Не грози некроманту, попивая сок в Светлой Обители (СИ) - Цыбанова Надежда

— Она сама в сети попалась, — начал отнекиваться от лавров добытчика один из рыбаков, по-моему, Касиум.

— Мне нужен труп, — объявила я. Ведь единственные кто не попадает под чары, это покойники.

Феликтонцы повели себя, как и положено неадекватным людям, и начали переглядываться. Сейчас еще отбор на лучшего жмурика устроят. Рано я дедка упокоила, теперь придется копать.

Пошевелила пальцами, разбрасывая поисковую сеть, а сама краем глаза слежу за недовольной русалкой. Да прямо активно недовольной. Того и гляди из бочки выпрыгнет.

Нити отозвались покалыванием, и я шагнула к Стреле.

— Сама утопиться решила, — пронеслось по толпе.

И это милейшие люди, которые каждодневно ходят в Светлую Обитель грехи замаливать! Кстати, а где наш сеятель добра? Странно, что у русалки в бочке обычная речная вода. Ой, а чье тело лежит в тенечке отдыхает в белом балахоне и отпечатком хвоста на лице?

— Да это же Кам из Обуховца, — присвистнул рыбак, когда утопленник резво выбрался на берег.

Русалка без слов продемонстрировала на перепончатых пальцах все свое мнение о происходящем.

— Тьма тебя раздери, Вайнер, — простонал светлый, свернувший в калачик на земле. Еще и ладони под щеку подложил. Какая отвратительная прелесть — ему я и во сне жизнь порчу.

Не удержалась, сорвала травинку и пощекотала Лауфману ухо. Парень сладко потянулся, распахнул ресницы и с умильной рожицей зевнул. Дала минутку ему на осознание. Так забавно наблюдать, как расслабленность перетекает в неверие и злость.

— Вайнер! — заорал он дурным голосом, вскакивая на ноги. Водная дева вздрогнула и нырнула в бочку с головой.

— Что обниматься с русалкой больше не тянет? — с милой улыбкой уточнила я. — А то могу еще поспать отправить.

— Это я благодарен, должен быть? — прошипел светлый, демонстративно закатывая рукава.

— Да я как бы не настаиваю, — пожала плечами. — Просто намекну: с русалкой за измену считается. И поверь мне между меткой верности и дипломом, я выбирать не буду. В конце концов, и без него не пропаду.

Лауфман как-то стушевался и даже голову в плечи втянул.

— Держи ее, — приказала зомби. — Главное рот заткнуть ей успей, если петь начнет.

Утопленник доказал, что он мужик, схватив одной рукой русалку за грудь, а вторую держал наготове.

— И как не стыдно девушку обижать! — хвостатая надула губы и бросила призывный взгляд на Лауфмана.

Тот во избежание рецидива вцепился в мою ладонь и переплел наши пальцы. Ну да, при физическом контакте с девушкой чары русалок значительно слабее.

— Я, конечно, дико извиняюсь, но ты тут первая принялась безобразничать, — я кивнула сначала на тело Жреца, потом на Лауфмана. — Нападение, как-никак.

Русалка хищно улыбнулась:

— С пареньком я действительно переборщила. А старый маразматик руки ко мне тянул и глазками похотливыми зыркал.

А Жрец Светлой Обители тот еще проказник оказывается.

— А у него в руках такого пузыречка с водой не было случайно? — А то я знаю любимое хобби местного служителя.

— Да было что-то, — русалка наморщила нос. На щеках блеснула чешуя.

Фух. А то моя вера в идиотизм Жреца пошатнулась.

— Ладно. А этот тебе зачем? — я потрясла рукой, которую мертвой хваткой удерживал напарник.

— Так у него флер силы какой! Икры намечу! — Светлый подавился. На сомнительное детопроизводство он подписываться не желал. — Нет, ты тоже вкусная, но я натуралка! — она гордо выпятила грудь и утопленничек довольно проурчал.

— Что за сила? — Лауфман подозрительно уставился на меня сверху вниз, будто я виновата в появлении русалки.

— Древняя и мощная, — хвостатая озорно подмигнула пускающим слюням мужикам.

Бабы, видя такое дело, снова явили на свет оружие домашнего террора. Плохой я пример подала жителям Феликтона. Несколько тушек отправилось насильственно смотреть цветные грезы.

— Занятно, — протянула я.

