Трещина на льду (СИ) - Терми Дита

– Кэтрин Мария Кайзер, – строго сказал отец. – Мы с твоей мамой решили отправить тебя к дедушке Рейну.

Я молча похлопала глазами. Дедушке? Не может быть!

– Что? – может быть я ослышалась и папа сказал что-то другое.

– Да, Кэти, – устало потёр переносицу мой родитель. – Будешь жить с дедушкой.

– Папа, я не выживу, – ужаснулась, понимая какую кару для меня придумали мама с отцом. Да лучше в тюрьме сидеть или в интернате каком-нибудь, чем у этого родственника. Да он меня живьём съест и даже не поперхнётся.

– Дисциплина тебе не повредит, – улыбнулся отец и я поняла, что вляпалась в самую отвратительную историю, какую только можно себе вообразить.

Глава 11. Жизнь не мёд

Кэти

Мой отъезд решили не откладывать на завтра. Служанка быстро затолкала мои платья и личные вещи в три чемодана, а я оторопело глядела на приготовления. Сидела безвольной куколкой и таращилась на свои вещи. Вот так прямо сейчас меня отдадут на растерзание деду Рейну.

Известно, что путь в Беломорье был не такой уж короткий, день езды уж точно. Но почему-то родители не хотели медлить и ждать завтрашнего утра, решили выпроводить собственную дочь прямо на ночь глядя с вещами. Я с грустью подумала о том, что толком не смогу попрощаться с Каролиной и понять, помог ли ей эликсир силы. На глазах стояли слёзы. Мы никогда надолго не расставались с сестрёнкой, а с этим наказанием вообще неясно, сколько мне нужно будет продержаться к дедушки.

Когда я вышла во двор, карета была уже запряжена лошадьми. Мама с папой скорбно стояли возле кучера и тихо обсуждали будущую дорогу. Давненько я не бывала в Беломорье, даже не вспомню, сколько лет назад. Мне там на самом деле нравилось всё. Кроме дедушки Рейна.

Я поёжилась при мысли, что буду жить в его мрачном доме. Может быть с тех пор, как мы там были с семьёй последний раз, хоть что-то изменилось в лучшую сторону? Может он перекрасил чёрные коридоры в какой-то более светлый оттенок? Хотя бы серый.

Кстати, а где Каролина? Оглядевшись кругом, поняла, что её нет в королевском дворе. Ни возле кареты, ни на снежной тропинка, опоясывающей замок.

В волнении я подошла к родителям.

– Где сестрёнка? – спросила.

– Каролина не придёт, – поджала губы мама. – Ни к чему долгие расставания, садись в карету.

Даже сестре не дали со мной попрощаться? В глубине души зашевелилась обида. Это было что-то совершенно немыслимое. Такого я никак не ожидала от родителей.

– Пошли, Зельма, – позвала я свою личную служанку, но та, опустив голову осталась стоять на месте и не шелохнулась.

Удивлённо развернулась и посмотрела на неё. С Зельмой мы вообще никогда не расставались. Она сопровождала меня в любых путешествиях. Почему же сейчас она стояла так, словно не собиралась никуда ехать? Перевела глаза на родителей и не поверила в то, что мне говорили.

– Зельма останется с нами, – спокойно сказал отец. – Ты показала нам свою самостоятельность, обойдёшься без служанки.

Что? Я сглотнула подступивший ком. Какие ещё сюрпризы меня ждут?

Отвернулась от родителей и, гордо держа спину, стала подниматься в карету. Но уже, стоя на подножке, вдруг почувствовала чей-то тёплый взгляд. Повернув голову, увидела, как ко мне со всех ног бежит Каролина!

– Кэти! – кричала она мне и махала руками. – Не уезжай!

Я собралась спуститься вниз, но карета неожиданно резко тронулась с места. Меня знатно тряхнуло, я чуть не слетела вниз. Мои руки судорожно вцепились в дверь. Да что ж это такое! Я же с сестрой не попрощалась!

– Эй, кучер, останови лошадей, я ещё не в карете! – крикнула вперёд, набирающему скорость, слуге.

– Простите, принцесса, приказ вашего отца, – откликнулся мужчина.

Я ввалилась внутрь, чтобы не выпасть окончательно на дорогу и выглянула в окно. Каролина уже добежала до родителей и заливисто плакала, а они её не пускали вслед за мной. Вот так и окончилась моя детская жизнь. На душе стало горько и я уткнулась в колени, поливая своё дорожное платье слезами.

