Кира. Пешка или королева - Марина Богданович
— Вечером к Гото приедет Супрем Халл, и Каин сказал, что я должна присутствовать на ужине, простите, у меня вчера этот момент вылетел из головы, — покаянно сказала я.
— Ясно, — Зейн попытался скрыть недовольство в голосе, — но торт никуда не денется и дождется тебя, выше нос, малышка.
— Я узнаю у Каина все детали относительно ужина. Не знаю, зачем ты там понадобилась Гото, но попробую с ним договориться, чтобы и мы с Зейном присутствовали, — взял слово Широ, подходя ближе и обнимая меня за плечи, — а пока учись усердно, моя шани, я тебе позвоню, когда получу ответ.
— Угу, — промычала я. Что-то мне подсказывает, что если бы Широ и Зейну можно было пойти со мной, Каин бы сразу об этом сказал.
— В любом случае, мы все равно, хоть ненадолго, но увидимся перед тем, как ты отправишься к Гото, так что до вечера, — Зейн поцеловал меня в лоб и выпустил из объятий.
Потом был визит леди Монсур, затем массажиста и косметолога, затем портниха приходила на промежуточную примерку с платьем, которое к моему ужасу оказалось насыщенно-красного цвета.
Я и без этого впадала в оцепенение при мысли, что буду в центре внимания высшего общества, ну а красное платье в пол с открытыми плечами плюс туфли на довольно высоких каблуках, на которых, кстати, леди Монсур учила меня ходить сегодня, это как последний гвоздик, в гробик моего спокойствия.
Хотя красное платье или черное, один пень, — успокиавала я себя, — все равно все будут на меня глазеть, раз уж я теперь жена целого Супрема. Оттенок ткани, по словам портнихи, идеально подходил к цвету моего лица и волосам, по крайней мере, буду красивая.
После обеда, уже по традиции, ко мне заехал Каин. Его визиту я была рада и встречала почти, как друга.
— Кира, я привез вам платье и туфли на вечер, вы не против примерить? Моя ассистентка их купила по размерам, полученным от портнихи, но нужно убедиться, что все подошло.
Платье отлично село по фигуре, черное, чуть ниже колена на широких бретелях оно шло в комплекте с классическими туфлями лодочками на небольшом каблучке. После утреннего красного великолепия в этом наряде я чувствовала себя даже как-то уверенно, хотя еще неделю назад, я бы так о себе не сказала.
— Вы прекрасно выглядите! — прокомментировал мой вид Каин, когда я вышла к нему, — те серьги и браслет, что вы получили позавчера, прекрасно подойдут к этому платью, и образ получится сдержанный и элегантный.
Я кивнула, принимая совет.
— Каин, у вас на каждый случай жизни найдется премудрость или совет, но с вами так легко, — непроизвольно у меня вырвалась вслух мысль, которая вертелась в моей голове.
— Благодарю за комплимент, Кира, мне тоже с вами легко и приятно общаться. Надеюсь, в будущем мы сможем подружиться, — сказал он, обворожительно улыбнувшись.
— Я тоже на это надеюсь, — искренне ответила я.
Возможно, для него это была лишь игра, я знаю, есть люди, которые мастерски притворяются, но мне хотелось верить, что этот приятный человек действительно сможет стать моим другом.
— А теперь давайте присядем и поговорим о сегодняшнем вечере, — перешел он к делу.
Я, насколько могла элегантно, как учила леди Монсур, присела на диван прямо в вечернем наряде, обращая внимание на положение ног, спины, рук и наклона головы. Вроде неплохо получилось, — подумала я.
Каин лишь тепло улыбнулся, отмечая что-то про себя.
— Итак, Кира, сегодня вечером вы будете ужинать в компании господина Гото и Супрема Халла. Как вам известно, ваш муж объявил вас своей идеальной парой, а потому, на вечере он, вероятно, проявит к вам больше "нежного внимания", чем обычно, чтобы подтвердить свои слова.
— Что вы имеете в виду? — самые разные предположения проносились у меня в голове, что может подразумеваться под «нежным вниманием».
— О, ничего криминального, я вас уверяю. Никаких публичных поцелуев и тому подобного от вас не потребуется. Просто спокойно принимайте все знаки внимания, оказанные господином Гото, я и сам не уверен, как конкретно он будет себя вести. Но он известен своим безэмоциональным поведением, поэтому и небольших жестов внимания с его стороны будет достаточно, чтобы продемонстрировать «глубину его чувств».
— Чувств, которых нет, — сама не знаю, зачем я говорила очевидные вещи.
— Ну, тут уж, как есть, — извиняющимся тоном, сказал Каин. — И вы, в свою очередь, нежно смотрите на Гото и улыбайтесь. Супрему Халлу, тоже можете улыбаться. Мужчинам это льстит, — подмигнул он мне.
— Улыбаться, нежно смотреть, реагировать спокойно на знаки внимания, не морозиться, — перечисляла я.
— Именно так! Вы верно уловили суть, — одобрительно сказал Каин.
— Хорошо, что-то еще?
— Думаю, того, что я вам сказал, будет достаточно.
— Скажите, а мои другие мужья могут присутствовать?
— Лорд Абэ связывался со мной по этому вопросу, и я передал ему слова господина Гото, что это нежелательно.
— Нежелательно значит невозможно на вашем вежливом языке? — в лоб спросила я.
— Кира, вы бесподобны, я ценю вашу прямоту, — Каин широко улыбнулся.
— Я тоже ценю, когда люди говорят со мной прямо, могу я вас попросить об этом?
— Договорились, однако должен признаться, у меня в этой области имеется определенная профессиональная деформация, но с вами я буду стараться ее контролировать, — и он мне подмигнул.
— Спасибо за честность и готовность идти мне на встречу, — искренне сказала я.
— В таком случае скажу кратко, ужин долгим не будет, максимум час посидите в компании двух мужчин, а потом господин Гото и Супрем Халл будут общаться наедине, а у вас будет время побыть с младшими мужьями, перед тем, как отправиться к господину Гото.
Понимая, что он имеет в виду, мне стало неловко, и я, обронив короткое «ясно» уставилась на свои руки, что лежали на коленях.
— Кира, простите мне мою бестактность, просто это моя работа знать круглосуточное расписание моего начальника.
— Все нормально, я понимаю, — сказала я, заставив себя взглянуть на своего визави.
Затем Каин посвятил меня в еще некоторые моменты, которые могут пригодиться мне на воскресном приеме и, откланявшись, отправился по другим своим делам.
А я осталась морально готовиться к ужину, а затем и к ночи с Гото.
Какой он, этот Супрем Халл? Если даже сам Гото его уважает и хочет произвести на него какое-то особое впечатление.
