Наследник на его условиях. Книга 2 (СИ) - Слава Доронина

в меня почти черными глазами. От Дамианиса исходит самая настоящая опасность. Решаю не давать ему возможности в чем-либо меня упрекнуть и тут же говорю первая:

— Я забеременела в ту ночь, когда Кира подмешала в мой напиток какую-то дрянь. Долгое время я думала, что отец ребенка — Егор, я проснулась в его номере и ничего не помнила… Когда призналась бывшему мужу, что в положении, Егор заверил, что близости между нами не было, и сказал, что из ресторана я ушла вместе с тобой. Дальше ты знаешь. Поначалу я боялась рассказать о беременности, пугали твои слова, что ты настоишь на ее прерывании. Когда ты прислал вместо себя Леона и отправил меня в «отставку», я восприняла это как знак и улетела домой. Да и что оставалось делать? Я бы ни при каких условиях не согласилась на аборт! В Москве ждал новый удар. Результаты теста показали, что ты не имеешь к моему ребенку никакого отношения. Я была уверена, что ты отец Эмиля, но кто-то хотел, чтобы я думала иначе… — Последние слова произношу с ужасом.

Я так легко записала Зена в отцы, однако теперь, после услышанного, осознала, что им ведь может быть и Егор? Хотя тогда Калиничев не стал бы меня подставлять… Или наоборот, подставил, узнав, что ребенок не от него? А разве могло быть по-другому, если Ника сдала анализы вместо меня!

Реальность — это иллюзия, которую мы создаем сами. В какой-то момент я потеряла контроль над своей жизнью, позволив другим людям в нее вмешаться, и допустила тем самым огромную ошибку. Словно небольшой кораблик, я вышла в плавание и дрейфовала по искусственным волнам, преодолевала мнимые трудности, созданные моими же близкими.

В детстве мы с друзьями вставали друг за другом в одном направлении в круг. Клали руки на плечи соседа, присаживались, а затем поднимались, имитируя непродолжительные колебания. Это была веселая и захватывающая игра. Но сейчас я не испытываю удовольствия, находясь в подобной связке. Ника и Егор своими действиями устроили нам с Эмилем настоящее цунами! Которое может потопить всех…

— Мальчик здоров? — В голосе Зена чудится неприязнь.

Уверенность в том, что я по адресу предъявила отцовство, сходит на нет. Беспомощность и страх опять накрывают с головой.

— Абсолютно…

Дамианис громко цокает языком.

— Что и требовалось доказать. — Он делает глоток виски… — Очередная твоя ложь. Но я, безусловно, все проверю. Сегодня же дам Ванессе задание найти в Аликанте лучшую клинику. Если ты купила билет и в планах было возвращение домой, придется с этим повременить.

— А потом?

— Что потом? — Зен вопросительно изгибает бровь.

— Если Эмиль окажется твоим сыном…

— Если вдруг мальчик окажется моим сыном, то ребенка я заберу.

Я дергаюсь от его слов, понимая, что импульсивно совершила глупость, рассказав Зену о сыне. Ника была права…

— Ты не посмеешь… — шепчу ошарашенно.

— Успокойся, — произносит Дамианис ровным, будничным тоном. — Никто не отнимет у тебя сына. Шанс, что я его отец, ничтожно мал. Мы предохранялись. А вот вопросы к брату, который скрыл от меня факт твоей беременности, возникли. Да и не только к нему. Калиничев, получается, тоже был в курсе?

Я киваю.

На лице Зена появляется задумчивость, но ненадолго.

— В таком случае твой бывший муж — вдвойне мерзкий ублюдок. До завтра берем тайм-аут. Из отеля ни ногой.

Дамианис встает из-за стола и покидает ресторан как ни в чем не бывало, в то время как я не могу найти в себе сил, чтобы подняться.

Выпив две чашки сладкого чая, возвращаюсь в номер. Лили сидит на диване в гостиной. Эмиль спит у нее на руках.

— Тш-ш, — шикает она на меня. — Он только что заснул, не трогай, — отрицательно качает головой, заметив, что я собираюсь погладить его по макушке. — Он так капризничал. Я уже хотела тебе звонить. Эти зубы нас изведут!

Завороженно смотрю на личико сына, думая о том, что сегодняшний день поистине можно считать роковым. Моя жизнь в очередной раз разделилась на до и после. Больше ничего не будет как прежде.

14 глава

Зен

— Ты такой напряженный. — Ванесса кладет руки мне на плечи. — Что-то произошло?

Я засел за работу, чтобы отвлечься от мыслей о русской стерве и нашем недавнем разговоре, но перед глазами то и дело всплывает лицо ее сына. Удивительно, что такое в принципе возможно. Новость меня шокировала. Впрочем, заявление Дарьи, что я отец ее ребенка, — не меньше.

— Давай сделаю тебе массаж? — Ванесса перемещает ладони на затылок и нежно перебирает пальцами мои волосы.

С раздражением сбрасываю ее руки. Сейчас я словно оголенный провод. Лучше меня не трогать, когда я не в духе.

— Если хочешь помочь, найди лучшие клиники в Аликанте, где можно сделать тест на установление отцовства.

— Вот так поворот… — Ванесса даже не скрывает удивления. — Я хочу знать подробности.

Стискиваю челюсти и медленно вдыхаю. Внутри опять все взрывается от ярости.

Когда я выхожу из себя, это не приводит ни к чему хорошему. Обычно беру тайм-аут, даю себе время остыть, чтобы не совершить поступки, о которых впоследствии пожалею. Однако сегодня эмоции зашкаливают, я не в состоянии их обуздать. А времени решать свои личные дела как назло нет. Самолет через два дня, мне нужно быть в другом месте.

— У Калиничевой, оказывается, есть ребенок, о котором я ничего не знал. Дарья утверждает, что мальчик — мой сын. Надо с этим оперативно разобраться.

— Твой сын?.. — с еще большим удивлением переспрашивает Ванесса.

— Не буду исключать такую вероятность. Но лучше бы это было не так.

Ванесса закусывает щеку и смотрит на меня огромными глазами.

— Это будет провал. Стив сотрет тебя в порошок, если ты нарушишь ваши договоренности. А следом и меня.

— Разве я что-то сказал о договоренностях с Гибсоном? В силу сложившихся обстоятельств я должен задержаться и узнать правду. Другой возможности не будет.

— А если мальчик окажется твоим сыном…

— Клиники, Ванесса. — Поднимаюсь