Лунная Мелодия - Валерия Дашкевич

дорога. Я выбираю второе, все  равно, умру или нет,  но так больше не может продолжаться. С криком: "Стой”, - меня хватает местный продавец за руку, - ”Пошли, переждешь у меня”. И я без страха иду с той, что только что меня вытащила из-под колес проезжавшей машины, чтобы опять спрятаться в скорлупу.

Я  не жертва!!!! Не буду прятаться и страдать!!!! 

Пелена перед глазами рассеивается, испуганные сосредоточенные лица преподавателей и твердый, уверенный мой голос разносится эхом:

- Вы отказываете мне в поступлении? - если так, для себя я уже решила, и совет магов будет об этом знать.

Я буду бороться за права всех смесков, я устрою им революцию, даже если буду одна на поле боя, но не сдамся. 

- Мы вам не отказываем, - произнес сидящий в стороне мужчина, я узнала его голос, это он меня успокаивал, перевела на него взгляд.

Темно-серые распущенные волосы лежали  на плечах, сведенные на переносице брови, серые глаза, которые, казалось, смотрели в душу, и длинные черные ресницы, отчего глаза кажутся еще выразительнее. Да что ж такое, не на наращивание же они все дружно ходят, мне б такие. Темно-серая форма, ментал значит.

- Как мы заметили, девушка обладает сильной магией, - произнес целитель. 

Удивленно на него посмотрела: интересно, когда я успела.

- Милое дитя, ты даже не заметила, - озадаченно прошептал Кэррик. 

- Что? - наконец-то выдавила из себя.

- Ты маг воды. 

- Я думала, целитель, - и повернулась назад, вспомнив, что позади что-то звенело.

У стены стоял огромных размеров медный чан, наполненный водой.

- Это оно звенело? - спросила, указывая на чан. 

- Да, - ответил все тот же мужчина. - Почему ты решила, что целитель? 

- Когда проходила испытание, господин Готтард сказал, что во мне есть немного магии от лунных, - не скрывая ответила, потому как уверена, что в письме он все изложил.

- Луц, - обратился  он к темноволосому в синем костюме. - Дай письмо, - протянул он руку. 

С неохотой тот все же отдал письмо, с минуту Кэррик изучал содержимое письма, потом перевел взгляд на меня: 

- Значит магия целительства и стихия воды, - он исследующим взглядом прошелся по мне с ног до головы, его рука потянулась к стоящей на столе деревянной шкатулке, но замерла.

Такая же шкатулка стояла в шкафу у господина Готтарда, когда я выбирала камни.

- Думаю, меня поддержат коллеги: за вашей спиной дверь, пройдете испытание - будите учиться, а нет, - откинувшись спиной на стул, сказал с хитрой улыбкой Кэррик.

Ладно, фиг с вами, пройду, но повернувшись, прифигела - там не одна, а две двери:

- И какая из? - спросила, указывая на двери.

- Вам решать, -  с той же улыбкой ответил мужчина.

-  Лэр Кэррик, - обратилась Руберта к мужчине. - Это может решать только ректор.

- Пока его нет, я за него, - твердым голосом, я б даже сказала с толикой отвращения, мужчина осадил зарвавшуюся дамочку.

Что ж, дверь так дверь, смотреть на лица этих снобов, высокопоставленных лэров, нет никакого желания. А потому развернулась и устойчивым шагом направилась в сторону двух одинаковых темно-коричневых дверей. Выбирать долго не стала, меня влекла та, что находится по сторону сердца. Потому я без опаски протянула руку к серебристой ручке и, открыв ее, беспрепятственно вошла. 

Глава Двенадцатая. Планы Великих 

Темнота, протяни руку - ладони не увидишь. Неужто ошиблась? В глубине помещения замелькал голубой огонек. Кажется, мне туда.

Медленно и осторожно ступая, кто знает, что меня ждет на пути, шла в направлении огонька. И чем ближе я приближалась, тем ярче он разгорался, а значит, я на верном пути. Огонек стал обретать форму сферы, которая парила в воздухе, окутанная легкой нежно-голубой дымкой. Руки сами потянулись к ней. Стоило ладоням коснуться сферы, как меня моментально затянуло внутрь.

И вот я стою на небольшой поляне. Вокруг зеленая трава, деревья, цветы,  напоминающие наши розы, только лазурного цвета.

“Если это часть испытания, тогда где?.." - крутится в голове мысль.

- В моем саду, - откуда-то позади послышался женский мелодичный голос.

От неожиданности испугалась, повернулась туда, откуда доносился голос. Возле дерева стояла женщина невероятной красоты:  густые волосы платинового цвета волнами лежали на плечах, длинные черные ресницы, из-под которых насмешливо смотрели полуночно-синего цвета  глаза, немного пухлые кораллового цвета губки с надменной улыбкой. Добавьте к этому  тонкую длинную шею и выпирающие ключицы.  Худенькая, в простом свободном платье цвета  темной лазури. При этом от девушки исходила власть и какое-то подавляющее чувство превосходства.

“Красивая”, - подумала про себя. 

- Спасибо, Зоря, - мягким голосом произнесла незнакомка.

- Вы знаете меня? - удивленно спросила, в голове рой мыслей, одна лучше другой. 

  Словно серебристый колокольчик прозвенел ее смех и, переплетясь с тишиной, эхом пронесся по поляне.

- Конечно, я всех своих детей знаю, - нежно улыбаясь, мягко произнесла незнакомка, вот только взгляд по-прежнему холодный.

- Богиня, - прошептала, осознав, кто перед кем стою.  И вот как с ней общаться? Опыта общения с божественными личностями у меня нет.

- Как с подругой, - пришел мне ответ. Ну да, конечно! Вот не верю. - Давай так, если тебе будет проще, - махнула рукой, и на поляне словно из воздуха возникли стулья и стол, на котором стоял чайный сервиз из белого фарфора, а также варенье в пиалке и печенье.

Не спешила садиться, какое-то свербящее чувство не давало покоя.

- Богиня Викки, - неуверенно, с запинкой прошептала я. 

- Не бойся, - с долькой лени  произнесла она, присаживаясь за стол. - Присаживайся, поговорить нам надо.

Пока медленно, не спеша шла к столу, она продолжила говорить:

- Селена, Артемида, Диана, Бендида, Бастет, Иштар, Мара, Чан-Э, Амэ-но удзумэ, Даная, Шеларди, Ассирия, Аннит, Викки, - это не все мои имена: в каждом мире, в каждом времени мне давали разные имена. Мне понравилось, как ты защищалась перед драконом, и то, как ты ткнула его носом. Но только вот подумай, все ли драконы такие плохие?  Твоя мать, например, она приютила тебя, ухаживала, когда ты переместилась, приняла в род, дает надежду на будущее. И это я не беру в расчет ее переживания, любовь, в конце концов, - делая небольшой глоток чая, произнесла богиня, глядя на меня.

А ведь она права. Я вызверилась на дракона, обвинила его во всех грехах