Роза в хрустале - Иванна Осипова

Брэг словно дразнил их с отцом, смеялся над бедой, стоило немного утратить бдительность и отвернуться. Странный и опасный чужак, попытавшийся проникнуть в дом. И неужели отец станет извиняться перед ним?

— Простите, что побеспокоили, — маг действительно безукоризненно соблюдал правила приличия, хотя и говорил резко, отрывисто.

— Надеюсь, ваша дочь быстро найдётся, — южанин настойчиво выдавливал Фолгандов из дома, с вежливой улыбкой провожая к выходу.

— Как представитель Управы, рекомендовал бы вам остаться в столице, — на пороге Стефан обернулся, цепким взглядом посмотрел на помощника нотариуса. — Иначе, придётся объявить вас в розыск.

У того дрогнули уголки губ, рука, придерживающая дверь, с силой сжалась, но Эльсвер промолчал. Скай успел заметить, как гнев завладел хриллингурцем, однако он быстро совладал с собой. Дверь в дом господина Брэга закрылась.

13

Перейдя на другую сторону улицы, маги остановились.

— Никогда так не делай, мой мальчик, — на первый взгляд мягко, но требовательно, Стефан напомнил сыну о нападении на Эльсвера. — Без крайней необходимости и прямой угрозы. Не каждый, кто кажется нам преступником — виновен.

— Необходимость была, — полностью уверенный в своей правоте, Скай не мог до конца согласиться с отцом. — Легче предупредить, чем разбираться с последствиями. А южанину нельзя доверять. Он легко справляется с эмоциями. Не поймёшь, что на уме. Чужак издевается над нами. И записка…

— Ты видел, что почерк не его.

— Хитрость. Напрасно мы не проверили дом, — Скайгард упрямо стоял на своём.

— У нас нет законных оснований. Официальное расследование не начато. Сегодня поздно. Завтра Шаун этим займётся, если мы не найдём Маргариту.

— Я бы вытряс из Эльсвера все секреты.

Сын смотрел на дом помощника нотариуса с такой обжигающе холодной яростью, что Стефан снова почувствовал укол тревоги в сердце. Со Скаем происходили изменения, которых маг не ожидал и не мог объяснить. Неужели ментальная магия так разрушает его, делает бездушным. Скайгард рос добрым и открытым мальчиком, пока не погрузился в переживания собственной бездарности в магии. А затем, случилась история с «Книгой ликов». Мальчик выстоял перед Древом, показал характер и силу Фолгандов, разорвав сделку с Кукловодом. Думая об этом, Фолганд-старший вновь замирал от ужаса, как наяву видел тонкую фигурку сына среди белой пустыни. Несгибаемый и решительный, Скай спас их всех, но маг так и не смог просчитать до конца последствий. И теперь, его взрослый мальчик с ледяным бессердечием готов ломать других людей, пусть и для защиты родных.

— Не теперь, — мягко Стефан коснулся плеча сына. — Меня тревожит твоя излишняя…бесстрастность и осторожность, — он с трудом подобрал верные слова, чтобы не обидеть Скайгарда. — Большинство людей заслуживает более доброго отношения.

— Нельзя доверять чужим, — в который раз повторил младший маг. — Особенно южанину. Милосердие не равно глупости, отец. Этого они от меня не дождутся.

Стефан не нашёл, что ответить. У них совсем не было времени на пространные беседы об отношении к жизни. Он создал очередной портал, и Фолганды переместились к цветочной лавке, название которой маг запомнил, первый раз прочитав карточку с посланием. Опередив сына, Стефан сам постучал в дверь, осторожно перекрыв проход для Ская. Бесстрастное лицо младшего мага больше не могло обмануть Фолганда. Он станет осторожнее вести себя, наблюдая и предупреждая порывы сына.

Хозяин цветочной лавки жил в том же доме, прямо над помещением магазина. Тусклый огонёк на втором этаже подсказывал, что цветочник не спит. Это было на руку Фолгандам.

Пожилой, полный мужчина открыл дверь, щурил в темноту глаза, подсвечивая свечой пространство у двери.

— Дознаватель Фолганд, — представился Стефан, пользуясь правом сотрудника Управы. — Несколько вопросов по важному делу.

Спиной маг напряженно впитывал происходящее позади него, контролировал всё до мелочей. Кажется, Скай принял к сведению слова отца и не собирался применять силу.

— Прошу, господа, — цветочник без удовольствия, но смиренно пустил их в дом. В небольшом помещении первого этажа витали, смешиваясь, ароматы цветов. Незаметно и быстро Стефан проверил лавку на магию.

— Заказ с такой карточкой. Розы, — Фолганд показал картонку торговцу. — Когда сделан? Кто? Описание человека.

Задумавшись, хозяин лавки достал из шкафчика книгу с записями заказов.

— Сегодня утром. Заказ я принимал лично. Мужчина, лет сорока. Волосы длинные светлые, перевязаны лентой. Подумал, что у нас так не носят, — цветочник оказался человеком толковым и отвечал коротко. — Просил отправить заказ немедленно. Очень торопился.

— У вас отменная память, — маг отметил про себя, что на Эльсвера описание не похоже.

— Каким именем назвался заказчик? — Скай, оглядев лавку, подошёл ближе.

— Красс Уинк, так записано.

Больше ничего узнать не удалось, но появилась небольшая зацепка. Теперь они знали имя, возможно, не настоящее, и внешность того, кто прислал цветы Маргарите и вызвал её на встречу с бывшим женихом. Порталы позволяли перемещаться, не растрачивая драгоценное время, и маги оказались в саду перед особняком Фолгандов. Маргарита могла вернуться домой. Они очень надеялись на это, но уже в холле поняли, что чуда не произошло.

Вельда вскочила с маленького диванчика, увидев родных, а Фрейя протянула отцу хрустальный куб с розой, который всегда стоял на столике у постели Маргариты. Стефану не по душе было, что подарок Дариона так бережно хранится в доме, но не мог вмешиваться в чувства дочери.

Вельда и маленькая Белка ждали мужчин, беспокойно считали минуты, всматриваясь в темноту за окнами. Поднявшись в общую с сестрой комнату, Фрейя обнаружила, что с кубом происходит нечто непонятное, схватила его и побежала к маме. Так они и просидели у двери, напряженные и молчаливые.

Фрейя отдала подарок отцу.

— Что это, Стеф? — прошептала Вельда.

Маги смотрели на хрустальный куб. Каждый использовал свои способности, пытаясь понять, какие схемы заставили потускнеть пространство внутри странного дара. Живая и нежная роза почти потерялась в густых серых клочках тумана, казалось, что цветок задыхается и теряет свежесть, которую хранила столько лет.

— Дарион Люций!

Отец и сын переглянулись, одновременно произнеся имя, которое пять лет никогда не упоминали в разговорах. Воспоминания о старом деле не были особо болезненными. Самые ужасные моменты событий напрямую не связывались с магом, искавшим справедливости. Но они все равно старались обходить стороной эту тему.

А Вельда с силой сцепила руки — дочь доверилась ей, но, если к исчезновению Маргариты причастен Люций, то она обязана рассказать всё Стефану. Вместе