Непримиримая (ЛП) - Рене Камео

— Я хочу, чтобы ты настроилась на мой голос и последовала за мной.

— Ладно, но я не знаю, с чего начать.

— Попроси своё сознание показать тебе путь.

Это звучало довольно легко.

Я попросила показать мне путь, и появился золотой след, который заворачивался в самых невероятных направлениях.

Я уточнила и попросила указать мне прямой путь. У меня отвисла челюсть, когда я увидела, как след распрямился в ровную линию.

— Я вижу путь, по которому собираюсь пойти, — сказала я.

— Хорошо.

Я прошла вперёд, передо мной начали возникать воспоминания.

Я испытала странное чувство, проходя сквозь чужое сознание. Воспоминания, проносившиеся передо мной, поднимали волну ощущений. Каждый раз, как я замечала какое-нибудь воспоминание, я выставляла барьеры, которые выглядели прочнее, чем раньше.

Я продолжала двигаться вперёд и вдруг увидела впереди яркий свет. Там стояла фигура человека, и я тут же узнала его.

— Доктор Саймон, я вас вижу, — позвала я.

— Поздравляю, Эби. Ты настроилась на своего первого человека.

Я выстроила барьер вокруг своих мыслей.

Первой была моя бабушка.

— Ого. Вообще-то, всё не так уж и плохо. Но есть же и другие способы настраиваться на человека, ведь так? Я видела, как вы настраивались на людей, просто посмотрев на них.

— Да, мы будем делать это во время нашей следующей сессии. Некоторых людей прочитать сложнее. Это зависит от того, насколько сильно их сознание, и от того, насколько ты натренирована.

Мне не терпелось узнать больше. Как он и говорил, этот дар был дан мне по какой-то причине, и моей целью было узнать как можно больше и стать такой сильной, какой я могла, чтобы выжить.

— Доктор Саймон, — спросила я.

— Да?

— Мне надо увидеть мою семью. Мне надо сообщить им о том, что я в надёжных руках.

— Я посмотрю, что могу сделать, — сказал он. — Я понимаю твою ситуацию и осознаю, как важна тебе твоя семья. Тебе пора возвращаться назад.

Когда я открыла глаза, я сидела на стуле. «Белый халат» уже развязывал мои ремни.

— Полагаю, мою силу можно контролировать, — я улыбнулась.

«Белый халат» не сказал ни слова и попытался сохранить невозмутимое выражение лица.

— Почему вам не выдают бейджики?

— Потому что они нам не нужны.

— А что если мне придётся к вам обратиться, ну, например, если это будет что-то важное.

— Не придётся, — отрезал он.

— Через пару недель я и так узнаю ваше имя, и, вероятно, вообще всё про вас.

Я пожала плечами.

— Именно поэтому я хорошо подхожу для этой работы. Я никто, — ответил он.

— Каждый человек является кем-то, и вы хорошо делаете свою работу. Я едва ли что-то почувствовала.

Он кивнул, но, прежде чем выйти, сказал:

— До свидания.

На моих губах заиграла широкая улыбка. Он принял меня.

— Почему ты улыбаешься? — сказал Чейз, подойдя ко мне.

— Потому что даже немного доброты имеет большое значение, — ответила я.

— Твой «белый халат» не должен был взаимодействовать с тобой. У него могут быть проблемы.

— Почему? Из-за того, что я сказала ему, что он хорошо делает свою работу?

Чейз закатил глаза.

— Ты невыносима.

— Ну, спасибо, — сказала я, и он усмехнулся.

— Эй, Хлоя. Как ты?

— Думаю, хорошо. Кажется, я заснула, — она захихикала.

— Не удивительно, что я не смог прочитать тебя, — сказал доктор Саймон, приподняв одну бровь.

Хлоя пожала плечами.

— Думаю, мне надо было поспать.

— После вчерашнего вечера мне нужен недельный отпуск, — сказал Чейз.

— Нам обоим, — вздохнула я.

— Эби, ты обычно счастливый человек? — спросил Чейз.

— В основном, — сказала я.

— Это из-за твоего жениха? — спросила Хлоя.

Слово прозвучало забавно, и так необычно, потому что Финн был моим лучшим другом, и мне было всё ещё непривычно, когда к нему обращались как к моему парню.

