Поиграем, мышка? (СИ) - Островская Ольга

— Знал. Ты бы стал ждать на моем месте? Будь твоя Вася у него в руках? — раздраженно спрашивает Рошад, а от его ладони меня прошивает таким болезненно-сладким теплом, что я не могу сдержать стона, выгибаясь в мужских руках. В ответ он прижимает меня к себе еще сильнее.

— Убедил, — примирительно соглашается его собеседник. — Ты сам как?

— Ничего смертельного. Восстановлюсь. Меня ее состояние беспокоит. Мишель, ты меня слышишь? Посмотри на меня.

— М-гм, слышу, — мурлычу, заставляя себя поднять веки. И утопаю взглядом в вишневом омуте, расцвеченном синими всполохами. — У тебя такие нечеловечески-красивые глаза.

— Я рад, что тебе нравится. Но сейчас хочу, чтобы ты постаралась сосредоточиться. Малыш, вспомни, что с тобой сделал Хасмиер? Из-за чего ты в таком состоянии?

— Он уколол мне что-то, — болезненно морщусь, вспоминая. Всхлипываю жалобно: — Он хотел... изнасиловать меня. Сказал, что заставит хотеть секса с ним. Хотел устроить для тебя представление. Я не могла сопротивляться. Совсем. Старалась и не могла. Тело меня не слушалось, реагировало, хотело... Мне так противно внутри было.

— Тш, уже все хорошо. Он тебя больше никогда не тронет. Ты в безопасности, — Рошад сочувственно обнимает меня, притягивая к себе. Целует нежно в висок. — Ты у меня очень смелая умничка и со всем справилась.

Я тянусь к нему в ответ, обнимая за шею, чувствуя, как все крепче сжимаются вокруг меня мужские руки. Мне до безумия нужны эти прикосновения. Нужен он.

— Рош-ша-а-ад, пожалуйся, сделай что-нибудь, — умоляю я, целуя его шею. Прикусывая, и пробуя на вкус чуть солоноватую кожу. Дурея от его запаха и прерывистого дыхания. Дурея от ощущения его рук на моей пылающей коже и каменных мышц большого тела, прижатого ко мне. — Я не могу больше терпеть. Я хочу... пожалуйста.

Мне хочется как-то извернуться, чтобы обхватить его руками и ногами, почувствовать его ответное желание, утолить сжигающую меня жажду. Только с ним. Ведь к этому все шло. Я знаю, что к этому. Нам совершено точно суждено было рано или поздно заняться сексом. И на поздно я больше не согласна. Я сейчас хочу.

— К-хм, Рошад, думаю, тебе нужно срочно увозить ее к себе. Иначе представление тут для всех вы уже вдвоем устроите, — доносится до меня ироничный голос второго мужчины, заставляя на краткий миг вспомнить, что мы с объектом моего вожделения не одни в моей разгромленной спальне. — Забирай свою Мышку и уезжай.

— Не могу. Нужно тут все уладить. И не уверен, что смогу контролировать себя... с ней, — Рошад пытается мягко меня отстранить, удерживая за плечи, но я потеряв доступ к его шее, с радостью прижимаюсь губами к чувственному рту.

Мужчина со стоном отвечает на мой поцелуй, а потом все равно отрывает от себя. Жестокий. Стягивает с кровати покрывало, в два счета пеленая меня, как ребенка. Ар-р-р, покусаю.

— Вот и остынешь по дороге. А я, так уж и быть, на этот раз сам все улажу, — явно забавляясь с нашей возни, уведомляет его собеседник.

Я его теперь даже немного рассмотреть умудряюсь, насколько это возможно при столь скудном освещении. Высокий и широкоплечий, как и Рошад. Только, скорее всего, не брюнет. И старше. Наши взгляды на миг встречаются, и я даже в своем одурманенном состоянии не могу не почувствовать исходящую от него мощную, пугающую и подавляющую энергетику. Опасную. Хоть и не враждебную. Кажется.

Тоже нелюдь.

— Твоей избраннице твоя помощь нужна в более срочном порядке, чем здесь, — продолжает он, переводя взгляд на моего босса и спасителя. — Человеческих жертв нет, убытки возместим, гаджеты с фотографиями и записями произошедшего изымем, воспоминания подкорректируем. Вас с Хасом, кажется, никто не видел, так что, возможно, обойдемся малой кровью. Думаю, утечка газа вполне объяснит взрывы. И смерть, если ты уже все решил. Подходящее тело найдем. А с эмиссарами завтра сам пообщаешься.

— Хорошо, — сдается Рошад, поднимаясь с пола со мной на руках и направляясь куда-то в сторону входной двери. — Буду должен, Арид.

