Каменное сердце генерала (СИ) - Пульс Юлия Александровна

— Эспер Кайс, убогая сбежать пыталась и угодила в загон амфисер. Не понятно, как выжила. Выходить отказывается, — сходу оболгала меня жаба.

— Не правда! Я не пыталась сбежать! — вновь наткнулась на многообещающий взгляд Берна, сглотнула слюну и выдала: — Я хотела поближе рассмотреть амфисер и случайно попала в загон. Верба меня защитила от остальных и теперь не отпускает, — пожала плечами и нервно прикусила губу в ожидании реакции Кайса.

Он сурово взглянул сначала на меня, потом на свою амфисеру. Жестом приказал распахнуть ворота загона и пошел по песку прямо к столбам. Первым делом отвязал Вербу и погладил животное по рогам. Я же стояла на месте, тяжело дыша.

— Забыла, кто твой хозяин? — схватил змею за шею и силой сжал. Она закрыла глаза от боли, застыла каменным изваянием. У меня сердце екнуло от жалости. Не смогла смотреть на то, как эспер издевается над животным.

— Отпусти! — закричала и ударила Кайса ладошкой по руке. Отошла на шаг назад, когда он прожег меня ненавистью. Зря позволила себе опрометчивый выпад в сторону генерала на глазах у всего лагеря. Ничем хорошим это для меня не кончится.

Он ослабил хватку и выпустил амфисеру, которая опала на песок и виновато свернулась у моих ног.

— Пошла вон! — прорычал мне, будто гром раздался. Было страшно, но я не могла позволить наказать ни в чем не повинное существо, защитившее меня от насилия.

— Умоляю, эспер Кайс, она не виновата. Это я. По не знанию… Пожалуйста, не бейте Вербу!

Он смотрел на меня, как на диковинку. Показалось, что на миг даже растерялся.

— Со всеми на прииск, живо! Я разберусь с тобой после ужина! Орхан, забери девчонку!

Эспер тут же исполнил приказ генерала, схватил меня за руку и вывел из загона. Подтолкнул к хищно улыбающейся Каре и тетка с нескрываемым удовольствием вцепилась в мои волосы, чем заставила согнуться в три погибели. Поволокла к мерцающим, больно пнула, и я упала к ногам Каспианы бесправным ничтожеством.

— Вставай! — закричала на меня Каси.

Я поднялась на ноги и вошла в ряды мерцающих. Только ленивый не одарил меня злым и осуждающим взглядом. Это и понятно. Девчонок могли наказать за мое поведение и попытку побега, как это выставила перед всеми проклятая Кара.

Под звуки рассекающей воздух плетки нас погнали к лагерной стоянке. Для отправки на прииск все готово. Харис уже оседлал свою амфисеру, что тянула продовольственную повозку. Орхан распахнул клетку, и мы вяло в нее загрузились.

— Где Таура? — спросила у девчонки, что стояла ко мне ближе остальных. Я так и не запомнила ее имени. Она всегда вела себя крайне скромно и ничем не выделялась. Но часто с любопытством исподтишка посматривала в мою сторону.

— Она в палатке эскулапа. Лечится после бурной ночи, — я тревожно сжала кулаки, сердце забилось чаще и болью пробило висок.

— Бурной? Что случилось? — дрогнул голос.

— Берн, — шепнула она и испуганно втянула шею в плечи, добавила тише: — ворвался ночью в палатку и уволок Тауру, чтобы развлечься. Он почти всех нас уже перетоптал. Пришла и ее очередь. Разошелся в этот раз. Прямо за палаткой ее поимел. Я видела через щель. А потом избил со злости так, что она сознание потеряла. Потащил к лекарю и с рассветом она не вернулась, — девушка говорила, а у меня глаза кровью наливались. Стиснула кулаки до побелевших костяшек, до боли впилась в ладони ногтями. Перед глазами стояла описанная мерцающей картина. Со мной не вышло, так эта мразь Тауру поймала. Какого же ей сейчас, даже представить страшно. Я просто так это не оставлю! Надо сблизиться с Кайсом и выведать тайны эсперов? Так тому и быть! Я все стерплю, буду хитрее. Сделаю невозможное, чтобы сопротивление уничтожило войско захватчиков. Не место этим уродам в нашем мире!

— А генерал знает, что Берн делает с мерцающими? — у меня порой такое чувство, что его мало волнует быт лагеря и судьба тех, кто добывает для него самое ценное. Может, если узнает, то наведет порядок?

