Прикосновение теней - Монинг Карен Мари

Дэррок снисходительно склоняет голову.

— В тот же день, чуть позже, я отправился к Алине домой. Я нашел ее в спальне. Она вылезла через окно на пожарную лестницу.

— Вот видишь? Она боялась тебя.

— Она была в ужасе. Это разозлило меня. У нее не было причин меня бояться. Я затащил ее назад. Мы подрались. Я сказал, что она человек, маленький и глупый. Алина назвала меня монстром. Сказала, что я обманул ее. Что все было ложью. Это было не так. Точнее, ложью это было лишь поначалу. Я бы сделал ее своей королевой. Я сказал ей об этом. И собирался поступить именно так. Но Алина не стала меня слушать. Она даже не смотрела на меня. Затем я ушел. Но я не убивал ее, МакКайла. Я, как и ты, не знаю, кто это сделал.

— Кто разгромил ее квартиру?

— Я же сказал, мы подрались. Наша ярость была сильна, как и наша страсть.

— Ты забрал ее дневник?

— Я вернулся за ним позже, когда узнал о смерти Алины. Его там не было. Я забрал фотоальбомы. И когда нашел ежедневник, обнаружил, что ее подруга Мак на самом деле ее сестра. Алина лгала мне. Не только я был двуличным. Я достаточно прожил среди тебе подобных, чтобы понять: Алина с самого начала подозревала, что я не тот, кем кажусь. И все равно хотела меня. Думаю, если бы ее не убили, спустя некоторое время она пришла бы ко мне, выбрала бы меня по собственной воле.

«Да, — думаю я. — Она бы пришла к тебе. С оружием в руках. Как приду я».

— Мне нужно было узнать, обладаешь ли ты ее уникальными талантами. Если бы ты сама не приехала в Дублин, я бы послал за тобой.

Я впитываю информацию. Я в ярости. Очень важно определить, с какого именно момента все в моей жизни пошло не так. Особенно сейчас.

Все гораздо глубже, чем я осознавала.

В тот миг, когда Алина уехала в Дублин и начался обратный отсчет дней до их встречи, в моей жизни не осталось шансов на другую развязку. События уже двигались по пути, который привел меня к этому моменту. Я бы пришла в то же место, просто через другую дверь. Если бы я не ослушалась родителей и не сбежала в Ирландию расследовать убийство Алины, Дэррок послал бы за мной. Охотников? Принцев? Или отправил бы Теней поглотить мой город и выгнать меня оттуда?

Так или иначе, я оказалась бы здесь, с ним, посреди всего этого бедлама.

— Поскольку ты ее сестра, я запретил причинять тебе вред.

Эти слова ошеломили меня больше, чем все, что Дэррок говорил до сих пор. Я стояла как в полусне, и они эхом отдавались в мозгу, рождая противоречивые мысли, разгоняя их по углам так, чтобы ничто ничему не противоречило. Внезапно все мои убеждения сложились в такую стройную и логичную картинку, что я больше не смогла этого отрицать.

Дэррок действительно был неравнодушен к Алине.

Я поверила ему.

Было одно обстоятельство, которому я не могла найти объяснения: почему Дэррок с самого начала не был со мной более агрессивным, более жестким. Я не понимала. Он казался почти сентиментальным, когда пытался украсть меня или предлагал прийти по своей воле. И это злодей, желающий поработить мир? Меньше всего я ожидала такого от убийцы моей сестры. Мэллис был куда более беспощаден. При первой встрече из них двоих меня больше напугал несостоявшийся вампир.

Бритва Оккама: самое простое объяснение, удовлетворяющее всем условиям задачи, является самым верным. Дэррок не хотел навредить мне — из-за Алины. Он сдерживался, поскольку моя сестра была ему небезразлична.

Насколько — и как — я смогу использовать это против него, еще нужно выяснить.

— Мое почтительное отношение к тебе пошатнуло мои позиции. Охотники начали сомневаться в моей твердости.

— И ты сделал так, чтобы меня изнасиловали и превратили в при-йа, — произнесла я.

Как быстро он перешел от пиетета к убийству, поскольку именно ему равноценно превращение в при-йа. Пока Бэрронс не вытащил меня, не было ни единого случая выздоровления безумного сексуального раба Фейри. От этого умирали.

