Да, капитан! (СИ) - Кейн Лея

— Ты же понимаешь, что такого не бывает?

— А попасть в книгу — это, по-твоему, в порядке вещей? Такое каждый день происходит?

На его лице заиграли желваки. Ему было проще оправдывать себя тем, что все вокруг нереальное. А я донесла до него мысль, которую он отвергал, если даже допускал.

— Что, если книга — всего лишь проводник? — произнесла я.

— Проводник чего? — прошипел он.

Я поглубже вздохнула и ответила:

— Проводник между мирами.

Ксандр не поддержал мою теорию, но и не опроверг. Задерживаться с ним наедине я не могла. Шанард уже прожигал нас взглядом, поэтому я заговорила о делах, будто от этого зависела жизнь корабля.

— Как у нас с провизией?

— Затянем ремни потуже, — ответил Ксандр.

Молча кивнув, я ушла с палубы, вернулась в свою каюту и старалась как можно реже мелькать на глазах.

Шанард возвратился поздно. Уставший, он буквально рухнул в постель, доложил, что вовремя очищенное днище прибавило нам два узла в скорости, и вскоре уснул. Я проворочалась полночи и, в конце концов, укутавшись в одеяло, вышла на палубу. На корме я увидела Кайда. Облокотившись о поручни, он задумчиво смотрел вниз. Одна его нога упиралась в нижнюю перекладину поручней. Кожаная куртка натянулась на его широкой спине, выдавая мускулистое тело. Светло-русые волосы трепало ветром.

Я сочла лучшим держаться ближе к нему. Большая часть команды спала в своих гамаках в трюме. Но дозорные не сводили с меня глаз. Один на мачте даже присвистнул, когда я вышла.

— Не спится? — спросила я, чувствуя, как на свежем воздухе у меня проходит тошнота.

Кайд повернул голову и слабо улыбнулся мне. В рассеянном желтом свете масляных фонарей от меня не ускользнула печаль на его лице. Я догадывалась о причине, а уже в следующее мгновенье Кайд сам озвучил ее.

— Как я могу спать, зная, что ты ублажаешь Шанарда, совсем позабыв обо мне? Баса ты тоже отошьешь? Зачем тогда предложила нам жить вчетвером? Говорила, что не можешь выбрать, определиться…

Я тяжело вздохнула. По отношению к Кайду мой выбор действительно эгоистичен. Вот только как объяснить ему, что я не Аври?

— Ты злишься из-за моего предложения? — Он повернулся ко мне корпусом, локтем опершись о поручни. — Прости, не знал, что тебя это заденет. Обещаю, впредь и мысли не допущу использовать тебя в корыстных целях. Понимаю, мне далеко до Шанарда. Он старше, опытней, много лет прослужил капитаном. И вообще он толковый мужик. Я моложе, импульсивнее, иногда ошибаюсь. Но я люблю тебя, Аври.

Я бросила на него хмурый взгляд, и Кайд поправился:

— Аврора. Ты даже свое полное имя сказала только ему! Почему? Что плохого я тебе сделал?

— Кайд, ты уверен, что сейчас самое подходящее время обсуждать наши отношения? — не выдержала я.

— А когда? Когда вы получите амадин, заберете «Бреасу» и уплывете в закат? Я видел, как ты шушукаешься с Ксандром. Вы с Шанардом что-то задумали, а меня ты использовала, чтобы убедить его согласиться на сделку. Теперь я стал не нужен, да?

Не в силах больше слушать это, я развернулась. Но уйти не успела. Кайд схватил меня за руку, дернул и, спиной прижав к поручням, заблокировал меня с обеих сторон. Заглядывая в мои глаза, он с мольбой заговорил:

— Не знаю, что с тобой происходит. После последнего боя ты совсем изменилась. И к моему великому сожалению, вопреки тому, что ты больше не поощряешь меня своим вниманием, такая ты нравишься мне больше прежней.

Вот это поворот! Аври называла его страстным жеребцом, устраивала бешеные оргии и обожала экспериментировать с Кайдом за закрытыми дверями, а он говорит, что я — скучная, замкнутая и закомплексованная серая мышка — нравлюсь ему больше нее. Пойми этих мужчин!

