Александр Бромов - Поиски

— У меня руки затекают, можно мы пойдем? — поинтересовался герцог, — И скажите всем, что Лас терпеть не может абсолютно никакого внимания. Иначе он больше не будет приходить к ним, — пригрозил ашурт, — Люди, дайте нам жить спокойно!

Старик сделал над их головами какой-то знак и отступил в сторону, пропуская демонов ко дворцу, но Сантилли открыл портал и шагнул в него. Толпа снова повалилась ниц, а нустий застыл с открытым ртом. «А вот так вам!», — мстительно подумал ашурт, совершенно не задумываясь о последствиях.

«Что у вас?» — это было первое, что он спросил у отца, выходя в их с Ласом комнате.

«Нашли три повозки, двоих взяли живыми и хозяина дома, где они остановились».

Хорошая охота.

«Что за дым?».

Но Найири, отговорился делами, пообещав все рассказать потом.

Демоны принялись ждать. Сантилли помог другу вымыться и сам искупался, торопливо смывая пыль и грязь. Спина Ласа сзади уже зажила, а вот впереди смотрелось еще жутковато, хотя кости уже заросли мышцами. Нормальная у принца регенерация, зря он переживает. К полуночи будет, как новенький.

Вовремя они все же успели, еще полчаса и низших можно было выпускать на охоту. Герцог позволил себе вздохнут с облегчением. Что они там возятся так долго?

Не умеет он вот так вот ждать. Это не в засаде и не охоте, когда можешь часами лежать неподвижно. Сантилли принялся мерить комнату шагами. Лас заснул. Пусть отдыхает. «Мальчишка! Чуть не погиб! Ну, ты у меня еще получишь!» — мысленно пригрозил другу ашурт, понимая, что ничего он ему не сделает и, радуясь про себя, что все обошлось.

Чтобы как-то скоротать время, Сантилли сгонял стражника за книгой. Сначала хотел попросить что-нибудь серьезное, но, вспомнив разговор с Мишелем, остановился на сказках. Мировоззрение. Мировосприятие. Ха. Вот и узнаем, чего они тут боятся и во что верят. И никто не удивляется столь необычной просьбе. Золотые люди!

Через час увлекательного чтения, проснулся Лас и попросил есть.

Ужинали демоны прямо в постели. Герцог, не отрываясь от книги, рассеянно и невпопад отвечал на вопросы, наугад макая в соус завернутое в лепешку мясо. Лас смотрел, как друг откусывает от нее, наклоняясь в сторону, чтобы не запачкать книгу, и не отрывает глаз от страниц, быстро пробегая строчки. Его терпения хватило ненадолго.

— Как ты думаешь, у демонов есть совесть? — спросил он.

— Угу, — герцог аккуратно перелистнул страницу мизинцем.

— Сан, а у тебя есть совесть?

— Угу.

— Сан!

— Угу.

— Сан!!

— Есть.

— Герцог Сантилли Дэ Гра! Атака низших! — гаркнул принц, по возможности подражая командному голосу друга. Пусть не так, как у него, но получилось. По крайней мере, ашурт не сразу, но оторвался от книги, рассеянно посмотрев на йёвалли:

— Что?

— Что читаешь, герцог Сантилли? — уже спокойно спросил Лас.

Санти удивленно посмотрел на него, перевернул книгу и прочитал заглавие:

— «Южные ночи», а что?

— И что же там написано, Ваша Светлость, что Вы ничего не видите и не слышите? — хитро прищурил глаза йёвалли.

— Ты что-то про совесть говорил, Ваше Высочество принц Ласайента. И не говори мне про низших. У меня на них жуткая аллергия, — ашурт со значением поглядел на друга.

Да-да, мы все видим и все слышим. А как же? Лас улыбнулся.

— Санти, ну дай посмотреть, — попросил он.

— Угу, — герцог снова уткнулся в книгу.

Лас запустил в него подушку, ашурт, не глядя, поймал ее и положил сбоку.

— Если ты поел, убирай, — приказал он, переворачивая страницу.

— Я ранен, — резонно возразил принц.

Герцог хмыкнул:

— Ты здоров, как бык.

— Где ты видел быка с одним крылом? — грустно усмехнулся Лас.

— Я и с двумя не видел. Представляешь, — герцог отложил книгу и взял поднос с тарелками, чтобы отдать его стражникам за дверью, — они верят в рай и ад и в бессмертие души.

— И что? — принц не понял удивления друга.

— Тут такие немыслимые приключения, такой полет фантазии! — герцог вернулся, с ногами забрался на кровать и азартно продолжил, — Какие-то джины, ифриты. Живут в лампах, — он взлохматил волосы, — А как они пишут про любовь! Вау! И с какими подробностями! Невероятная сказка! Что у тебя с лицом? — без всякого перехода поинтересовался он.

Ласайента притянул отвисшую челюсть:

— Заслушался.

Герцог сейчас совсем не был похож на герцога. Больше на восторженного мальчишку. Может быть, он и был бы таким, если бы не война, дракон и смерть жены.

Сантилли потянулся, закинул руки за голову и упал на простыни.

— Сегодня я спать не буду, — сообщил он и процитировал, — «Она ему улыбнулась, и его зеб встал». Ласти, я не представляю, как надо улыбнуться, чтобы у стандартного мужчины, имеющего шикарный гарем, что-то встало, — Санти покосился на друга, — Лас, ну и лицо у тебя. Неподражаемое.

— Дай посмотреть! — потребовал принц.

— Не дорос, — герцог нащупал книгу и потянул ее на себя, — тем более что я уже на середине.

— Поверь, я пойму по продолжению, что было в начале, — заверил его йёвалли.

Санти наигранно удивился:

— Ты же такое не читаешь.

— Никогда не поздно начать. Ты что-то говорил про джинов, — принц решительно откинул одеяло и перебрался к другу.

Когда Найири позвал сына по мыслеречи, демоны, лежа на животах, запоем читали сказки Орханской империи, то громко хохоча, то удивленно хмыкая. Лас совсем забыл про ноющее плечо и отсутствие крыла, целиком поглощенный чтением.

— Весело живут, — Санти с сожалением оторвался от увлекательного текста.

— А, между прочим, их ангел смерти по описанию невероятно похож на Найири.

— Хм? — герцог удивленно изогнул бровь, — Пошли, ангел смерти зовет нас в покои Рашида. Заодно сверимся.

Принц замялся.

— Не думай о крыле, — посоветовал Санти, как всегда правильно истолковав его замешательство, — Все будет хорошо, поверь.

Найири присвистнул, увидя Ласайенту. У Рашида округлились глаза. А как на них смотрела стража в коридоре, демоны вообще старались не думать.

— Небольшое ранение? — с сарказмом спросил Маярт, поднимаясь и обходя йёвалли.

Тот зябко передернул обнаженными плечами. Рубашку одеть они не смогли. Единственное крыло стало полностью материальным и не желало пропускать ткань через себя. Накинутая сверху куртка ничего толком не прикрывала, зато придавала принцу схожесть с кривой вешалкой. Заворачиваться в покрывала Ласайента отказался по этой же причине. Теперь он щеголял обнаженным мускулистым торсом, почти заросшим бугристым плечом и жутковато торчащим из спины ровным обрубком.