Татьяна Шульгина - Дар халифу(СИ)

  Мадлена бросила встревоженный взгляд на короля, но тот молчал. Граф вышел, понимая, что в этот раз проиграл.

  Николь открыла глаза, и все терзавшие ее мысли сразу вернулись к ней. Девушка вздохнула и заметила, что Виктор лежит рядом, обнимая ее одной рукой. В комнате царил полумрак, легкие шторы трепал ветерок. Она могла бы подумать, что еще спит, и во сне вернулась в дом Садида, где была счастлива несколько дней. Но платье и перчатки были теми, что она надевала утром, готовясь стать подарком халифу.

  Она повернула голову, что далось с трудом из-за сложной прически, и взглянула на Виктора. Он был полностью одет, хотя и спал. Больше никого в комнате не было.

  Николь осторожно высвободилась из его объятий и попыталась снять обручи с волос. Пышные юбки тоже были ужасно неудобной пижамой.

  -- Позвать слуг? - спросил король, проснувшись, стоило ей только пошевелиться.

  -- Нет, не хочу никого видеть, - ответила она, не оборачиваясь. - Пусть думают, что я еще сплю.

  -- Могу я помочь? - он не двигался, ожидая ее разрешения.

  -- Голова болит от этой красоты, - она вынула все бриллиантовые шпильки и золотые заколки, и кудри рассыпались по плечам.

  -- Я все же позову слуг, - король поднялся и поправил форму.

  -- Прости меня, - Николь сделала глубокий вдох, стараясь не плакать в самом начале разговора. - Я была ужасно глупой.

  -- Не извиняйся, ты была собой, - холодно ответил он, стоя спиной и застегивая китель.

  -- Да, это справедливо, - принцесса вытирала предательские слезы, стараясь говорить твердо.

  -- Нет, я сейчас несправедлив к тебе, но я слишком обижен, чтоб быть снисходительным, - Виктор обернулся и посмотрел на нее, его взгляд выражал все, что он сказал.

  -- Я все заслужила и даже большее, - Николь закрыла лицо руками, не в силах видеть его глаза. - Я думала о тебе ужасные вещи, я поверила наговорам, я предала тебя, как и всех остальных.

  -- Ты лишилась чувств из-за всех этих терзаний, - мужчина стоял, не пытаясь утешить ее. Николь вспомнила, как Кристиан вот также смотрел на нее, перед тем как бросить.

  -- Долго ты изводила себя? Когда возникла эта блестящая мысль, что я дарю людей? - продолжал король, хотя тон его немного смягчился.

  -- Прошу, не говори об этом, я чувствую себя ужасно, - она вскочила с кровати и упала перед ним на колени, обхватив его ноги. - Пожалуйста, не напоминай мне о моей глупости.

  Виктор быстро поднял ее, взяв за плечи, и привлек к себе.

  -- Все, я больше не хочу слышать извинений, - сказал он, крепче прижав девушку к груди и поглаживая ее по спине. - Я вообще не хочу слышать об этом. Ничего не было.

  -- Хорошо, - Николь кивнула, всхлипывая. - Я поняла.

  -- Вот и отлично, - мужчина отстранился, чтоб увидеть ее лицо. - К халифу тебе лучше уже не выходить. А я должен показаться на празднике.

  -- Да, я понимаю, - продолжала кивать принцесса. - Я побуду тут.

  -- Нет, тебя проводят в твои покои, - Виктор вытер ее щеки и улыбнулся. - Еще до рассвета мы должны покинуть город. Постарайся отдохнуть.

  -- Хорошо, - Николь опять быстро закивала.

  -- И не смей думать о всяких проклятиях и пророчествах, - Виктор погрозил ей пальцем. - Вообще забудь обо всем, хотя бы на пару дней.

  -- Я обещаю, - девушка виновато улыбнулась, хотя в глазах еще блестели слезы.

  Виктор поцеловал ее и вышел, приказав слугам проводить госпожу.

  В просторном зале, освещенном факелами на золотых подставках и несколькими горящими очагами, разведенными в специальных углублениях в полу, вельможи южной столицы праздновали новый союз, заключенный с Вандерширом. Халиф полулежал на высоком диване, обтянутом золотой парчой. Два охранника, все те же высокие широкоплечие мужчины, чья кожа была темнее черного дерева, стояли позади, сложив руки на груди. Две девушки в легких туниках и прозрачных шароварах на стройных ножках, держали перед господином поднос с кушаньем и кувшин с вином, из которого наполняли его кубок.

  Остальные вельможи, всего человек тридцать, занимали диваны вдоль стен. Им также прислуживали и выполняли любые пожелания. В центре зала на черном мраморе с янтарной мозаикой танцевали одалиски. Некоторые исполняли танец с оружием, зажав в руках острые кинжалы или саблю. Двое танцевали с большой ярко-зеленой змеей, какие водились только в Иджу. В Вандершире столь огромных рептилий не встречалось. Но девушек нисколько не смущало ужасное создание, напротив, они были с ним более чем ласковы. Для вандерширцев этот вид танца был особенно необычен и интересен. Все офицеры первое время не могли поверить, что змея живая, а не сотворена чарами придворных факиров, как тут называли магов. Капитаны даже побились об заклад, чем немало позабавили своих спутниц. Бьянка была в восторге от жуткой твари, а Ева вовсе не замечала ее, интересуясь больше разговором графа и Мадлены.

  В центре танцевали девушки с несколькими горящими свечами на подносе, укрепленном на головном уборе. В руках у них тоже были огни, которые не гасли, какие бы движения не делала танцовщица.

  Аккомпанировали им не менее прекрасные девушки и несколько мужчин в просторной белой одежде. Ритмичная музыка наполняла зал, некоторые гости, не удержавшись, принимались танцевать. Остальные поддерживали их выкриками и рукоплесканиями.

  Гостям из Вандершира отвели удобный уголок, недалеко от халифа. Солнце садилось и в зале стало прохладней, поскольку одна стена представляла собой несколько широких арок, ведущих в дворцовый сад. В них видно было закатное небо и лежавший ниже по склону город за дворцовыми стенами. Порывы ветра колыхали пламя факелов и наряды танцовщиц, но вино и развлечения согревали гостей.

  Король вошел в зал, когда солнце уже скрылось за горизонтом, и на небе появилась фиолетовая луна. Никогда не бывая полной, она плыла по небу мерцающим серпом, предшествуя своей подруге, желтой луне.

  -- Дорогой друг, - обратился халиф к Виктору, когда тот приблизился. - Рад, что ты все же смог присоединиться к нам.

  -- Прошу простить меня за эту задержку, - король Вандершира слегка кивнул.

  -- Я слышал, твоя невеста нездорова, - продолжал халиф.

  -- Длительное путешествие через пустыню истощило ее силы, - ответил Виктор, рассеянно взглянув на своих подданных. Те слушали разговор, позабыв о танцовщицах и еде.