Невероятно! Родители отправили меня в дальнюю даль к самому жестокому человеку и не дали нормально попрощаться! Неужели насколько сильно в них сидит ненависть к драконам? И теперь я стала для них предательницей?

Я не знала на кого мне больше злиться. На своих родственников или на дракона, из-за которого всё это произошло. Почему-то внутри зрела уверенность, что даже мой побег не шокировал бы родителей настолько, насколько известие о моих объятиях с врагом.

Вытерев слёзы, стала смотреть в окно на сгущающиеся сумерки. Вскоре наступит ночь, а нам ещё ехать и ехать. Подложила под голову небольшую подушечку и свернувшись калачиком устроилась на сиденье. Лучше просто забыться сном, чтобы всё скорее закончилось.

Но мечта была несбыточной, потому что к обеду мы въехали в Беломорье, где возле двухэтажного особняка меня встречал дедушка. Высокий мужчина с сединой в висках. Грозные чёрные глаза, нахмуренные брови и плотно сжатые губы. Идеально прямая осанка и строгий костюм.

Я поглядывала в окно кареты на то, как быстро его фигура вырастает и мы приближаемся к подъездной дорожке. О, боги, дайте мне сил стойко перенести своё бремя.

Карета остановилась и я постаралась нацепить на лицу дружелюбную улыбку. Дед меня пугал. Очень. Даже когда я была рядом с родителями, то не горела желанием быть в одном комнате с ним, не то, чтобы разговаривать. Но сейчас было в сто раз хуже. Я понятия не имела, что буду делать наедине с этим хмурым человеком.

Мой кучер открыл дверь, и я ступила на дорожку.

– Дедушка, – присела в реверансе. – Рада видеть тебя в добром здравии.

– Пфф, никаких дедушек. Просто Рейн. Не такой уж я развалюха, чтобы меня молодая девушка называла стариком, – пробурчал мой родственник.

Я выпрямилась и посмотрела на дедушку. И что теперь? Нужно было сказать какую-то дежурную любезность, но в голову ничего не приходило.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Хорошо, Рейн. Я так быстро добралась, что даже не заметила дороги.

– Дрыхла, небось, весь путь? – фыркнул дед, а потом обратился к застывшему возле кареты кучеру. – Эй, кучер, иди передохни, отоспись, поешь. И можешь домой ехать. Кэтрин останется надолго.

– Как изволите, – поклонился молодой человек и тут же понёсся куда-то.

Я печально проводила взглядом счастливчика. Хотелось бы мне тоже куда-то скрыться с глаз от деспота-дедушки, но увы.

– Не переживай, сегодня Лора приготовила еду, так что тебе тоже достанется чего-нибудь. А вот завтра уже будешь сама стряпать.

– Что? – округлила я глаза.

В жизни не держала в руках поварёшку! Да и рецептов в глаза не видела. Я же принцесса! Зачем мне уметь готовить? А слуги тогда для чего нужны?

– О, прости, вроде такая молодая, а со слухом проблемы? – и Рейн закричал на всю улицу: – Говорю, будешь завтра сама нам готовить!!

Я скривилась и прикрыла руки ушами.

– Дед, слышу я всё. А почему Лора завтра приготовить не сможет? – поинтересовалась я, пытаясь взять себя в руки.

– Печально как. Слышишь ты всё-таки плохо. Или память короткая. Рейном меня зови, ясно? А то мои подруги решат, что я для них старый слишком.

Подруги? Мама дорогая, почему ты не говорила мне, что наш дедушка ловелас? Я недоверчиво покосилась на Рейна, пытаясь понять, он вообще сейчас шутит, издевается или всерьёз говорит?

– Я не держу штат слуг, – заявил дедушка. – Лора приходит раз в три дня. Прибраться и приготовить покушать. Но раз у меня теперь будешь жить ты, то эти обязанности должна будешь взять на себя. Для начала.

Убирать? Мой взгляд лёг на мрачный особняк и стало как-то резко нехорошо. В детстве я вообще боялась ходить одна по этим чёрным коридорам, предпочитая не оставаться нигде в одиночестве. А теперь мне предстоит заниматься уборкой? Всего особняка? Да там столько комнат! Дедушка точно сошёл с ума, за кого он меня принимает?