Фиктивная жена дракона-дознавателя - Кария Гросс

передумал и просто бережно отложил на стол. — Я его убью!

— Папа, не надо! — воскликнула я, бросаясь к родителю, видя воинственный вид господина Мьёра. — Мы что-нибудь придумаем!

— Что придумаем? Мы ведь отдали уже больше половины! — отец, в принципе, озвучил мысль, которую я усердно гнала все это время. — Мия, мне кажется, он от нас не отстанет и будет тянуть деньги всю оставшуюся жизнь... Люди всё равно рано или поздно узнают... Сколько бы мы ни скрывали...

— Должен быть выход, — глотая слёзы, я схватила отца за руку. — Мы обязательно что-то придумаем!

Какое-то время в комнате стояла тишина, а потом разговор свернул в очень неожиданную сторону.

— Не думаешь, что будет лучше рассказать твоему дознавателю? — вдруг предложил отец, а я вздрогнула. И тут же отрицательно замотала головой.

Я не хотела, чтобы Доминик знал. Не могу объяснить почему... Может, потому что он мне нравился... А моя тайна — не самое прекрасное, что можно узнать о девушке.

Да и как он отреагирует? Наверняка как-нибудь вроде: «Я знал, что от тебя одни неприятности. То во сне ходишь, то со скалы тебя спасай…». Нет, определённо ему лучше не знать.

— Мия, я уже смирился, что останусь без внуков. Но я же люблю тебя, — прошептал отец, поглаживая меня по голове... — И я уверен, что, может, найдется и тот, кто смирится жить без детей...

Глава тридцать вторая. Пустой дом

— Нет таких, — тихо отозвалась я, склонив голову отцу на плечо, — ты же знаешь...

Отчего-то в этот момент в голове чётче прежнего встал образ Доминика: тёмные волосы спускаются до плеч, породистый аристократичный профиль и загадочный жутковатый шрам. Интересно, что ждёт нас с ним дальше?

Я тут же помотала головой, как будто разгоняя неуместные мысли. С чего я взяла, что есть какие-то «мы»? Он ведь не говорил ничего о себе – вдруг у него в столице есть дама сердца? И почему я каждый раз так легко позволяю себе забыть, что весь наш брак — это спектакль и игра? — Ну-ну, не надо плакать, — произнес папа таким тоном, каким в детстве жалел разбитую коленку, — мы обязательно что-то придумаем! И снимем это проклятье! Тем более что у тебя будет двести тысяч золотых! Мы сможем позволить себе столичного мага!

Да. Верно. Как там Доминик это назвал? «Приданое»? — А этот урод получит по заслугам! — с напускной бодростью ответила я, с ненавистью глядя на мерзкий конверт, и попыталась изгнать бывшего жениха хотя бы из своих мыслей: — Так что ты там говорил про морёный дуб?

В итоге с выбором мебели мы провозились до самых сумерек. Я слегка отвлеклась, хихикая над некоторыми вещами из каталога. Повеселила позолоченная люстра, переплавленная из бывшего артефакта истины, которая при виде человека сразу же начинала выдавать его секреты, и кухонный гарнитур, так привыкший к бывшей хозяйке, что критиковал любое приготовленное не ею блюдо.

Обратно в поместье я с собой захватила сундук с личными вещами. Вряд ли Доминик будет совать нос в моё нижнее бельё, в конце концов, под платьем буду носить что хочу.

По приезде меня ожидал сюрприз, и не сказать что очень приятный. Не горело ни одно окно, тишина тоже намекала, что дом пуст.

А как же «возвращайся к ужину»? Или он правда не дождался и поехал за мной сам? Да нет, вроде бы другой дороги, достаточно широкой для экипажа, к моему дому нет.

Я попросила кучера отнести сундук в спальню. Похоже, вид смущённо опустившей глаза, слегка покрасневшей девушки его растрогал, и он дружелюбно кивнул, поклонившись.

Знал бы кучер, что я смутилась от того, что не помню его имени.

Первым делом я наведалась на кухню, но никаких признаков ужина не нашла. Разве что считать за ужин свивших над карнизом гнездо стрижей.

Следом отправилась в гостиную, затем в спальню, где не увидела на этот раз даже крысы.

Я покусала губы, огляделась и поняла, что не проверяла кабинет, тот самый, где Доминик говорил с моим отцом. И на подходе поняла, что, кажется, угадала – дверь была чуть приоткрыта.

Я ускорила шаг. Не то чтобы мне так уж сильно хотелось увидеть мужа, но в надвигающихся сумерках дом казался намного мрачнее. Сгустились в углах тени, завывал ветер в щелях, то и дело что-то скрипело, стучало и проседало под ногами.

Я взялась за приоткрытую дверь и уже хотела постучать для приличия, но протянутая рука замерла в воздухе.

Доминик лицом вниз без движения лежал на ковре посреди комнаты.

Глава тридцать третья. Первый подозреваемый

— Доминик! — взвизгнула я и тут же бросилась к дракону. В первое мгновение показалось, что он не дышит. Все манеры, нужные обращения и правила поведения растерялись, испугавшись моего визга, и я, пачкая уже второе по счёту новое платье, рухнула на колени.

— Давай же! Ну! — пыхтела я, стараясь перевернуть мужа на спину. Он оказался очень тяжелым! Просто неимоверно! Складывалось ощущение, что я стараюсь сдвинуть одну из прибрежных гор. Или что он даже в человеческом облике весит как дракон.

Муж тихо застонал. Странно было слышать этот практически беспомощный звук от внушающего страх одним своим присутствием человека. И именно этот стон отчего-то заставил сердце дрогнуть.

— Какое счастье! — совершенно искренне выдохнула я с облегчением, стараясь перевернуть Доминика с удвоенной силой. — И р-р-р-раз!

Наконец он оказался на спине, на холодном полу, раскинув руки. На виске была огромная ссадина, а лицо, по-прежнему аристократично красивое, действительно выглядело… человеческим.

Я схватила руку мужа и прижала к груди. Не знаю зачем... Но именно этому, человечному, Доминику мне хотелось помочь всей душой.

— Мадам? — позвал дракон, а я подползла на коленях ближе, не заботясь о пыльных полах, по которым, строго говоря, и в сапогах-то было ходить неприятно, дорогом платье и что потом ни один магический порошок этот слой грязи не выведет.

— Я здесь, — прошептала, протягивая руку к лицу мужа. Он хмурился, между бровями залегла упрямая складка.

— Прошу прощения... что лежу в вашем присутствии, — выдохнул Доминик и поморщился. — Встать и поприветствовать возможности не имею.

Уголок рта мужа едва дернулся в улыбке, а мне захотелось его стукнуть! Я же так испугалась!..