Надо было дать ему отрубить тебе голову. Тогда я хотя бы не превратилась в бездушную зомби.

— Ты не бездушная, — поправил ее Этьен. Его терпение явно начало иссякать. — Паук тебя ранил, ты умирала, и мне пришлось тебя перевоплотить, чтобы сохранить тебе жизнь.

— Если у меня и пропала душа, то я этого не чувствую.

Подавшись к зеркалу, Рейчел вздернула верхнюю губу и потыкала пальцем свои новые клыки.

— Она у тебя не пропала.

Даже не повернув головы в его сторону, Рейчел принялась рыться в тумбочке под раковиной. Лучше всего ей бы подошли плоскогубцы, но она, само собой, и не надеялась их здесь найти. Самое большее, на что она могла рассчитывать, — это маникюрные щипчики. Отыскав две пары, Рейчел выбрала ту, что побольше, и нагнулась к зеркалу.

— Ты что, совсем? — вскрикнул хозяин дома и вырвал у нее щипцы, как только увидел, что она ухватила ими кончик зуба и попыталась его выдернуть.

— Я не хочу быть вампиршей, — огрызнулась Рейчел и попробовала отнять у него щипцы, но Этьен отставил их на вытянутой руке, чтобы она не смогла дотянуться.

Повернувшись к нему спиной, Рейчел снова принялась рыться в ящике. На этот раз у нее в руках оказалась пилочка для ногтей. Глядя в зеркало, она принялась пилить клык.

— Зря стараешься — он снова нарастет, — угрюмо предупредил Этьен. — И быть вампиром не так уж плохо.

— Ха! — отозвалась Рейчел, продолжая пилить зуб.

— Ты никогда не состаришься, — воодушевленно начал перечислять Этьен, — никогда не будешь болеть, никогда…

— Никогда не увижу дневного света, — раздраженно перебила Рейчел, смерив его свирепым взглядом. — Ты хоть знаешь, сколько я добивалась того, чтобы меня перевели в дневную смену? Три года! Три года я работала по ночам, а днем мучилась бессонницей. И когда наконец меня повышают в должности и предлагают дневную смену, ты превращаешь меня в ночную тварь! — Ее голос повышался с каждым словом, пока не перешел в визг. — Ты обрек меня на вечную ночную смену! Ненавижу!

— Днем ты тоже можешь выходить на улицу, — сказал Этьен, но в его голосе не было особой уверенности, из чего Рейчел заключила, что он просто хочет ее успокоить. Но ей было не до того, чтоб уличать его во лжи: все ее мысли уже крутились вокруг того, что можно и чего нельзя делать вампирам.

— Чеснок! — Ее глаза недоверчиво расширились. — Я же обожаю чеснок, а теперь мне нельзя…

— Можешь есть чеснок, сколько душе угодно, — перебил Этьен. — Поверь, это просто очередной вымысел.

Не зная, верить ему или нет, Рейчел смерила Этьена пристальным взглядом:

— А что насчет церкви?

— В смысле? — не понял он.

— В церковь мне можно ходить? — спросила она с расстановкой, словно разговаривала с дурачком. — Мы с родителями каждую неделю ходим на мессу, но вампиры…

— Ты можешь ходить в церковь, — с видимым облегчением заверил ее Этьен. — Это тоже люди выдумали. На самом деле церковные принадлежности и святые места нам нисколько не страшны.

Он явно ожидал, что эта новость ее обрадует, но его ожидания не оправдались. Плечи Рейчел снова поникли.

— Блеск. А я-то надеялась, что у меня появится уважительная причина прогуливать мессу. Отец Антонелли как начнет говорить, так его не остановишь. Но если бы при входе в церковь мне грозила перспектива взорваться столбом пламени или еще какой-нибудь конфуз, то даже мама не стала бы возражать. — Рейчел испустила удрученный вздох. — Не вижу я в этом перевоплощении никаких плюсов.

Этьен озабоченно наморщил лоб. Наверное, ему больше нравилось, когда она злилась.

— Как это не видишь плюсов? — спросил он. — Ты жива и проживешь еще… много лет. Ты никогда не состаришься, и…

— Ты повторяешься, — холодно заметила Рейчел и, протиснувшись мимо него, вышла из ванной.

— Куда ты? — озабоченно спросил Этьен, следуя за ней по пятам.