Семь с половиной женихов Евангелины (СИ) - Фрес Константин

- И я! - сердилась я, топая ногой.

- Когда же ты успела? - удивился Дракон, посмеиваясь.

- Ты ничего не понимаешь! - сердясь, воскликнула я. - Бесчувственный зубастый чурбан! Порой достаточно одного взгляда, одного поцелуя!

- А ты уверена? - так же вкрадчиво поинтересовался Дракон, поглядывая на меня своим мерцающим золотым глазом. - Ты раньше когда-нибудь любила?

- Нет! - выпалила я. - Но это и не важно! Когда полюбишь - сразу поймешь, что это настоящее чувство!

- А ты уверена, - еще вкрадчивей продолжал дракон, - что Эван действительно тот, кто тебе нужен? Самый надежный? Самый достойный? Самый лучший?

- Мне не нужен самый лучший, - я едва не плакала. - Мне нужен мой любимый и любящий!

- Вот и посмотрим, как он любит тебя, - невозмутимо ответил Дракон, снова укладываясь на свою подушку. - Ты как знаешь, а я отдохну, пожалуй. Дальние перелеты - это не то занятие, которому я рад...

Он закрыл глаза и беззаботно, сладко захрапел. У меня сердце похолодело.

- Эй! - закричала я. - Что значит - посмотрим!? Что ты задумал?!

Черный Дракон улыбнулся, приоткрыл один глаз.

- Ну, посмотрим, - терпеливо пояснил он, снова приоткрывая глаз. - Пойдет ли твой Эван тебя выручать? Да ладно выручать - хотя бы искать. А найдет - осмелится ли приблизиться?

- Ты куда затащил меня?! - в ужасе вскричала я.

Я бросилась к витражному окну, из которого на пол лился разноцветный свет, с треском распахнула его.

Внизу царило такое же запустение, как в самом замке. Запущенный дикий сад, разросшиеся розовые кусты, оплетшие цветами дворцовую решетку над подъемным крепостным мостом. Казалось, этот Драконище притащил меня в заброшенный замок спящей красавицы, хозяйка которого сто лет назад проснулась и вышла замуж.

Этот замок знали все в округе. В тени его крепостных стен когда-то ребятишки играли, строя из гладких камешков башни. В крепостном рву давным-давно ловили рыбу мальчишки постарше; теперь же все - и дети и взрослые, - сторонились этого замка, потому что - как говорят, - был он заколдован.

И стоял он совсем недалеко от нашей долины. За Темным лесом, на берегу Бойкого ручья, впадающего в реку. Вода в нем была прозрачная, холодная, но сонная. Пить ее нельзя; а вот стирать постельное белье - самое то! Спится на таком белье сладко и долго.

И сюда-то точно никто в своем уме соваться не станет. Даже Берни-оборотень обойдет стороной этот замок, потому что в Темном лесу водятся злобные, противные черные гоблины-обманщики. Существа злые. Заманят, околдуют, погубят и посмеются, пока ты будешь умирать где-нибудь.

А еще тут живут Дикие Оборотни, жестокие, которые считают человеческий облик чем-то постыдным, и потому в людей они обращаются весьма неохотно. Они-то точно растерзают и Берни - как предателя всего рода оборотней, слишком доброго, слишком человечного, - и неумелых охотников, и кого угодно. И много всяких чудовищ тут водится. Так что место действительно не самое безопасное, и лучше поискать невесту в другом краю.

- Зачем ты украл меня вообще?! - выкрикнула я, в страхе отпрянув от окна.

- Но меня же позвали древним заклятьем, - напомнил Дракон. - Я не мог не прилететь и не забрать строптивую невесту. Мой род только этим и занимается - похищает самых прекрасных и самых строптивых невест, чтобы юноши не поубивали друг друга, пока девушка капризничает и морочит им головы.

- А с девушками вы что делаете!? Едите их?!

Дракон снова улыбнулся, положил голову и закрыл глаза.

- Девушки, - произнес он веско, - достаются тем, кому он действительно нужны.

- А если мои женихи разбегутся?! А если они передумают, или напугаются леса, то что тогда?! Я останусь навек одна?!

- Не беспокойся, - ответил Дракон. - Никогда еще осечек не было.

- А что стало с той девушкой, - не унималась я, - о которой гном говорил? Это же ты ее украл? Самая красивая невеста в округе?

