Хейлоу Саммер - Лунное чудо (ЛП)

На лице Матса было написано сомнение.

- Или тебя бы это также разрушило, как ее.

- Что ее разрушило? Что?

Было слишком долго темно. Я потеряла свое тело и одежду, которую носила. Иногда очень надоедало быть призраком!

Когда луна снова появилась - должно быть, прошло несколько часов, так как луна уже довольно близко приблизилась к границе холма - Матс протянул мне не только одежду, но и стопку бумаг.

Я оделась, села рядом с Матсом на стену, прижалась к нему, чтобы почувствовать его тепло и живость, и начала читать.

Дневник Миры. 27 ноября 2012 года.

Не знаю, что так внезапно произошло с моей жизнью. Я всегда была так взволнована, полна ожиданий. Это было такоe непонятное чувство, как будто меня ожидает что-то грандиозное. Я думала, что однажды уйду с головой в жизнь и очарую мир.

Или, наоборот, - мир очарует меня, если я погружусь в приключения. У меня было бесконечное количество планов. Я хотела расправить крылья и полететь, во все концы!

Но теперь я пришла к выводу, что крылья меня не несут. Я сорвалась с высоты, и все мечты пропали. Я сижу здесь в тесноте моего гнезда и чувствую себя маленькой. Слишком маленькой, чтобы покорить мир. То, что раньше было заманчивым, стало отвратительным. Я так хочу снова стать сильной и отважиться на еще одну попытку, но не получается.

Когда летишь, нельзя сомневаться в своих крыльях. Нельзя все время смотреть вниз и думать: Господи, как высоко! Нельзя представлять, что случится, если упадешь. Это не позволяет наслаждаться полетом. Но я дрожу при одной мысли о полете. Моя вера в крылья подорвана. Надеюсь, однажды я снова обрету ее.

Может, я постепенно схожу с ума, но я думаю, во мне есть что-то такое, что осталось прежним. Наивным и невинным. Мое лучшее Я. Когда я отправилась на поиски приключений, я оставила его дома, в сохранности и безопасности. Моя наивность, моя невинность. Я должна сберечь ее от того, что сделало меня малодушной, поэтому я придумала этот ужасный шифр.

Мой план таков: я пишу о том, что случилось, что накопилось на душе. Я вкладываю это в шифр, который не сможет прочитать никто, кроме меня, там это и останется. Это исчезнет, пройдет, устранится. А я начну все сначала. Все будет хорошо, надо только верить.

Признаюсь, мой внутренний голос сразу же предупредил меня о Дине. Потому как это не тот парень, с которым можно прогуливаться, любуясь заходящим солнцем и держась за руки. Мне с самого начала было понятно, чего от меня хотел Дин. Но я хотела того же самого! Я хотела вырваться из моей добропорядочной жизни, веселиться и испытывать нечто волнительное. Об этом никто не должен был знать.

Я довольно быстро согласилась пойти к Дину домой. У него была своя квартира, и я знала, на что иду. В первый раз он не был особенно чутким, у меня даже появились сомнения насчет моего приключения, но в дальнейшем стало лучше.

Я считала свою новую тайную жизнь потрясающе интересной и захватывающей. Все остальное, напротив, казалось скучным: школа, уроки балета, подруги, театральная труппа.

Дома я не подавала виду, что в мыслях нахожусь где-то далеко. В конце концов, мои родители не должны были узнать, что я встречаюсь с восемнадцатилетним. Не могу даже представить, как бы они отреагировали, если бы выяснили это. Их чулочек на ложном пути - ужасно!

Я ходила к Дину каждые 2-3 дня и оставалась на несколько часов. Признаюсь, вся эта история ударила мне в голову. Он постоянно осыпал меня комплиментами, все время рассказывал мне о том, какая я фантастическая и неотразимая. Я свожу его с ума, он не может думать ни о чем другом!

Я была одержима этим чувством, которое он мне давал. Его восхищение делало меня той девушкой, какой я всегда хотела быть. Опьяненная, я пускалась с Дином во все тяжкие, я ведь была самой желанной девушкой в городе, и это надо было отпраздновать.

Падение произошло внезапно. На полу, посреди квартиры Дина, лежали трусики, не принадлежавшие мне. Самое ужасное в этой ситуации было то, что у меня было ощущение, что он оставил их там специально, чтобы я нашла их и занервничала.

- Ну и что?,- черство спросил он. - Ты что-то имеешь против?

В этот момент я узнала Дина с совершенно иной стороны. С его настоящей стороны. Его веселило мое шоковое состояние. Постепенно я начала понимать, что Дин вовсе меня не боготворил, что я была ему не нужна.

Что все это было его игрой, с помощью которой он заставлял меня делать все, что ему хотелось. Это непостижимо!

Насколько мне была важна вся эта история с Дином, я поняла только сейчас, когда начала его расспрашивать. Моему сердцу пришлось сильно напрягаться, чтобы биться дальше, в то время как я засыпала его вопросами и упреками.

Было такое чувство, как будто я все время должна была бороться с сопротивлением, парализовавшим меня внутри.

Дина вообще не интересовало, в чем я его обвиняла. Вместо того, чтобы извиняться или оправдываться, он вдруг рассказал мне, что тайком снимал нас. Каждый раз, когда я была у него в квартире.

- Хочешь посмотреть?

Я недоверчиво уставилась на него. Я горячо надеялась,что то, что он только что сказал, было неправдой. Что он все это выдумал, чтобы помучить меня или окончательно обратить меня в бегство. В конце концов, я выбежала из его квартиры, не сказав ни слова.

Я была раздавлена, придя домой. У меня было помутненное сознание, моя нормальная жизнь казалась такой далекой. Я просто не могла поверить, что Дин никогда меня не боготворил, а просто использовал.

Я проревела всю ночь. На следующее утро я решила забыть Дина и все красивое и увлекательное, что было до сегодняшнего дня. Я хотела отметить это галочкой и идти дальше. Это был плохой опыт, очень плохой опыт... опыт, потрясший меня и постоянно появляющийся перед моим мысленным взором.

Конечно, это нельзя было подавить. Я боялась, что этa съемка, о которой говорил Дин, действительно существует. Даже страшно было подумать, что он мог бы с ней сделать! Две недели я почти не спала и ежедневно рыскала в интернете. Что было наказуемо, а что нет? Что можно было доказать, а что нельзя?

Я поняла, что у меня плохие карты, если видеоматериал действительно есть. Прежде всего, если я хотела, чтобы его никто не увидел: ни мои родители, ни люди в полиции.

Это то, что не должно было случиться. Мои родители никогда не должны были узнать об этом!

Четыре недели я ничего не слышала о Дине. Постепенно мне стало лучше. Я скрывала свою печаль и панику и занялась всем тем, чем я несколько месяцев пренебрегала из-за Дина. Возможно, все могло бы быть более-менее хорошо, если бы однажды я не нашла в почтовом ящике письмо.