Лиза Смит - Сумерки

    - Последний человек, который должен быть рядом с Кэролайн - так это мой брат, - он раздраженно откинул с глаз темные волосы, как будто они напомнили ему, насколько они с ним были похожи. - И я также не думаю, что угроза Мередит насчет девушек из женского клуба сработает. Она слишком далеко зашла в темноту.

    У Бонни внутри все сжалось. Ей не нравились мысли, которые вызвали эти слова: зашла в темноту.

    - Но… - начал Мэтт, и Бонни поняла, что он чувствовал то же самое, что и она - потрясение и дурноту, как будто они оба пытались прийти в себя после дешевой вечеринки.

    - Послушайте, - скзазал Стефан, - есть и другая причина, по которой мы не можем остаться.

    - Какая другая причина? - медленно произнес Мэтт. Бонни была слишком подавлена, чтобы говорить. Она думала об этом, где-то глубоко в подсознании. Но каждый раз она отгоняла от себя эти мысли.

    - Я думаю, Бонни это уже поняла, - Стефан посмотрел на нее. Она посмотрела на него в ответ глазами, затуманенными от слез.

    - Феллс-Черч, - медленно и печально объяснял Стефан, - был построен на пересечении линий лэй (*ley - хоть убейте, не знаю как это перевести:( *). Линий необузданной Силы в земле, помните? Я не знаю, было ли это намеренно. Знает ли кто-нибудь, что Смоллвуды имели отношение к местоположению?

    Никто не знал. В старом дневнике Онории Фелл не было ничего о выборе этого места для основания города семьей оборотней.

    - Ну, если это и была случайность, то очень несчастливая. Этот город - я должен сказать, точнее городское кладбище - было построено прямо над тем местом, где пересекается множество линий лэй. Вот почему это место стало маяком для сверхъестественных существ, плохих… или не настолько плохих. - Он выглядел смущенным, и Бонни поняла, что он имел в виду себя. - Я был притянут сюда. Так же, как и другие вампиры, вы знаете. И с каждым, имеющим Силу, кто приходил сюда, этот маяк становился сильнее. Ярче. Привлекательнее для других людей, обладающих Силой. Это порочный круг.

    - И в конце концов, некоторые из них собираются увидеть Елену, - сказала Мередит, - Это такие люди, как Стефан и Бонни, но есть и другие… Когда они видят Елену…

    Бонни почти расплакалась от этой мысли. Ей показалось, она увидела снегопад из белых перьев, каждое из которых медленно кружилось и падало на землю.

    - Но… она не была такой, когда она впервые пробудилась, - медленно и упрямо сказал Мэтт. - Она разговаривала. Она была нормальной. Она не летала.

    - Разговаривает или не разговаривает, ходит или летает, но она все равно обладает Силой, - ответил Стефан, - достаточной, чтобы свести с ума обычных вампиров. Настолько свести с ума, что они могут навредить ей, чтобы заполучить эту Силу. Но Елена не убивает и не может ранить. По крайней мере, я не могу представить, чтобы она это делала. На что я надеюсь, - сказал он, и его лицо потемнело - так это, что я смогу забрать ее туда, где она будет в безопасности.

    - Но ты не можешь забрать ее, - сказала Бонни, и она могла услышать завывания своего собственного голоса, будучи не в силах контролировать его. - Разве Мередит не рассказала тебе о том, что я тогда произнесла? Она собирается пробудиться! И мне и Мередит нужно быть с ней для этого!

    «Потому что после этого мы так или иначе не будем там». Внезапно это фраза обрела смысл. И это было даже хуже, чем «вообще-нигде-не-быть».

    - Я не думал забирать ее, по крайней мере, пока она не станет нормально ходить, - сказал Стефан и удивил Бонни тем, что быстро обнял ее рукой за плечи. Это было похоже на объятие Мередит, такое же родственное, только более сильное и недолгое. - И вы не представляете, как я рад, что она собирается пробудиться. И что вы хотите быть с ней и поддержать ее.

    - Но…

    «Но нечисть все еще будет появляться в Феллс-Черч?» - подумала Бонни, - «И вас не будет рядом, чтобы защитить нас?»

    Она посмотрела на Мередит и поняла, что она точно знала, о чем думала Бонни.

    - Я бы сказала, - произнесла Мередит своим самым сдержанным, осторожным тоном, - что Стефан и Елена уже вынесли достаточно ради спасения города.

    Ну. С этим не поспоришь. И кажется, со Стефаном не поспоришь тоже. Он принял свое решение.

    И все равно, они проговорили до наступления темноты, обсуждая различные варианты и сценарии, размышляя над предсказанием Бонни. Они так ничего и не решили, но по крайней мере, они тщательно обсудили все возможные варианты. Бонни настаивала на том, что у них должны быть какие-то способы связи со Стефаном, и она уже собиралась потребовать у него немного его крови и волос для вызывающего заклинания, когда он мягко заметил, что у него теперь есть мобильный телефон.

    Наконец, настало время уходить. Ребята умирали от голода, и Бонни заметила, что Стефан, возможно, тоже. Он выглядел неестественно бледным, когда сидел с Еленой у него на коленях.

    Когда они прощались на верху лестницы, Бонни продолжала напоминать себе, что Стефан пообещал, что Елена будет рядом, чтобы она и Мередит поддерживали ее. И что он никогда не заберет ее, не предупредив их.

    Это было не настоящее прощание.

    Тогда почему Бонни чувствовала себя так, как будто она действительно прощалась?

Глава 9

Мэтт, Мередит, и Бонни наконец оставили Стефана с Еленой, теперь уже прилично одетой с помощью Бонни в "вечернее платье." Темнота снаружи была приятна для воспаленных глаз Стефана, ставших такими не из-за яркого дневного света, а из-за того, что пришлось сообщать друзьям столь грустные новости. Намного хуже, чем воспаленные глаза, было чувство голода вампира, который давно не питался, из-за которого Стефану пришлось чуть задержать дыхание. «Но скоро он это исправит», сказал себе вампир. Как только Елена заснет, он побежит в лес и найдет белохвостного оленя. Больше никто не может преследовать свою жертву подобно вампиру, никто не мог бы конкурировать со Стефаном в умении охотится. И даже если потребуется несколько оленей, чтобы удалить его голод, ни один из них после этого не погибнет.

    Однако, у Елены были другие планы. Она не хотела спать, ей никогда не надоедало быть с ним. Как только рев двигателя автомобиля их посетителей затих вдалеке, она сделала то, что делала всегда, находясь в таком настроении. Она, словно паря в его руках, подняла к нему свое лицо, закрыла глаза, и немного поджала губы. Она ждала.

    Стефан поспешил к незакрытому ставнями окну, бросил недовольный взгляд в сторону заглядывающих внутрь любопытных ворон, и вновь посмотрел на девушку. Елена, все еще находясь в том же самом положении, слегка покраснела. Ее глаза по-прежнему были закрыты. Стефан иногда думал, что она будет делать так всегда, когда захочет его поцелуя.