Секретарша для Кощея (СИ) - Лушинберг Юлия

— Алексей, это я, — раздался голос Василисы.

— Боже мой, — выдохнула я, вцепившись до боли в пальцах в ворот халата.

Мне безумно хотелось спрятаться в шкафу или под кроватью, как в каком-нибудь пошлом анекдоте. Дверь спальни открылась. Алексей вышел из комнаты и заметив мое бледное лицо замер на месте.

— Там Василиса пришла, — прошептала я.

В этот момент нас и застала его бывшая невеста. Она сильно изменилась с нашей последней встречи в аэропорте. Возможно на ее внешности сказалось расставание с Алексеем, скандал в СМИ и отмена нескольких модельных контрактов, но у меня никак не укладывалось в голове ее преображение из Василисы Москвиной в ту, что стояла напротив. От былой натуральной копны волос не осталось и следа. Некогда густые волосы потеряли свой объем вдвое и тонкие пряди, так старательно разложенные по плечам, смотрелись жалко и некрасиво. Толстый слой макияжа, которым она пыталась скрыть дефекты кожи, местами подчеркивал морщины на лбу и в уголках глаз. Василиса напоминала мне розы из цветочного магазина, чья красота скоропостижно увядает.

Она очень быстро сделала выводы в сложившихся обстоятельствах. Ее лицо исказила гримаса боли и упрека, предназначавшаяся мне и Алексею.

— Если ты за вещами, то они в гостевой спальне. Перед уходом, оставь ключи на столике в прихожей, — ровно сказал Алексей, — мы с Ксюшей подождем пока ты уйдешь на кухне.

— С Ксюшей, — повторила Василиса и горько улыбнулась.

Алексей сделал шаг вперед, но она продолжала стоять посередине коридора, преграждая путь на кухню.

— Скажи мне, Алешенька, — почти ласково начала Василиса, — когда мы были вместе, ты хотя бы симпатию ко мне испытывал?

— Это пустая трата…

— Да тебе было плевать! — взорвалась она, почти моментально перейдя на визг.

Алексей угрожающе направился к ней, но она достала что-то из сумочки и он тут же замер. Я словно в замедленной съемке увидела, как ее рука поднимается с пистолетом в руке и направляется в мою сторону.

— Стой, — прорычала она, лихорадочно стирая слезы свободной ладонью с щеки, — иначе тебе придется искать новую секретутку!

— Василиса, ты делаешь большую глупость, — мягко сказал Алексей.

— Тебе было плевать на меня с самого начала! Я была для тебя игрушкой, с которой ты весело проводил время, пока не нашел себе развлечение поинтереснее. Ответь мне честно, когда узнал, что я тебе изменяю, ты хоть что-то испытал? Гнев, злость, обиду?

— Разочарование. Я испытал разочарование.

— Как интересно! Что-то я не видела разочарования, когда я продолжала спать и с тобой и с Ильей! Ты ведь знал, знал с самого начала! Еще когда этой дуры не было рядом и в помине!

— Василиса…

— Да, именно дуры! А как еще назвать курицу, которая даже не догадывается о том, кто ты на самом деле. По ее тупой физиономии ясно, что она еще ничего не поняла!

— Василиса, — попыталась вмешаться я, — никто не идеален, но кем бы ни был Алексей, он не стоит того чтобы совершать преступление.

— Ха, смотрю ты не спешишь умирать за любовь, — истерично рассмеялась она, — Неплохо выглядишь, кстати. До меня далеко, но все же близость к Кощею сделала свое дело. Как насчет того, чтобы расставить все точки над «и», — она повернулась к Алексею, — расскажи ей.

— Какой в этом смысл?

— Ну! — она взвела курок.

— Хорошо-хорошо, — он поднял руки, — я — Кощей Бессмертный.

Происходящее все больше и больше походило на дурдом.

— Нет, не так! — рявкнула Василиса, — Расскажи, как во сне у тебя останавливается сердце и вместо нормального, теплого человека, рядом оказывается труп. Расскажи о смерти в одном из этих долбаных яиц и вечной молодости, за которую ей придется дорого заплатить! Ну же! Я жду.

Повисло гнетущее молчание. Я с трудом оторвала взгляд от черного дула и посмотрела на Алексея.

— Ксюша…

Его на полуслове прервал звук выстрела.