— Он немало поспособствовал моему счастью. Он дополняет меня, и в этом мире нет никого, с кем бы я хотела провести остаток своей жизни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты такая счастливая, — мягко сказала Хлоя, мило улыбнувшись.

Я посмотрела в её светло-голубые глаза. Она выглядела такой беззащитной.

— Когда-нибудь ты тоже найдёшь любовь, Хлоя.

— Ага, и этому парню лучше позаботиться о тебе, а не то твой старший брат может расплавить ему мозги, — пригрозил Чейз.

— Только попробуй, — огрызнулась Хлоя.

Они оба засмеялись, и напряжение в комнате спало.

Доктор Саймон научил нас ещё паре трюков по настраиванию на человека, и мне это далось довольно легко. Я хотела прикинуться, что испытываю некоторые трудности, но по правде говоря, что бы он мне не предлагал, я делала всё с первого раза.

Он также протестировал нас с помощью карточек, на которых были изображены разные предметы. Он показывал нам обратную сторону карточки, а мы должны были сказать ему, что изображено на её лицевой стороне. Поскольку он представлял картинки в своей голове, я без труда считывала их. Хотя это и не было каким-то великим достижением, потому что Хлоя и Чейз тоже идеально справились со своими заданиями.

После обеда доктор Саймон объявил, что его вызвали на экстренное собрание, поэтому у нас есть несколько часов свободного времени до тренировки с оружием. Я не могла дождаться.

ГЛАВА 11

— Как часто будут проходить тренировки с оружием? — спросила я близнецов по пути в тренировочную комнату.

— Два раза в неделю, — сказал Чейз. — Они неплохо отвлекают.

— Я не люблю тренировки с оружием, — вздохнула Хлоя.

— Конечно, не любишь. Ты никогда не держала оружия в своей жизни, и у тебя довольно плохая координация.

— Это не моя вина, — раздраженно сказала она — Меня никто не учил.

— Может, Эби научит, — предложил Чейз, легонько толкнув меня локтем в руку.

Я остановилась посреди коридора.

— Ага. Я легко могу научить вас кое-чему.

Они оба остановились и повернулись ко мне.

— Ударь меня, — сказала я, жестом приглашая его подойти.

— Ни за что. Я не бью девушек, — усмехнулся он.

— Не волнуйся, у тебя ничего не выйдет.

— Думаешь, что сможешь заблокировать мой удар? — подразнил меня он, сделав в воздухе пару приёмов кун-фу и сопроводив все это соответствующими звуками. — Ты только посмотри. Мои кулаки словно молнии. Не поймаешь.

Должно быть, он перепил кофе, потому что никак не останавливался, и где-то через тридцать секунд его боксирования с самим собой я скрестила руки на груди.

— Ты закончил? — вздохнула я.

Он остановился, и дышал как собака.

— Чейз, тебе бы лучше полегче с этим, а то ты можешь упасть в обморок, — засмеялась Хлоя.

— Пффф. Я могу заниматься этим весь день, — пропыхтел он.

— Я жду, — сказала я.

— Хорошо, но если тебе будет больно, то это не моя вина.

— А если ты пострадаешь, — отметила я, — то мне надо знать, где тут лазарет?

Хлоя засмеялась.

— О, Эби считает себя комиком, — подразнил Чейз.

Прежде чем он нанёс удар, я смогла считать его движения задолго до того, как он пошевелился. Он завёл свой костлявый локоть назад и выбросил руку вперёд, целясь прямо мне в грудь. Я увернулась, схватила его руку, и, воспользовавшись моментом, перекинула его через бедро и бросила на землю. Затем я схватила его за запястье и завернула руку ему за спину.

Чейз закричал от боли.

Я отпустила его, не зная, правда ли ему было больно. Я едва ли надавила на него.

Хлоя вскрикнула и закрыла рот руками.

— Думаю, мне нужен врач, — застонал он, схватившись за бок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Извини. Я не хотела причинять тебе боль, — извинилась я.

— Конечно, ты не хотела. Просто у меня теперь ещё один синяк, который добавился ко всем остальным, — подразнил меня Чейз, вставая на ноги. — А в остальном… я в полном порядке.