— Сочтемся, — кажется, кивает тот в ответ

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но я уже не смотрю на него. Мое внимание полностью приковывает огромная зияющая дыра на том месте, где у меня раньше окно было. Да и вся комната основательно разрушена. Кровать разнесло в щепки, как и остальную мебель. Стены обгорели и местами пробиты насквозь. Под ногами Рошада хрустят обломки вперемешку с битым стеклом. И провонявшийся гарью воздух, буквально искрит на коже, напитанный электростатическим напряжением.

Это же мой дом. Моя квартира. Что мне теперь делать? Я бездомная? От осознания масштабов бедствия, даже мой нестерпимый голод отходит на задний план. Боже, они реально надеются выдать это за утечку газа?

А потом память мне услужливо подсовывает слова этого... Арида, кажется, о чьей-то смерти и подходящем теле...

О ком он говорил?

ГЛАВА 22

Как мы выходили из дома я помню очень смутно. Тем более что Рошад закутал меня в пыльное драное покрывало буквально с головой и вынес во двор на руках, как ребенка, пресекая все попытки высунуться и посмотреть, что вокруг творится. А мне становилось все более и более не по себе, даже несмотря на наркотик в моей крови, заставляющий то и дело отвлекаться на всякие глупости.

Куда он меня несет? Куда забирает? И правильно ли я поняла, что это мою смерть они хотят инсценировать? И если так, то зачем? Чтобы спрятать от этого Хаса? Так он все равно знает, что я жива. Ведь знает?

Но вот вой сигнализаций, человеческие голоса и уличный шум остались позади. Рошад усадил меня на пассажирское место своего электрокара, вскоре я услышала, как он сам сел рядом на водительское. Меня вжало в сидение, когда мы резко и почти бесшумно тронулись с места.

И теперь перед глазами стремительно проносятся огни ночного города, а мою душу и разум пожирают противоречия, сомнения и страхи, лишь усугубляемые перевозбужденным состоянием нервной системы и предательского тела.

— Куда ты меня везешь? — спрашиваю хрипло, не поворачивая голову к Рошаду. Боюсь, что посмотрев на него, еще больше буду сходить с ума от своих безумных желаний.

— В свой дом, — слышу ровный ответ.

— В другой мир? — уточняю осторожно.

В том, что он не обманывал, и действительно не человек, я уже убедилась. Трудно не поверить в существование нелюдей, если двое из них при тебе разносят твою квартиру и швыряются шаровыми молниями, выясняя отношения.

— Нет. В мой мир сейчас никак нельзя ни мне в моем теперешнем состоянии, ни тем более тебе в твоем. Переход может получиться смертельным. У меня есть дом здесь. Я живу в нем, когда бываю в вашем мире. Далеко за городом. Там вокруг лес и тишина, думаю, тебе понравится. Как ты себя чувствуешь?

Его пристальный взгляд ощущается почти материальным. И, кажется, что воздух вокруг нас буквально накаляется, потрескивая от напряжения, покалывая мою покрывшуюся испариной кожу. Хочется сбросить с себя покрывало, выгнуться дугой, предложить себя, а еще лучше самой скользнуть кошкой к желанному мужчине, потянуть молнию на его брюках, добраться до обнаженной плоти и начать то, чего так жаждет мое тело. Ведь он тоже этого хочет. Тоже до предела возбужден. Голоден. Я знаю. Чувствую это... как-то.

Но вместо того, чтобы поддаться своим желаниям, я сжимаю ноги крепче, дрожащими руками подтыкая вокруг себя покрывало, будто это как-то мне поможет. И пытаюсь сформулировать более-менее четкий ответ на заданный вопрос. О чем он там? О моем самочувствии?

— Я чувствую себя... странно. Я... мало что знаю о воздействии наркотиков, но мне кажется, что наркотическое опьянение должно ощущаться по-другому. Мой мозг... мне тяжело сосредоточиться, желание немедленно заняться с тобой сексом здорово отвлекает но я способна более-менее связно мыслить и в какой-то мере анализировать ситуацию. По крайней мере, мне так кажется.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да, у тебя это неплохо получается, — хмыкает Рошад. — То, что тебе вкололи, вполне может иметь неземное происхождение, потому и эффект может отличаться от известных тебе. Я постарался ускорить твой метаболизм, насколько это возможно без ущерба твоему здоровью. Ты хорошо справляешься. Организм выводит эту дрянь. Но на это нужно время, поэтому придется немного потерпеть... последствия. Я сделаю все, что смогу, чтобы помочь тебе, с этим справиться. А пока, моя храбрая и сильная Мышка, попробуй уснуть. Я могу тебя прислать, если позволишь.