— Вряд ли. За нас отвечают Орхан и Харис. Отчитываются Кайсу по добыче камней, а остальное его не волнует. Генерал занят поиском мерцающих. Скоро опять на охоту снарядит часть войска и привезет новеньких. Обычно так они действуют, — пожала она плечами, замолчала и отвернулась, давая понять, что не хочет продолжать разговор.

Я уткнулась лбом в прутья и сжала прочный металл руками. Смотрела на дорогу невидящим взглядом и едва сдерживала слезы. Во мне лавой вскипала ярость. Костьми лягу, но отомщу красноглазой твари. Он ответит за каждую из истерзанных девчонок!

Глава 16

По прибытию на прииск, все повторилось в точности, как вчера. Мы переоделись и вошли в ледяную воду с ситами в руках, а Каспиана отправилась в палатку с Орханом. И вот снова мозги плавились от жары, а конечности сводило судорогами от холода, но я терпела и не роптала. Изо всех сил старалась добыть хотя бы один несчастный камешек, но не шли они в мои руки. Сегодня как назло Харис следил за мной так пристально, что не удалось попросить у девчонок поделиться добычей. По первому звону колокольчика я вышла из лимана ни с чем. Остановилась у ловушки перед эспером и вывернула пустой карман.

— Плохо, убогая, — записал что-то на листке и отмахнулся, отправляя меня в шатер на обед.

Села за стол и насупилась от обиды, будто я виновата, что живые камни не хотят прыгать в мое сито. Ничего не помогает. Сегодня я даже вслух шепотом с ними говорила. Хоть на коленях стой и умоляй, а толку то? Может, Кайс ошибся и я вовсе не мерцаю? Иначе как это объяснить?

Пребывая в раздумьях, покончила с обедом одной из первых и меня тут же погнали работать. Снова Харис занял удобную позицию на берегу, чтобы я просматривалась как на ладони. Труд и без того тяжелый, а под контролем стал невыносимым. Я вглядывалась в промытые камушки и понимала, что нет ни одного живого, даже самого крохотного.

В конце дня со злости лупила воду ситом, изо всех сил сдерживая накатывающиеся слезы. Не за себя переживала, а за остальных. Не хотела, чтобы девчонок наказали за мои неудачи.

И вот настал час расплаты. Я шла к ловушке, как на казнь, покинув прииск самой последней. Опустив виноватый взгляд в землю, развела руками перед Харисом.

— Опять ничего, как понимаю? — недовольно фыркнул, ухватил меня за подбородок и заставил посмотреть ему в лицо. — Скажи честно, вчера тебе Таура камни подкидывала? Ты так ни одного сама и не добыла? Если ответишь честно, не накажу других.

Разве у меня был выбор? И без того стала объектом ненависти почти для всех пленных, не хотелось портить отношения еще и с мерцающими.

— Не смогла, — призналась, вздрогнув. — Я все делаю по правилам. Прошу их, но камни ко мне не идут, — не сумела сдержать предательскую слезу. Горячей влажной дорожкой она прокатилась по щеке и упала на руку эспера.

— Я должен доложить об этом Кайсу. Он решит твою судьбу.

— Что со мной будет? — обреченно вздохнула.

— Возможно, отправишься работать на кухню, — я задрожала, представив, как попаду под полный надзор Кары. Это в стократ хуже проклятого прииска. Она сгноит меня заживо, — Не знаю, что он для тебя придумает, — отнял руку от моего подбородка. — Иди, переодевайся. Пора возвращаться.

— Эспер Харис, — не сошла я с места. Надо хотя бы попытаться, — молю, не сдавайте меня эсперу Кайсу. Вы ведь прикрываете Каспиану перед генералом. Проявите и ко мне милость, я не хочу попасть на кухню к Каре, — у крылатого глаза на лоб полезли от возмущения. Признаю, звучало довольно требовательно. Я опустила взгляд на вырез его рубашки, а потом и вовсе увела его в сторону.

— Заикнешься кому-то про Каспиану, твои дни в лагере сочтены, поняла? — ответил так спокойно, что я вся похолодела от страха. О какой жалости я могла просить глупая? Нет в каменных сердцах этих тварей ни толики сочувствия.

Покорно кивнула в ответ и поплелась к палатке, где Каспиана обложила меня по батюшке, отругав за то, что я слишком долго разговаривала с Харисом. Был бы на его месте белокурый красавец Орхан, наверное, повыдергала бы мне все волосы. У меня сложилось чувство, что девка тронулась умом и возвела захватчиков в ранг божеств.