Мог ли мой отец не увидеть «древнюю и мощную» силу? И еще занимательный момент: он не поинтересовался происшествием на болоте. А ведь меня только сейчас посетила эта определенно темная мысль. Лич же ему все рассказал… То-то папочка быстро свинтил из Феликтона.

Видя, как я погрузилась в свои думы, напарник решил продемонстрировать, будто он бесстрашные боевой маг и спросил из-за моего плеча:

— А что ты вообще здесь забыла? До Русалочьего озера плыть и плыть.

— Гуляю я, — нагло заявила нарушительница покоя феликтонцев.

И тут Стрела повела себя странно. Резко забурлила и стала собираться в постамент. Два щита: светлый и темный, отгородили жителей от вновь прибывшего гостя.

На гребне волны восседал тритон, мужская версия русалки. Только в отличие от дев красотой они не обладали. Маленькие, плюгавенькие, смахивающие на головастиков. Но судя по короне из ракушек, нас почтил визитом далеко не рядовой.

— Дочь моя! — писк роя комаров ввинтился в мозг раскаленной спицей. — Как ты посмела! Свадьба под угрозой, жених в ярости!

— Сам за него выходи! — взвизгнула русалка, чуть не сметя хвостом зомби. — Он мерзкий и противный!

Оу, еще хуже, чем ее папенька? Нет, конечно, о вкусах не спорят…

— Зато он сильный! Знаешь, сколько икринок получится?!

По рукам жителей пошел кулек с семечками.

— Сильнее этого?! — палец с синим ногтем указал в нашу сторону.

Лауфман сжался за мной и второй рукой за плечи обнял.

Взгляд прозрачно-голубых глаз с двойными веками прошелся по мне. Напарник его не заинтересовал. Еще один натурал на нашу голову.

— Ой, дочка, нашла на что зарится. Ты с этой магией никогда не справишься.

— Но он поддался зову, — русалка облизнула губы, демонстрируя раздвоенный язык. — Мы бы могли хорошо провести время!

— Ну и глупая ты у меня, — тритон раздосадовано почесал лысую макушку. — Ты что связь парня с этой девой не видишь. Она крепче поводка. А темные хитры, — он посмотрела на зомби с довольным лицом, — дернет твою душу через эту связь и все, нет у меня больше дочери.

Новая страшилка про некромантов. Мы уже начали высасывать жизнь посредствам других. А давайте не будем плодить подобные идеи в умах жителей Феликтона. Я еще с жертвенными девственницами не разобралась.

— Стоп! — я беспардонно влезла в семейные разборки. Мне можно, я ж Зло. — Господа проплывающие, плывите мимо. Жертв нет, — про Жреца временно забудем, — конфликт исчерпан.

— Да, — как-то печально вздохнул тритон, — вкусная. Мне б такую. Редчайшая магия.

— А я о чем, папенька, — русалка закатила глаза. Зомби в ответ сильнее сжал то, что прикрывали водоросли, но паршивку это не смутило.

Пока я в уме прикидывала план боя с разошедшимся семейством помощь пришла от… феликтонцев.

— Бей хвостатых! — заорал городской глава, поднимая с земли палку, которую так далеко и не отпихнул.

— Хорошо, что у нас щиты двухсторонние, — пробормотал мне на ухо Лауфман. И я с ним согласилась.

— Спокойно, двуногие! — замахал руками тритон. — Я чисто гипотетически. Зачем мне Врата Света и Тьмы? Еще наша богиня течения заревнует.

Народ застыл. Никто ничего не понял (впрочем, как и я), но что такое ревность знали все. Особенно потирающие макушки мужики.

— Ладно, — миролюбивым тоном продолжил гость, — отдайте мне дочь, а то свадьба такими темпами сорвется.

— Не хочу, — захныкала водная дева. — Этого хочу!

А мне стало интересно: а зачем? Ни разу не видела в учебнике русалку в разрезе. А как собственно оно того на этого у них происходит? Там же хвост мешается.

Ничто не остановит темного в жажде знаний. Даже вцепившийся мертвой хваткой светлый. С трудом отлепила от себя напарника и подскочила к бочке.

— Это что ты делаешь?! — на ультразвуке выдала русалка, вжимаясь в стенку, пока я запустила руку по локоть в воду и ощупывала… хм… начала хвоста. — Помогите, насилуют!

— Не преувеличивай, — усмехнулась я. — Просто интересно, как вы размножаетесь.

Вдруг меня подхватили под грудь и отнесли от бочки на пару шагов.