Куратор Тёмного факультета - Екатерина Стрелецкая

переместились к воротам академии. Мар не рискнул совершать сразу несколько портальных прыжков, поэтому отправился спать на учебное кладбище, чтобы остатки некроматского ритуала по возврату души развеялись без следа. Кстати, надо будет как-нибудь соорудить небольшой склеп для таких случаев. Мало ли ещё кому пригодится. Это Мар у нас привычен к походным условиям: завернулся в плащ, да и бухнулся между могилками, посапывая, а кому-то другому может быть не очень удобно на открытом воздухе.

Олли вызвался проводить Лукса вместе с Эсти до границы, а там уже Сайрус со своими гвардейцами встретит. Своих я отправила в Тёмные земли: нечего им на территории академии делать. Усталось на меня навалилась дикая из-за напряжения. Главное, чтобы откат эмоциональный не накрыл до того, как ляжем спать. Не хватало ещё устроить истерику при всех, хотя обитатели академии давно уже десятые сны видели. Глен оставил исключение в защите для Олли, а сам решил проводить меня до башни прежде чем утащить к себе во флигель.

Первое на что я обратила внимание: было подозрительно тихо. Даже если студенты все поголовно спят, всё равно присутствуют различные шумы. Не веря самой себе, приложила к ближайшей стене ладони и выпустила Тьму.

Я нащёлкала пальцами несколько поисковичков, вернувшихся довольно-таки быстро ни с чем.

– Эми, что случилось?

– Глен... Их нет. Студентов в башне нет. Ни одного!

– Быть такого не может. Ты уверена?

Я кивнула. Глен особым жестом проявил защитные плетения, а затем снова сделал их невидимыми.

– Территорию академии никто не покидал. И даже не пытался.

– Тогда где же они? – я судорожно перебирала сигналы маячков, но ничего не ощущала. Студенты Тёмного факультета как сквозь землю провалились!

Я шлёпнулась на стоящую рядом банкетку и закрыла лицо руками, пытаясь сконцентрироваться.

Глен присел на корточки и обхватил меня руками:

– Погоди, не отчаивайся. Олли вернулся, сейчас мы с ним всё проверим!

Глава 133. Пропажа и находки

– Слишком много совпадений для одного вечера. Я не думаю, что студенты пропали просто так. Вопрос в другом: почему все, а не та пятёрка, если замешан чернокнижник? Или ещё кто-то, о ком нам неизвестно?

Глен нахмурился:

– Убитый тобой советник точно не был тем самым чернокнижником?

– Я абсолютно в этом уверена. Он даже магом-то был слабеньким. А после его смерти аура не изменила, так что это точно не он. И смотри, как удачно складывается: нас в академии не было, Фессы – тоже. Кстати, а где Шеойл?

– Думаешь, он мог что-то видеть?

– Возможно... А ещё он мог чувствовать пространственные вибрации... – я коснулась невидимой метки на шее и попыталась связаться с терфорранцем. Паук явно был напуган и где-то прятался. Вообще такое поведение было на него совершенно непохоже.

– Эми, ты куда?

Я только махнула рукой и побежала наверх к спальням. Запустив сумеречные нити, начала считывать ауры каждого студента, а затем выстраивать маршрут их перемещения по башне, а затем за её пределами. Ещё один поисковичок направился к Шеойлу. Глен наблюдал за перемещениями мерцающих чёрных огоньков, прислонившись к стене, чтобы не мешать. Лишь когда они стройными рядами поплыли на выход из башни, протянул сброшенный мною ещё на лестнице плащ:

– Что-то получилось узнать?

– Спасибо. И да, и нет. Вначале действительно на ноги поднялась та самая пятёрка, причём, практически одновременно. Но затем к ним присоединились остальные, но тоже странно. Вроде пытались остановить, но потом передумали? Не знаю. Не понимаю. Бежим в оранжерею!

– Тогда предупрежу Олли, чтобы встречал нас у вохода. Мара будить?

Я покачала головой, съезжая вниз по перилам:

– Он скоро сам присоединится.

Неподалёку от оранжереи один из поисковичков замер, а затем несколько раз мигнул. Глен подсветил лепестком пламени на ладони:

– Тут перчатка.

– Угу. Герна Корса. И он не из числа тех, кого тогда «опустошил» чернокнижник, если можно так выразиться, – я проверила перчатку несколькими способами, но ничего подозрительного не обнаружила.

– Думаешь, он таким образом оставил нам знак?

– Возможно. Студент Корс вообще достаточно своеобразный... Ты когда-нибудь бывал на рудниках?

Глен даже поперхнулся:

– Как-то не доводилось. К счастью, а что?

– Так, думала вдруг знаешь какие-нибудь фирменные штучки каторжан. Они могли нам пригодиться... Ладно, пойдём... – я показала рукой на маячившего неподалёку Олли.

Судя по перемещениям поисковичков, студенты не задерживались ни на минуту, а чётко шли по определённому маршруту.

– Во что мы снова вляпались? – тихо спросил Олли, аккуратно приоткрывая дверь, ведущую в оранжерею.

– Студенты Тёмного факультета пропали. Бесследно. На территории академии их нет, Глен сказал, что защитные плетения также не нарушены... – я поднырнула под раскидистую ветвь низкорослой пальмы под ругань Шера. Внезапно на меня откуда-то сверху свалился какой-то камень, но чисто инстинктивно поймав его, услышала жалобное верещание, а затем мои руки обхватили пушистые лапки Шеойла. Паук быстро вскарабкался мне на грудь и обнял, повиснув на шее.

– Что его могло так напугать? – Глен бережно погладил Шеойла по спинке, жестом показав Олли, чтобы тот замер. Однако наш друг не остановился, а присел между кустами, взрыхляя пальцами почву возле тропинки.

– Глен, откуда в оранжерее побеги коластарианды? Она же запрещена вне специальных закрытых исследовательских оранжерей и лабораторий...

Я «смотрела» глазами Шеойла, как в зарослях исчезают студенты, один за другим, а затем широкие мясистые листья начинают стремительно иссыхать и осыпаться. Терфорранец хотел спуститься поближе, но был отброшен в сторону Корсом. Моргнув, разорвала контакт и взглянула на копошащихся в кустах Глена и Олли.

– Как студенты могли пропасть здесь?

– Эми, коластарианда является редким магическим растением, особенностью которого являются портальные свойства. Одноразовые портальные свойства. Можно войти в сердцевину и оказаться в той оранжерее, где произрастает «материнский цветок». То есть тот, от которого были взяты отростки. Молодые побеги при этом погибают, а вот исходный способен пережить ещё несколько «переходов». Собственно, именно поэтому ограничено её распространение: отследить, где произрастает материнский цветок невозможно. Сама понимаешь, что пропавших можно