Почти Баба-Яга (СИ) - "Капризная Бабайка"

— Лика, конюший зовёт. Определить надо живность.

— Иду, — спускаюсь в подвал, — В чем проблема, Тим?

— Кого куды? Ить, не влезут. А тама дрова.

— Сейчас придумаем, не переживай, — Прошлась по хлеву. И правда тесно. Животных набилось, развернуться негде. Да на улице ещё. Итак, что у нас есть? Есть дровница. Под всей ванной и ещё одна под гостиной, теперь детской. Под оранжереей торф лежит.

— Так, освобождаем дровницу под ванной. Всю. Дрова отсюда, рядом с конюшней клади. Их первыми использовать будем. Я навес сделаю. Лес тут есть. Так что не пропадём. На освободившемся месте делаем загон, на всю длину. Туда определяй коз, овец и коров. Должно хватить места. Сенник убирай в конюшню. И продолжай хлев до конца, до края веранды. Свинарник расширяем. Делай во всю длину веранды, до хлева. И загородки убирай. Сразу от входа в подвал. Кто ещё?

— Дык, птица.

— А что с ней?

— К курям нельзя гусей, индюшек, цесарков и утков. У них домики разные.

— Н-да… Делаем пристройку к дому. Со стороны гостиной. Расширим немного ещё. И на первый этаж всю птицу. Курятник будет длиннее. Его на месте оставляем. Остальное делим. И дровница больше будет внизу. Кабинет тоже. Избушечка, сделаешь нам домики для птичек? Расширяемся со стороны гостиной. — какая же замечательная она у меня! — Видишь, птичкам тесно? Помогай.

Избушка вздрогнула и… Всё сделала. Конюший радостно понёсся заселять птицу. А мне надо плести загоны. Или просто огородить до забора? Пожалуй, так и сделаю. Надо делать поилки и кормушки. За забором завтра поля надо распахать под птичий корм. Зерно они только так едят. Дел полно. Посевная длилась у нас месяц. Отделила до забора с двух сторон загоны. Под птицу и свинок. Оставила дорожки вдоль забора. Пока с Зевсом распахали и привели в порядок поля до реки на нашей стороне, пока засеяли. Избушку отпускали охотиться. На ту сторону. Приносила змей. На этой никого не осталось. Шкуры я обрабатывала, мясо сдавала Грише. Избёнки начали расти. Они по примеру мамы собирали ветки и втягивали. Ставила каждый день верши утром и вечером. Рыба попадалась крупная. Мы с Зевсом начали уезжать на охоту. Пока зверья попадалось мало. На склонах, в основном, и выше. Логично. Снизу всех съели. Змеи были все мельче. И я решила сделать мост на ту сторону. Что б мне скотина не топтала поля. А эту всю засеем. Выложила камнями дорогу до моста. Благо их тут полно. Избушка утоптала, и получилась приличная дорога. На лугах рыскали избёнки. Выслеживали добычу. Они охотились каждый день. Так что я не боялась за животных, и за избенок, на них охотиться некому. От кого бежали, я так и не поняла. От опасности. Я и раньше неприятности чуяла, а сейчас всё стало ещё яснее. Ходили в луга и лес втроём, собирали травы, я рассказывала, что знаю, нас сопровождал Руперт. Мы вместе слушали лекции книги и зеркала. Они интересно рассказывают. Снова учёба. У мелких тоже. Они учатся писать, читать и считать. Вместе смотрим географию мира. Зеркало рассказывает кто и где живёт, книга помогает. Анималпланет местного разлива. Очень интересно.

— Это кто? — Миша большими глазами смотрел на зубра, — Какой мохнатый! На быка похож.

— Это, Мишань, его родственник, зубр. Живут ближе к северу. Это я знаю. Мохнатые такие, что б не мёрзнуть. Зимы там длинные и холодные.

— А наш Борька бодается. Мы потому его привязали? — он вспомнил нашего бычка. Взяли маленького, а вырастет точно монстр.

— Да, Мишань, потому. И что б не портил поля. Он ямы роет зачем-то. Ищет кого, наверное. Тоже охотится, как избушки.

— Они хорошие, — это голос подала Маша. Молчаливая девочка. Говорит редко, больше слушает и улыбается. С Гришей часто сидит. Учится готовить. И правильно. Гриша шевство взял над ней.

— Конечно хорошие. Вон, как охотятся замечательно. Животных охраняют. И трофеи приносят, как мама.