- Да, я ее украл, - снова улыбнувшись, ответил дракон. - И она вышла замуж. Потом.

- Нашел ее кто-то из ее женихов?!

-Нет.

- Так за кого ж она вышла?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дракон снова улыбнулся и отвернул морду, как мне показалось, слегка смущенный. Ну, отлично! Этот вообще женат, выходит, на первой красавице долины! Тогда зачем ему я? Еще одна жена!?

А если я не захочу, то что тогда? Он соблазнять меня будет?!

Или мне теперь вечно придется коротать свои дни здесь, в сонном одиночестве?! Спать в холодной постели Красавицы и ждать своего принца, который меня поцелует?! А он, вероятно, и не придет никогда?! Ну не-е-ет!

Решительно я вскарабкалась на подоконник, перекинула через него ноги.

Дракон приоткрыл один глаз.

- Все равно не убежишь, - заметил он. - Все заросло сонными розами. Уколешься -заснешь. Понюхаешь подольше - заснешь. Словом, попытаешься удрать - заснешь, и пропустишь все самое интересное.

- Самое интересное? А что самое интересное?

- То, кто за тобой придет.

- Да как же я увижу это, сидя тут, за высокими стенами?! - вскричала я.

Дракон махнул лапой в сторону некоего предмета, завешанного серой от пыли ткани.

- Там посмотри, - лениво проговорил он.

Одним рывком я стащила серый шелк с огромной рамы. Он рухнул, поднимая целые облака пыли, обнаружив под собой огромное зеркало, в котором видны были и замок, и лес, и долина... и домик братьев-охотников, возле которого было какое-то оживление. Я приблизила лицо к стеклу, чтобы рассмотреть, и картинка приблизилась ко мне, увеличилась.

Около причала, совсем неподалеку от дома, покачивалась небольшая яхта. Мои женихи, все семеро, сновали туда-сюда, проверяя, все ли на ней цело и годна ли она к путешествию.

- Надо же, - усмехнулся Дракон, - как шустро собрались. Так ты не будешь спать? Ты разве не устала?

- Нет, - я уселась по-турецки у зеркала и подперла голову кулаками. - Я не стану спать. Я буду ждать.

После экзекуции гном решил сказаться больным и никуда не ехать.

- У меня гномья лихорадка-а-а-а, - ныл он, лежа на боку. - У меня насморк и ногу сводит! О, голова как болит! Я не могу идти, я ослаб. верните платье Тануке. о-о-о, моя Танука! Я обещал сводить ее на танцы.

- Вот, - произнес Роланд с нехорошим удовлетворением в голосе. - У тебя, оказывается, Танука имеется? А ты за чужими невестами бегаешь?

Но гном решил симулировать до последнего.

- Па-а-амираю, - стонал он, отталкивая ластящийся к нему дикий, но взнузданный стул. -Оставьте меня здесь, на бережке. Солнце, ветер. он быстро развеет мой прах над водой!

- Твой прах развеет еще быстрее Танука, когда узнает, зачем ты выпросил у нее платье,

- заметил Роланд. - Так что давай с нами. Эту кашу с Черным Драконом ты заварил. Так что тебе ее и расхлебывать.

Стенающего и ноющего гнома братья-охотники подхватили за руки и за ноги и втащили на яхту. В качестве компресса приложили ему к побитому месту якорь. Берни носился по корме, принюхиваясь к ветру. Кажется, он учуял запах духов Евангелины.

Глава 12. Первые подвиги

Нюх привел Берни и всю команду, собственно, к устью Бойкого ручья, впадающего в речку. Оборотень чуял невесту, метался по корме и несдержанно завывал, призывая Евангелину. Далекие волчьи голоса отвечали ему вместе девушки, и Берни испуганно затихал, вслушиваясь в грозное злобное ворчание.

- А ты уверен, - с сомнением спросил Акмаль, рассматривая проплывающие мимо темные зловещие берега, - что нам туда надо?

Берни, перекинувшись в человека и мучительно почесывая шею, просто кивнул. Глаза его горели.

- Да, да, - возбужденно ответил он, натирая расчесанную шею заживляющей мазью. -Оттуда ветер несет запах духов Евангелины!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А Эмиль ничего не сказал. Он сморкался без остановки и мучительно тер лоб.

- Надо было этого гнома дома оставить, - неприязненно заметил он, в очередной раз пачкая платок. - Он, кажется, заразный. У меня насморк и живот крутит.