Истинная с обременением (СИ) - Юг Юлия

— Вначале я хочу попробовать тебя на вкус. Он опустил голову к моему животу и языком провел вокруг пупка, оторвался от него и продолжил: — Но мне будет мешать это.

Он, приподнявшись, обнял меня руками и одним опытным движением расстегнул застежку бюстгальтера. Помог мне его стянуть и выкинул куда-то. Затем, бережно положив верхнюю часть моего тела на кровать, он начал стягивать единственную оставшуюся на мне часть гардероба. Сразу после этого склонился ко мне, поцеловал шею, и начал прокладывать дорожку поцелуев вниз к плечу, груди. Не торопясь обвел языком ореол соска, втянул его в себя, отпустив, потерся об него носом. А за тем эти же манипуляции повторил с другой грудью. Начал спускаться дальше, вниз, целуя, посасывая, проводя языком по коже. Он спускался губами всё ниже и ниже. Его руки уверено легли на мои бедра и раздвинули их. С внутренней стороны бедра он гладил руками в то время, как его лицо опустилось к сосредоточению самых чувствительных нервных окончаний и через мгновение я почувствовала на себе его горячий язык. Медленно языком обвел клитор, а затем прошёлся ниже. Вновь вернулся к клитору, посасывая и покусывая. Языком он выводил немыслимые узоры, то играя с клитором, то вводя язык во влажное влагалище. Я чувствовала горячие прикосновения Егора каждой клеточкой своего тела, они меня дразнили, будоражили, заставляли желать большего. Невольно скомкала простынь в своих руках.

Мужчина своим ртом и языком творил что-то невероятное, так что я потерялась во времени, во всём происходящем. Во всем мире остались только он, я и наша безудержная страсть. В какой-то момент почувствовала, как всё скручивается в тугую спираль, требуя своей разрядки, а затем мир взрывается на тысячи осколков, даря неимоверное наслаждение.

Егор отстранился от меня, встал с кроват, и и смотря на меня возбужденным многообещающим взглядом разделся до гола. Затем снова лёг сверху, наградив меня неимоверно нежным поцелуем в губы.

— Сладкая моя, — прошептал на ухо он, целуя и чуть прикусывая его.

В этот момент меня накрыло ощущение правильности происходящего, появилось непреодолимое желание не только брать, но и давать этому нежному, внимательному мужчине тепло и ласку.

Я притянула его голову выше, к своему лицу и принялась оставлять поцелуи на его подбородке, двигаясь навстречу губам. Мои руки прогрузились в его волосы, пропуская их между пальцев. Мы слились в восхитительном поцелуе, его язык то и дело сталкивался с моим в доминирующих движениях.

Меня удивляла его неторопливость. Я думала, что он, так долго желая меня и сдерживая себя, накинется как голодный зверь. А он оказался очень нежным и терпеливым любовником. Пустота внутри ощущалась уже почти болезненно, в то время как его внушительных размеров достоинство упиралось в мой живот. Я обхватила его рукой и провела вверх-вниз. Мне понравилось ощущать его толщину и вздутые под моей ладошкой вены. Раздались грубое утробное, но при этом одобрительное рычание, от которого его грудь завибрировала. И это распалило меня еще больше.

Но он снова взял инициативу в свои руки, провел ребром ладони между моих ног, в то время как его рот терзал чувствительную грудь. Я пылала от охватившей меня безумной страсти. Но мне этого казалось уже неимоверно мало.

— Войди в меня, — жалобным голосом простонала я, в то время как мое лоно болезненно напряглось от пустоты внутри.

Наконец, почувствовала, как он начал тереться головкой члена около входа. Я знала, что там должно быть неимоверно мокро. Он плавно начал проталкиваться внутрь. Ощутила, какой он большой, в то время как чувство наполненности и единения затопило меня.

— Какая ты тугая, — прошептал он, выходя из меня, а затем вновь врываясь, но уже глубже.

У меня же пронеслась мысль, что это скорее у него он слишком толстый, чем я тугая. Но мысль тут же потерялась в глубинах сознания, когда мы танцевали самый древний танец в мире.