— Хозяюшка, дело у тебя важное есть, — нарисовался Гриша, — Нам бы мельничку поставить на реке. Амбарчик избушка поставила уже. Подвальчик вниз расширила, умница моя, для зерна. И овощей. Скотину ж и птицу зимой кормить надо. Припасы нужны. Я уж приготовил всё. Только тебя ждём, родимая!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Пошла строить мельницу. Выбираю место, где побольше водопадик и строить. За работу, Ангелина.

8. И снова, здравствуйте!

Подошла к реке, постучала по воде, позвала. Вода леденющая. Купание отменяется…

— Водяной, выходи, знакомиться будем, — через пять минут вынырнул… — Ого, это как, дед Мить? Это же другая река. На твоей города, я помню.

— Вот, знакомься, внук мой. Шебутной пока, но старательный. Горислав.

— Здравствуйте, молодой человек, — такой же мастью, как дед, но более светлый паренёк, глаза искрятся смехом. На вид лет пятнадцать, — Я Ангелина. Пришла разрешения просить для мельницы. Не снесёшь?

— Строй. Я не против.

В голову пришла очередная идея.

— И ещё… Можешь организовать нам воду на участке? Река твоя быстрая и холодная. Даже летом купаться страшновато будет. То-ли унесёт, то-ли простудишься. Если прудик организовать небольшой и неглубокий, что б прогревался…

— Где и как?

— Деловой подход, уважаю! Со стороны горы. Небольшой ручеек по склону и пруд размером в четверть нашей избушки. Можно меньше. Я дно выложу сама. Могу вырыть. Мне, главное, воду пустить.

— Это я могу. Когда, только пустить. Озера ещё не умею.

— Ой, да не мучайся, сейчас помогу, вдвоём сделаем. Тебе, краса, посередине или ближе куда?

— Дед Мить, мне к правому углу ближе. К горе. Избушку сейчас попрошу освободить склон, и забор со стороны горы уберем. По ней и пустить ручеек. А уходит пусть в озере, вниз. И не глубокий, а то прогреваться не будет.

— Чичас разберёмся. Иди, место готовь.

Понеслась к избушке, аж пятки сверкают. Прибежала в мыле вся.

— Избушечка, милая, нам склон надо освободить, вот с этой стороны и русло ручейка сделать, что б не залил тут всё, разомнешь лапки?

Избушка понятливо хлопнула ставнями и пошла к склону. Все деревья в неё втягивались, что попадались на пути, землю по краям раскидывает до камня. Какая же молодец!

— Милая, можешь и дальше, насколько сил хватит, тут виноград посадить или ещё что. Да и вообще, место удобное. Кусты, деревья и камни большие убери, остальное мы сами уж. Хороший склон, ровный. Можешь его лестницей с широкими ступенями сделать? Я укреплю края. Сделаем камнем по краю и деревом прижмём. Забор прямо в гору веди, с той стороны не будем закрывать. Если нет, то и сама могу. Долго только.

Избушка задумалась и стала сгребать камни полосками, а не кучей. Землю тоже полосками посередине каждого участка оставляет. Вырастила бортики через каждые двадцать метров. Мне только обмазать дёгтем, подпереть камнями и разровнять всё. Пробежали ступени с двух сторон у забора. Она вернулась на участок и стала рыть яму.

— Глубоко не надо! Метра два, и хватит. Водяные сами обещали сделать.

Но избушка рыла в выбранном месте. Земля только отлетает в сторону. Наконец, она удовдетворенно взмахнула крышей. Значит, дальше мне работать. Вот и пригодились запасы. Выровняла лопатой дно, выложила глиной с камнями. Потом песочком присыплют до берега, и будет замечательно. Зевс помогает крупные камни вокруг поставить или откатить. Но избушка постаралась, неподъемных нет. Бегу к реке.

— Дед, Мить, готово. Можно пускать воду. И песочку немного. Избушка сама пруд выкопала.

— Ну, малой, работай. Я подстрахую.

Зашумела высоко вверху вода, побежала. И обрушилась на уступ, перелилась и снова вниз большим потоком. Я подальше отошла, а то смоет ещё. Дед Митя усмехается, на меня глядя лукаво. А что? У меня чувство самосохранения. Это ж сель идет! Вода вниз бежит по руслу и вновь переливается через край уступа, вниз ударила, разлилась по пруду… И через край, затопит ведь!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Выход контролируй, больше делай, — кричит старший водяной, — вот так, теперь собирай, что разлил. Молодец. Правильно. Чуть меньше выход, а то вся уходить будет. Поток поменьше сверху.