Я в ужасе вскрикнула. Алексей пошатнулся, и удивленно посмотрел на свою грудь. Ровно на месте солнечного сплетения на белоснежной футболке быстро расползалось красное пятно. Я кинулась к нему, когда он медленно стал оседать по стене.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Думаю так, ей будет проще понять, — сказала Василиса и отшвырнув пистолет ушла.

— Боже, — я дрожащими руками пыталась остановить ярко алую кровь, — мне нужно позвонить в скорую, ты продержишься несколько секунд?

— Не нужно скорую, — сдавленно произнес он и поморщился от боли.

Леша бредил. Я взяла первое что попалось под руку, кажется это был тапок, и заставила его прижать к груди. Спотыкаясь на ровном месте, я побежала на кухню и схватила перепачканными в крови руками телефон. От шока, я стала набирать 911 и не сразу поняла, что звоню по несуществующему в России номеру.

— Ксюша, положи телефон, — теплая рука Алексея легла мне на плечо.

Я резко повернулась, выронив трубку. Он выглядел совершенно нормально, если не считать крови на футболке и пижамных брюках. Сквозь маленькую дырку, оставленную пулей виднелась кожа. Кровавая рана исчезла.

Глава 7.

Я никогда не падала в обморок. Никогда, до этого момента. Костик, Василиса, выстрел, кровь, Алексей — все навалилось как-то разом на мое сознание, что мозг просто не выдержал напряжения и отключился.

Когда я пришла в себя все в той же кровати, то почти поверила, что последние события мне приснились. Коробки с вещами Василисы были на месте, впрочем во сне она тоже их не забрала. Голова раскалывалась.

— Принести чего-нибудь?

Я непроизвольно вздрогнула. Алексей сидел рядом с кроватью в кресле. Не получив ответ, он протянул ладонь, чтобы потрогать мой лоб, но я отстранилась. Алексей не был силен в проявлении эмоций, но боль и горечь отчетливо отразились на его лице. Он неловко убрал ладонь.

Нет. Все же это был не сон. Мой разум четко осознавал — Василиса и вправду стреляла в Алексея. Вот только, тот факт, что сейчас он как ни в чем не бывало сидит рядом никак не укладывался в голове.

— Этого не может быть, — произнесла я вслух.

— Но я же жив, — ответил Алексей.

В моей голове произошло очередное короткое замыкание. Я не упала в обморок, но кажется зависла на довольно продолжительное время. Как пазл стали собираться события, которые произошли с момента моего устройства в «Живую Водицу». Все странные фразы и поступки Алексея, что я списывала на чудачество. Василиса с ее удивительной моложавостью. Мои изменения во внешности. Все сходилось в совершеннейший бред и он был похож на правду.

— Ты и вправду Кощей Бессмертный? — задала я наистраннейший вопрос, который когда-либо задавала в своей жизни.

Я все еще надеялась, что он рассмеется и удивится такой буйной фантазии. Должно же быть у случившегося разумное объяснение.

— Да.

Ответ прозвучал так же четко, как раскат грома в жаркий летний день.

— Это невозможно, — я попыталась убедить то ли его, то ли себя, — иначе бы все знали о твоем существовании! Взять хоть женщин, с которыми ты успел пожить за эти тысячи лет, они же были в курсе! Неужели ни одна не рассказала о твоей тайне? Неужели никто не заметил твое бессмертие?

Устало потер переносицу.

— Конечно кто-то замечал. Но времена были темные, люди верили в ведьм, нечистую силу, волшебный народец. Перечислять можно бесконечно. Местные воспринимали меня как данность и ничего не могли поделать с бессмертным правителем. За пределы же личных земель выходили только сплетни да глупые легенды. Сама рассуди, многое ли известно современным людям о событиях в дохристианской Руси? Более того, я вполне неплохо жил в своем маленьком княжестве до пятнадцатого века не зная никаких проблем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но после… Как же быть с современным миром, документами, фото…

— Все гораздо проще чем, ты думаешь. Деньги решают все проблемы, да и те же документы с фотографиями существуют относительно недавно. По крайней мере по моим меркам. Сейчас с одной стороны мне приходится быть осторожнее, скачек в технологиях приносит определенные неудобства, а с другой стороны мне стало легче — люди больше не верят в глупые сказки и ты сама можешь догадаться, что случится с человеком при людно утверждающим, что я бессмертен.