Кайд поднял руку, и его ладонь коснулась моей щеки. Большим пальцем проведя по моим губам, он прошептал:

— Я люблю тебя, Аврора. Черт возьми, я в это плавание отправился только из-за тебя. Плевать мне на амадин. Я лишь с тобой хочу быть. Я же не против Шанарда и Баса. Хочешь еще мужа? Двух? Пожалуйста! Если так ты обретешь настоящее счастье. Только меня не отвергай!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Отдушина в любой неприятности. Я не испытывала к Кайду тех чувств, что бушевали во мне к Шанарду, но зря сопротивлялась симпатии. Этот смуглый красавец, так или иначе, волновал кровь в моих жилах.

— Кайд, — шепнула я, затаив дыхание.

Он не дал мне сказать больше ни слова. Его рука легла на мой затылок, и, прильнув ко мне, он поцеловал меня в губы. Настойчиво и жадно. Замерев на месте, я толком не поняла, но мне показалось, что в последний момент я поддалась искушению и ответила на поцелуй, а когда Кайд, улыбаясь, чуть отстранился, я увидела Ксандра.

Выйдя из каюты капитана, он остановился поодаль от нас и хищно осклабился. Вот же козел!

— Не надо, Кайд, — попросила я, отодвинула его от себя и бегом кинулась в свою каюту, где спал мой возлюбленный Шанард, даже не подозревая, чем я тут занимаюсь.

Глава 13

Спустя еще одни сутки мы подошли к берегам Плиеса. Я почти не выходила из каюты, борясь там с укачиванием и избегая Кайда. Следующим вечером Шанард вернулся чуть раньше, но увидев меня бледную и измученную, даже не намекал на постель. Поухаживав за мной, пожелал спокойной ночи и лег спать.

Мы сошли на пляж под палящее солнце. Духота выматывала. На Плиесе было в разы жарче, чем в открытом море.

Так как Ксандр решил не задерживаться на островах, почти вся команда осталась на корабле. В баркас он взял меня, Шанарда, юриста и Чэнси. Без этого мальчишки мы были как без рук.

Иусхабия узнала о нашем прибытии задолго до того, как мы подошли к деревне. Островитяне предусмотрительно попрятались в своих хижинах, на улице остались лишь вооруженные копьями воины в набедренных повязках и шаман, один вид которого пугал до дрожи в коленях. Сама правительница Плиеса ожидала нас в главной хижине, в окружении своих приближенных подданных и двух наших людей — Себастиана и Израэля. Выглядели они неплохо. Сытные обеды и здоровый сон хорошо на них отразились. Даже нас немного штормило от недостатка отдыха. А они цвели и розовели.

— Капитан Вибас! — встретила нас своим грубым басом Иусхабия, не вставая с кресла.

Остановившись в центре хижины, мы переглянулись. Я обеими руками впилась в локоть Шанарда и, спрятавшись за его спиной, осторожно выглядывала из-за плеча.

— У «Бреасы» новый капитан! — ответил Шанард, перешагивая через себя. — И он привез юриста.

Толстячок вышел вперед, мельтеша короткими ногами, платком вытер вспотевшую плешь и вынул из внутреннего кармана сюртука несколько свитков.

— Позвольте, доложить, многоуважаемая правительница Плиеса, — гнусноватым голосом заговорил он, — что Уолфин Кенаукут рассмотрел ваше предложение и готов заключить договор.

— Где мой парус? — спросила она, пока игнорируя юриста.

Ксандр, по-хозяйски взяв стул у стены, поставил его перед Иусхабией и сел. Положив ступню одной ноги на колено другой, он откинулся на спинку стула.

— Я так понимаю, ты теперь капитан? — фыркнула она. — Наглый, самонадеянный и циничный. Что ж, если меня устроят условия Кенаукута, заберешь своего клерка и лекаря.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Не спешите, Иусхабия, — ответил Ксандр. — У меня есть кое-что, способное подсластить сделку. Ваш парус в Дуахтоне. Он цел и невредим. Вы получите его, когда доставите туда юриста. Потому что наш путь ведет в другую сторону.

— Куда же вы направляетесь? Рассчитываете, что после предыдущей неудачи товарные корабли ходят вдоль восточного побережья Латхана?

— Нас не интересует сахар и табак. Мы плывем за богатствами. А точнее — на Нертонские острова.

На миг мне показалось, что Иусхабия побледнела. Даже ее губы изменили цвет. Секунду она смотрела на Ксандра, а потом издевательски захохотала: