Vrednost - Дети ночи

Маиса остановила машину и теперь тяжело дышала, я же тупо уставилась в пустоту. Передо мной все еще стояло испуганное лицо Ская. С трудом верилось, что силовая волна исходила из меня.

— Лекс, что это было? — кажется, вампирша была в шоке.

— Я не знаю, — мой голос звучал жалостливо, — правда!

— Да я больше о тебе беспокоюсь, со мной ничего бы не случилось. Только я одно не могу понять, грузовик ведь прямо на нас летел, мы должны были превратиться в лепешку…

Она не успела закончить предложение, так как из остановившейся subary к нам бежали Шейла, Марс и Влад.

— Лекси, ты жива? — Шейла буквально вытащила меня из машины и осмотрела с ног до головы.

— Нет, я говорящее-ходячий труп!

— Не ерничай, подруга!

— Да, вы чуть не разбились! — встрял Марс. — Вам повезло.

— Боюсь это не везение, — сказала Маиса, выходя из машины.

— Да и что же это? — с долей презрения воскликнула Шейла.

— Не что, а Алекс! — торжественно провозгласила вампирша.

— Лекс?! — разом воскликнули Марс и Шейла.

Пока они перепирались, я во все глаза смотрела на Влада. Он лишь слегка мне улыбнулся, но ничего не сказал. Это было странно. Мне казалось в такой ситуации «мистер беспокойство» должен был, как минимум уже нащупывать мой пульс и вести в больницу. Вместо этого парень просто стоял и смотрел, облокотившись на mazdy вампирши.

— Лекси, Лекси ты меня слышишь? — Шейла больно ущипнула меня за руку.

— Ай, больно же!

— Послушай меня, у тебя есть сила и сейчас ты ее целенаправленно использовала.

— Знаешь, я с трудом в это верю, все-таки это был грузовик!

— Заткнись и не говори глупостей! — вмешалась Мейс.

— Отлично вы теперь обе за одно!

— Я присоединяюсь к дамам, — улыбаясь, сказал Марс.

Тут из subary показалась рыжая голова девушки и прокричала:

— Любимый, нам пора ехать, а то опоздаем!

— Действительно, — сказал Влад. — Поехали уже!

Он зашагал в сторону машины, Маиса села и завела двигатель своей, Марс помахал рукой и тоже пошел. Шейла печально посмотрела на меня:

— Прости за Влада, не знаю, какая муха его укусила сегодня!

— Кажется та рыжая, — я невесело усмехнулась и подтолкнула подругу в сторону машины брата.

— Ты едешь?

Маиса вышла из машины и теперь смотрела на меня.

— Нам нужно посмотреть, что стало с водителем и вызвать скорую.

— Пока вы беседовали, мимо как раз проехала машина завуча, он обещал все уладить.

— Ну тогда поехали, — с этими словами я села в машину.

— Знаешь Лекс, а меня это впечатлило!

— Я ничего не сделала, точнее это вышло случайно.

— Если бы не эта случайность, то через три дня мне бы пришлось ехать на другие похороны!

— Ну черное тебе идет.

— Пошла ты, да и я совсем забыла про этого русоволосого урода.

— Ты о ком? — ничего не понимая, спросила я.

— Я о Владе, если бы не он, то ничего бы не произошло. Выпендряла и дурак!

— Почему он так себя вел, — прошептала я себе под нос, но, кажется, Мейс все поняла.

Наконец мы приехали. Машин здесь сегодня было больше чем в любом автомобильном салоне. Мы осторожно припарковались и шли вдоль надгробий к тому месту, где стояла толпа людей. Похороны уже начались.

Слезы накатили сами собой, и Мейс протянула мне белый кружевной платок. Не знаю, когда я разучилась контролировать свои эмоции. Лица собравшихся были полны скорби. Даже самые неугомонные спокойно стояли и молчали.

Вообще это было удачное место для кладбища. Негустой лесок, уединенное место, много земли для будущих умерших. Сегодня здесь хоронили школьников и пару-тройку местных жителей. Священник произносил какую-ту душещипательную молитву. Одна фраза особенно запомнилась мне.

«Не бойтесь, когда придет за вами смерть, иногда она ваш друг и самый желанный человек. Запомните раз и навсегда: она не появится раньше или позже, она всегда подоспеет вовремя!». И все в этом духе.

Я смотрела на убивающихся родителей Квозы и Генделя. Эти ребята так любили друг друга! Как оборотни и вампиры могли решиться на такое, ненавижу! Кажется, Маиса понимала мои чувства и молча отошла в сторону, давая возможность положить на гробы ребят по белой лилии. (Мейс предусмотрительно взяла цветы.) После молитвы слово дали родителям ребят, нашей Слонихе и моему учителю литературы — мистеру Дейвиру. Последний долго и занудно произносил речь, причем его очки все время съезжали на горбатый нос, а черные усищи и козья бородка смешно шевелились.

— Вот кретин!

Ко мне подошла Шейла и нежно обняла, ее глаза были такими же красными помидорами, как и мои.

— Пусть говорит, — безразличным тоном произнесла я.

— Боюсь, если он не заткнется, — зло произнесла она, — тут будет еще одно тело.

— Не будь такой злой, Шейли!

Она еще крепче обняла меня и зарыдала. Мой черный плащ начинал намокать. Тут я кое-что вспомнила.

— А где могила Ская, почему его похоронили отдельно?

Шейла посмотрела на меня пустыми глазами, но потом все же ответила.

— Его мать отказалась выставлять свое горе на всеобщее обозрение, поэтому могила находится на краю леса. Я там уже была.

Я поняла, что мне непременно нужно сходить туда.

— Как до нее дойти?

— Идешь направо до надгробия неизвестного оборотня Мака, затем налево до красного креста, немного прямо — там увидишь черный квадрат и много цветов, это она и будет.

— Спасибо, — прошептала я и пошла искать место захоронения Ская.

В лесу было трудно заблудиться, но мне он показался каким-то странным и зловещим. Видимо атмосфера смерти так отражалась на мне. Тело опять пронзило легкое покалывание, и на секунду лес вокруг меня закружился. На ели зловеще прокаркал ворон. Ища глазами птицу, я налетела на серое треугольное надгробие. Бетон, казалось, содрогнулся от столкновения с моим телом, хотя мне наверно все-таки показалось. Надпись на нем была старой и местами нечеткой, однако я смогла разобрать главное: «Любящему мужу, хорошему другу, преданному солдату Маку». По крайне мере я шла в верном направлении.

После поворота налево передо мной как из-под земли вырос красный крест. Никаких надписей на нем не было, обычная куча металла, которой придали нужную форму и размер.

Сделав пару шагов прямо, я застыла на месте как вкопанная. В метре от меня находилась свежая могила, усыпанная лепестками роз. Фотография улыбающегося Ская, и черный платок его матери, оставленный в знак скорби не удивили меня так, как то, что я увидела.

Белая лилия выпала из моих рук. Глаза расширились, и я перестала дышать. Он наклонился и поднял с земли оброненный цветок. Я протянула руку, и лилия оказалась на моей ладони. Черт, я была близка к обмороку. Было трудно поверить в это, но передо мной стоял живой Скай и виновато улыбался.