— Мне нужно было упрочить свое положение. Иначе я потерял бы тебя прежде, чем получил шанс использовать.

— Кто был четвертым, Дэррок? Почему бы тебе не сказать мне об этом?

Он стоял и смотрел, как Принцы Невидимых уничтожали меня. Он видел меня на земле, обнаженную, беспомощную, плачущую. Я пыталась успокоиться, воображая бесчисленные способы, которыми смогу убить его, когда придет время.

— Я уже говорил тебе, МакКайла: четвертого не было. Последний из сотворенных Королем Принц Темного Двора погиб первым. Крууса убили в древней битве между Королем и Королевой. Некоторые говорят, что его убила сама Королева.

— Круус был четвертым Принцем Невидимых? Дэррок кивает, хмурится и добавляет:

— Если четвертое создание и было в церкви, ни я, ни мои Принцы не смогли его увидеть.

Кажется, его беспокоит эта мысль.

— Я постоянно предлагал тебе союз. Мне нужна Книга. Ты можешь ее выследить. Некоторые считают, что ты можешь загнать ее в угол. Существует мнение, что ты сама являешься четвертым камнем.

Я фыркаю. В последнее время я мало в чем уверена, но на это могу поспорить.

— Я не камень.

Последний камень, в этом я почти уверена, находится у В'лейна.

— Вещи Фей изменяются. Становятся другими.

— Но не людьми, — усмехаюсь я. — Посмотри на меня. Я не была вырезана из стены темницы для Невидимых! Меня родила женщина!

— Ты уверена в этом? Мои источники утверждают, что вас с Алиной удочерили.

Я молчу, но мне интересно узнать, что у него за источники.

Он смеется.

— Никому не известно, что именно сотворил Король, когда сошел с ума. Возможно, один из камней он сделал иным, чтобы лучше его спрятать.

— Камни не превращаются в людей!

— Но именно это пытается сделать «Синсар Дабх».

Я щурюсь. Был ли прав Риодан? Все дело в том, что Книга обретает телесную, мыслящую форму? Забавно, что они с Дэрроком верят в это и, возможно, обсуждали при составлении планов — планов убийства Бэрронса, чтобы убрать его с дороги! В конце концов, это Бэрронс вернул меня из состояния при-йа, в котором меня так легко было использовать.

— Но люди, которых захватывает «Синсар Дабх», убивают себя.

— Поскольку Книга не может найти того, кому хватит сил вынести слияние с ней.

— Что значит «вынести слияние»? Правильно подобранный человек может взять «Синсар Дабх» и не покончить с собой?

— И даже контролировать ее, — самодовольно говорит Дэррок. Я резко вздыхаю. Впервые я слышу нечто подобное. Он выглядит уверенным, словно знает это наверняка.

— Использовать Книгу вместо того, чтобы быть использованным ею?

Он кивает.

Я в восхищении.

— Просто взять и открыть ее? Никакого вреда, никакой порчи?

— Впитать ее. Всю ее силу.

— Как? Кто этот «правильный человек»?

Мне необходим ответ. Это я? Поэтому я могу отследить Книгу? И за мной на самом деле охотятся из-за этого! Дэррок насмешливо улыбается.

— Ох, маленький человечек с манией величия. Нет, МакКайла, это не ты.

— А кто тогда?

— Я.

Я таращусь на него. Он? Я оглядываю его с головы до ног. Но почему? Как? Что он знает такого, чего не знаю я? Чего не знал Бэрронс?

— И что в тебе такого особенного?

Дэррок смеется, и его взгляд говорит: «Ты действительно думаешь, что я тебе это скажу?» Ненавижу, когда люди отвечают мне моими взглядами.

— Но я сказала тебе. Я ответила на твои вопросы.

— Лишь на тривиальные.

Я прищуриваюсь.

— Если ты знаешь, как справиться с Книгой, почему, захватив моих родителей, ты настаивал, чтобы я принесла с собой камни? Почему ты так в этом заинтересован?

— По слухам, камни могут обездвижить «Синсар Дабх». Попытки подобраться к ней окончились неудачей. А если мне не удастся к ней подойти, они вполне могут мне пригодиться. Ты выследишь Книгу, камни загонят ее в угол, а я довершу остальное.

— Это потому что ты ел Невидимых? Благодаря этому ты способен с ней справиться?