Черная Жемчужина - Марго Арнелл

солнечной травы и тщательно ее размолола, чувствуя себя настоящей колдуньей… или хотя бы ее юной, неопытной помощницей. Настала очередь росянки.

«Высушенная росянка вместе с испарившейся со стеблей росой теряет долю своих магических свойств. Потому сразу после сбора ее необходимо поместить в ченче – стеклянные емкости, наполненные зачарованным воздухом. Сколько бы ни прошло времени с момента сбора, трава в них останется свежей, сочащейся магическими соками».

Кэйла без труда нашла ченче с росянкой – насыщенно-зеленой, даже скорее изумрудной травой с блестящими на ее стеблях бисеринками росы. Аккуратно порезала росянку серебристым ножичком, смешивая сок с росой, и высыпала в миску с толченой солнечной травой. Отыскала большие флаконы с родниковой водой – Денизе позаботилась о том, чтобы на первую пору у Кэйлы было все необходимое для освоения колдовской науки.

Рано или поздно настанет час, когда ингредиенты закончатся, и тогда придется искать их самостоятельно. Однако ее подобная перспектива не пугала. Исследовать незнакомый, наполненный волшебством и скрытыми знаниями мир… что может быть восхитительнее? Да и звучит знакомо – если не касаться части, связанной с волшебством.

Кэйла залила водой до краев небольшой чан, по настоянию Денизе бросила туда плоский невзрачный камушек с начертанной на нем серебристой руной. Рунный камень должен был высвободить таящуюся в травах силу – чего пока не могла сделать сама Кэйла. Когда Сила загорится в ее ладонях, когда она станет полноправной колдуньей, рунная магия – «магия извне» – станет ей не нужна.

Резко пахнущее варево в подвешенном над очагом чане закипело уже спустя несколько минут. Процедив его, Кэйла слила часть отвара в стеклянный флакончик и поставила на окно остужаться. Она едва не подпрыгивала от нетерпения – так сильно хотелось попробовать, что у нее получилось.

«Сделать полноценное зелье очищения у тебя не выйдет – во всяком случае, далеко не с первого раза. К тому же, первоначальный рецепт предусматривает использование летяги. Но трава это непростая и для обычного человека, обделенного Силой… обычная. Только колдунья может высвободить магические свойства летяги, которые стократ усиливают эффект зелья очищения. Пока же обойдемся без нее – все, о чем я знаю, я постараюсь рассказать тебе в этом дневнике, и тебе не придется прибегать к полному слиянию наших сознаний».

Наконец флакончик с зельем стал теплым на ощупь. Кэйла сняла стеклянную крышечку, поднесла флакон к носу и осторожно понюхала. Трава как трава. Выдохнув, решительно сделала несколько глотков. Поморщилась – отвар оказался терпким и горьким.

Не зазвучали фанфары, Кэйле не открылась некая великая истина. Однако что-то определенно изменилось – не в окружающем мире, а в ней самой. Стоя с закрытыми глазами, Кэйла прислушивалась к своим ощущениям, пыталась заглянуть внутрь себя и понять источник этих изменений. Так и не смогла, но вот что удивительно – ее это ни капли не расстроило! Она знала, что эксперимент с травами не закончен.

В течение всего оставшегося дня Кэйла выпивала еще по нескольку глотков эликсира. И всякий раз испытывала одно и то же. Это походило на глоток упоительно холодной воды для путника, что прошел пустыню. И только когда была выпита последняя капля, на периферии сознания она вдруг увидела то, чего видеть никак не могла. Не видение, скорее зыбкое, полузабытое воспоминание, всплывшее из глубин памяти. Ее рука – рука Денизе – тянулась к лицу молодого темноволосого мужчины. Длинные пальцы гладили его по щеке. А затем запоздалый отклик: волна тоски и нежности, накрывшая ее с головой.

Видение растаяло. Кто этот таинственный мужчина и что он значил для Денизе? Эмоции, которые перешли к Кэйле вместе с воспоминанием колдуньи, убеждали: незнакомец из видения был невероятно ей дорог. Эмоции, что заполнили ее до краев, подарили негу от простого, невинного касания… Это что-то большее, нежели страсть или привязанность. Глубже, сильнее.

Кэйла ложилась спать в мире белой колдуньи, твердо зная, что проснется в своем. Эта жизнь на два мира походила на яркую, но весьма своеобразную игру. Кэйла хотела понять себя в мире Денизе и всю глубину своих новообретенных сил, но после видения-воспоминания к этому желанию примешалось еще одно. Ей мучительно хотелось понять, кто же такая на самом деле – Черная Жемчужина Денизе.

***

Проснувшись, Кэйла еще помнила во рту горечь зелья – ни много ни мало, первого созданного ею магического эликсира! И пусть всю прошлую ночь она провела в доме Денизе, в полнейшем одиночестве, мир, тронутый Скверной, мир руин и разбитых на части проклятых земель показался ей еще более пустынным, тоскливым… серым.

Кэйла старательно исследовала сектор и даже откопала парочку реликтов – необычную трубку из кости с вырезанными на ней символами и шкатулочку с древними монетами. Кто бы ни побывал здесь раньше, до разделения тронутых Скверной земель на сектора, у него, вероятно, не было возможности забраться так глубоко под землю, чтобы отыскать находки. А может, было недостаточно времени. Однако на этот раз реликты, кусочки древнего мира, не вызвали в ней ни восторга, ни толики интереса. Ведь там, за завесой, ее ждал мир, что полнился магией, заключенной даже в крохотной травинке! Мир Кэйлы словно поблек.

За весь этот день, показавшийся бесконечно долгим, ее не раз посещала мысль лечь спать днем – не от усталости, а от нетерпения поскорее ворваться в мир белой колдуньи. Но она боялась, что своими поспешными действиями нарушит устоявшуюся связь между двумя мирами, которую проложила черная жемчужина.

И когда наступила пора ложиться спать, Кэйла радовалась как ребенок, которому посулили сказочный сон.

«Не знаю, каких успехов ты смогла добиться, и что