Проклятие Алевтины - Елена Милая

сад с качелькой и песочницей, розовые домики и куколки в пышных платьях. Даже не знаю, что хуже: кошмары Стаса или вот это милое безобразие. И да, мне уже говорили, что я вредная.

Глава 11

Милые бранятся

Университет жил своей жизнью и знать ничего не знал о том, какие планы строила одна странная девушка. Вечно голодные и спешащие студенты все время норовили меня задеть, но я была при полном параде: необъятная толстовка с капюшоном, широкие джинсы, удобные кеды. Перчатки, конечно же.

Простояв в очереди в буфет, где пришлось купить сразу три стаканчика кофе и три шоколадных батончика, я едва успевала на лекцию по основам психодиагностики.

Оставалось целых пять минут! Но даже в такой одежде было сложно лавировать между учащимися и не разлить кофе, а потому я все же безбожно опоздала. София Витальевна, молодая аспирантка, встретила меня крайне недружелюбно и явно намеревалась не впускать, чтоб неповадно было.

— Больше не буду, — покаялась я и со вздохом поставила перед ней свой стаканчик с капучино. — Это вам! С любовью и заботой!

— Садись уже, — фыркнула София Витальевна, но стаканчик придвинула поближе.

— Взяточница, — прокомментировала мой поступок староста Женька, но и свое подношение приняла без явных угрызений совести. — Так и быть, дам даже лекцию переписать.

— Могла бы и на всех сообразить, Ванга, — крикнул кто-то смелый, но София тут же яростно шикнула, и в аудитории восстановилась тишина.

— Как бы ты ни хотела, внимание всегда тебя найдет, — тихо хихикнул Алекс, когда я наконец-то заняла свое место рядом с ним и выдохнула. Отметив мой внешний вид, развеселился вовсе. — Ты бы еще паранджу надела.

— Кушай батончик, — разозлилась я, открывая тетрадь.

— Кто-то не выспался, — заметил этот несносный человек, продолжая иронизировать. — Но все равно выглядишь чудесно! Тебе идут круги под глазами.

Еле удержалась, честное слово. А на перерыве отсела от него подальше. Так получилось, что свободное место было только рядом со старостой.

— Перебежщица, — хмыкнула Женька, — неужели поругались?

Да что такое! Почему мне не дают нормально учиться⁈ Хоть снова сбегай с пар. Натянув капюшон на голову, я хмуро отвернулась ото всех и принялась, наконец, переписывать информацию с интерактивной доски. Расследования расследованиями, а сессию никто не отменял!

На большом перерыве ради разнообразия я решила сходить не в кафе, а в столовую. Организм не на шутку бунтовал и требовал подкрепления. В последнее время я мало уделяла ему внимания. На тренировки не ходила, поесть нормально забывала, спала максимум по пять часов. Аля, так и ноги протянуть недолго!

Задумавшись, не сразу поняла, что рядом спокойно вышагивает Алекс. И мой хмурый вопрошающий вид ему был абсолютно до лампочки.

— Мне кажется, к тебе больше никто не пристает? — намекнула я, что хочу немного побыть одна.

— Когда тебя нет рядом, они снова появляются, — вздохнул Алекс, будто речь шла не о девушках, с которыми можно приятно провести время, а о призраках.

Удивительно — вторая неделя знакомства, а уже не я, а он за мной ходит.

— Так и пользовался бы, — фыркнула я. — Ты же не монах!

— А у меня сейчас другие интересы, — загадочно улыбнулся Алекс. Оставалось лишь представлять, на какие это интересы он намекает.

Заметив одинокую высокую фигуру, я забрала свое картофельное пюре с тефтелями и салатик и прямиком направилась к Андрею. Алекс если и удивился, то виду не подал. Парни обменялись коротким рукопожатием.

— Без приключений добралась? — зачем-то спросил спортсмен, ковыряя ложкой пирожное. Было в этой картине что-то завораживающее: огромный человек и маленькая розовая корзиночка с заварным кремом.

— Ты же проводил меня практически до двери, что могло случиться? — не поняла я его заботы.

— Ну а вдруг бы ты с кем-то на лестнице столкнулась, ляпнула что-нибудь, а этот нехороший человек бы тебя столкнул, — пожал плечами качок.

Я вдруг почувствовала, как холодок пробежал по спине. Мне до сих пор непонятно, почему Андрей по отношению ко мне все время предлагает худшие варианты, и от них становилось немного не по себе.

— Ходите вместе гулять? — нехорошо прищурился Алекс, уже совсем другим, по-мужски оценивающим взглядом окидывая спортсмена.

— Он меня консультирует, — быстро сориентировалась я. Еще начнет сейчас любопытничать. — Я подумываю записаться на уроки по самообороне.

У спортсмена на лице читалось искреннее удивление.

— Тебе это ни к чему, — сухо заметил Алекс.

— Ей пригодится, — вклинился качок.

Воздух между ними буквально звенел от напряжения. Что происходит вообще?

— Знаете, пойду я, наверное, — сказала я и решительно поднялась со стула. — А вы продолжайте буравить друг друга взглядами.

Алекс ожидаемо догнал меня на пути к нашему корпусу. Снова спокойный и расслабленный, будто не он недавно готов был потемневшими глазами прожечь в собеседнике дыру.

— Я тут подумал, — задумчиво почесал макушку парень. — Если тебя нельзя трогать, ну кроме меня, конечно, — и столько самодовольства в голосе, — то как ты собралась на тренировки ходить?

— Я ж не голая туда ходить буду.

— Я бы на это посмотрел, — тихо пробурчал он.

— Что говоришь? — моментально напряглась я.

— Форма, говорю, не спасет, — нагло улыбнулся Алекс.

— Алекс, может, хватит?

— Вот и я говорю, — охотно откликнулся он, — может, Аля, хватит тебе чудить?

— Если ты заметил, то я не специально!

— Не специально выведываешь информацию? — заломил бровь мой сосед по парте.

— Не, это намерено, — отмахнулась я, — не специально сталкиваюсь с… — наткнувшись на холодный взгляд Алекса, пришлось быстро прикусить язычок.

— Я предупреждаю — не дури, ладно? — Его рука на моем плече стала вдруг давящей и тяжелой.

— А не то?

— Просто забудем о нашем договоре. Мне до сих пор не особо верится, что я единственный человек, который может спасти тебя от тебя самой. Мир большой, поищешь своего спасителя! — Голос звучал наигранно беспечно, но следующую фразу он произнес вкрадчиво и тихо: — Подумай хорошо, ты ведь не глупая девушка.

Это было жестоко. Шантажировать меня тем, в чем я так отчаянно нуждалась. С другой стороны, сама виновата. Ведь закончить всё можно в любой момент. Да хоть сейчас, когда он склоняется ко