Наши громкие стоны, наряду с тяжёлым дыханием, нарушали тишину помещения. Я чувствовала, как мои внутренние мышцы туго обвивают его и оргазм уже очень близко. Обхватила его тело дрожащими бедрами, чтобы оказаться еще ближе, еще теснее к нему. И поняла, что достигла своего пика, когда он подал бедра кверху и ещё глубже проник в мое тело. В этот же самый момент я почувствовала острую боль в месте, между плечом и шеей. Вскрикнула, но эта боль лишь усилила ощущения оргазма, переводя его на новый уровень. Тело содрогалось в конвульсиях намного дольше обычного, даря при этом непередаваемые ощущения, словно ты умираешь и рождаешься заново. Я поняла, что это был укус, который он старательно зализал, поставив метку, а затем, издав рык, сам забился в агонии, кончая прямо в меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Мы ведь не предохранились», — пронеслась несвоевременная мысль в моей голове, но почему-то в этот момент все казалось очень естественным, правильным и в таком состоянии даже не хотелось ни о чем думать. Я лежала, уставившись в потолок, а он повернулся ко мне боком, выводя невообразимые узоры на моем животе, и прошептал на ухо:

— Ты ведь не думаешь, что это всё? Оборотни быстро восстанавливаются, и я снова неистерпимо тебя хочу, — прошептал он, а затем взял мою руку и опустил ее на себя, наглядно демонстируя степень своего возбуждения.

Его шёпот заставил пройтись толпе мурашек по всему телу, и я опять почувствовала, как внизу становиться влажно. Что происходит? Это точно не заразно? Почувствовала себя озабоченной и ненасытной, но при этом с удовольствием подставила шею для поцелуев…

Глава 17

Ольга

Утром проснулась от того, что лучи солнце светили мне прямо в глаза, мешая спать. Настроение было приподнятым. Потянулась, не расщепляя глаз, и почувствовала приятную ломоту во всем теле. Открыла глаза, повернулась на другой бок и увидела пустую половину кровати. С головой накрыло разочарование от того, что его нет рядом. После такой великолепной ночи он ушёл. Ушел, как ни в чем не бывало, оставив после себя лишь вмятину на своей половине кровати.

Но не успела я в это состояние полностью погрузиться, как дверь в комнату распахнулась, и в неё вошёл Егор. В руках у него был поднос, на котором стояла кружка со свежезаваренным кофе, тарелка с выпечкой и красная роза. Запах кофе я почувствовала через всю комнату. А Егор, поставив поднос, протянул мне розу и сказал:

— Кофе в постель для любимой женщины, — наклонился и чмокнул опешившую от происходящего меня в нос, а потом и губы.

Он, и правда, сказал: "любимой"?

Но после сегодняшней ночи что-то между нами незримо изменилось. Сложно сейчас разобраться в чувствах и сходу понять, что именно. Единственное, что я знаю наверняка: в присутствии его мне хорошо и спокойно. Нет никакого недоверия, боязни, напряженности.

— Как мило, — с улыбкой ответила я, в прошлых отношениях меня таким не баловали.

— Дорогая, ешь быстрее и собирайся, у нас мало времени. — Я вопросительно уставилась на него, а он продолжил:

— Через двадцать минут я должен представить тебя своей стае.

— Зачем это? — насторожилась я, и обиженно, надув губки, сказала: — Мы так не договаривались.

— Таков обычай. — Серьезно ответил он. — Ты теперь моя жена. Луна моей стаи.

— Что это значит?

— Что ты второй человек в стае после меня. Ты и бета стаи, — поправился он. — Но если бета решает деловые вопросы, то ты — бытовые и семейные. К тебе будут обращаться женщины нашей стаи в случае чего. Ты мой тыл, хранительница моего очага…

— Сколько громких слов.

— Это всё правда. Я дам тебе шанс в этом убедиться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но я ведь человек, ты забыл? Я ничего не знаю, ничего не умею… какая из меня Луна? Что это слово вообще означает?

— Луна — это альфа самка, которую все беспрекословно слушаются и к ней идут за просьбой, советом, разрешением конфликта.

— Вроде третейского судьи?

— Видишь, как ты тонко уловила смысл, — сказал он подмигнув, — Не переживай, ты постепенно во все вникнешь и научишься. Мои оборотни очень добродушные, они тебе во всем помогут. Им только за радость будет.