На пороге неба Часть Вторая - Елена Федоровна Янук

первую очередь из-за ее слов о Таниеле, она его похвалила! Но больше всего я злился на себя, что позволил гневу толкнуть меня на глупость: своими словами чуть не признал, что знаю кто она. Что вело за собой вопрос, а откуда я знаю, что она все это может.

Но долго раздумывать мне не дали, дверь открылась и меня окружила толпа взволнованных учениц.

— Мы же им покажем⁈ Отстоим честь девичьей академии? — Радостно лепетали они, предвкушая победу.

— Да. Переодевайтесь, — сдержанно отозвался я. — И, кроме всего остального, не забывайте, что вам надо быть во всеоружии. Платья прически и прочее, абсолютно все должно быть на высоком уровне…

Счастливая галдящая толпа девчонок понеслась переодеваться. Я смотрел им вслед с легкой завистью, никогда не был столь беспечным, подобное как-то прошло мимо меня.

Тут в комнату ввалились братики Айон. Не вошли, не заглянули, именно — ввалились, толкая друг друга.

— Я первый! — возвестил Дик, растопырив руки в дверном проеме и толкая бедром эльфа.

— С чего это? — возмутился второй, прогнувшись под рукой брата, вцепившись в дверь. Еще одни «любимчики» пожаловали.

— О, Армин, приветики! — Наконец один из них меня заметил.

Дерзкий щенок… Я измерил Дика ледяным взглядом.

— Хм… здравствуйте, учитель Арминель… — вежливо произнес Лео, отпустив руку, на которую напирал дракончик, и тот, потеряв точку опоры, свалился на пол.

— Хе-хе, — прокомментировал «полет» друга благородный эльф, изобразив полную невозмутимость.

— Это девичья часть помещений, дальше этой комнаты вам нельзя, — раздраженно отозвался я вместо приветствий. Мне еще этих паяцев здесь не хватало!

— А мы к Айонке, — тут же отозвался Дик, игнорируя мой суровый тон. — Обрадовать хотели, что завтра нас после праздника отпустят и можно будет пойти всем вместе погулять.

Будто я не знаю к кому вы! Я холодно посмотрел на него, но ничего говорить не стал.

— Вы передадите ей? — настойчиво уточнил Дик.

Я сухо кивнул и выразительно посмотрел на «братьев»:

— Она знает о завтрашнем выходном в честь праздника. Им в академии тоже его объявили.

— Тогда до встречи, — отозвался Лео, механически придерживая перед братом дверь, но на выходе все равно подставил Дику ножку. Дракончик опять свалился.

И эти, судя по всему, бегут в поисках ушедшего детства. Я покачал головой, и вошел в комнату к девушкам.

Здесь тоже царило веселое оживление: парочка самых непоседливых носились по залу друг за другом, толкая столпившихся у зеркала красавиц; три умницы сидели на диване в углу и беззаботно читали что-то интересное. Никого вокруг не замечая, их компания то и дело взрывалась громким смехом.

Я обвел учениц взглядом:

— Девушки, вы готовы? Наш выход через двадцать минут.

Они закивали, кто-то негромко отозвался своим «да», кто-то и вовсе не обратил внимания на мой вопрос. Только Айон нигде не было…

Мое лицо застыло в гневе.

Вроде она не могла выйти мимо меня. Наверно, в зале есть какой-то тайный выход. Щелкая пальцами и снимая со стен морок, я вздохнул. Да что с ней такое⁈ Куда на этот раз неугомонную понесло?

В дальней стене появилась дверка. Я прошел к ней и вышел в темный коридор, в котором не горело ни одного факела.

Единственное, что меня успокаивало, Айон где-то рядом, раз темные не нападают. В этом коридоре было заметно холоднее, откуда-то тянуло неприятным пронизывающим сквозняком.

Ненавижу старые замки! А если вновь застану Айон с Таниелем, смеясь, разорву его в клочья!!

Коридор распадался на части, уводя то влево, то вправо, но я уверено шел вперед вслед желтой нити проклятия драконов.

Я прошел до конца, но вдруг маленькая незаметная дверь распахнулась и в коридор влетела взволнованная драконница. Увидев меня, она с радостью кинулась навстречу, словно за ней гнались оголодавшие порки.

— Армин… — Запыхавшись, она схватила меня за руку. — Как хорошо, что ты здесь, я заблудилась.

Молча обнял ее, согревая и успокаивая. По моему телу прошла волна облегчения, мгновенно сдулся шар бешеной злости, разрывавший грудь изнутри. Напряжение сошло на нет, будто я только проснулся и все пережитое оказалось просто страшным сном.

— У тебя хватит фантазии представить, что о тебе кто-то волнуется? — сухо поинтересовался я, заглядывая ей в глаза.

— Так ты меня искал? Прости, пожалуйста. — Она уже пришла в себя, тут же вырвалась из моих объятий и отступила на приличное расстояние.

— Кто тебя так напугал? — поинтересовался я, приближаясь, чтобы вновь обнять.

— Мелочи… я заблудилась, и просто запаниковала… — Айонель отвела смущенный взгляд, словно только осознала, что чувствует на своем лице мое дыхание. А мне было по душе ее смущение, и отступать я не собирался. А еще… мне понравилось выражение неподдельной радости на ее лице, когда она заметила меня в темном коридоре, и бросилась ко мне. Эта вроде мелочь грела мне сердце и радовало душу.

— Надо торопиться… а то к началу опоздаем, — чтобы скрыть смущение, засуетилась Айонель.

— Выход там, — тихо подсказал я и вслед за ней вернулся в комнату для подготовки, все еще пребывая в задумчивом молчании.

Мне надоели наши непонятные отношения. Я становлюсь ненасытным!

Едва мы оказались в зале среди девушек, Айон повернулась ко мне и, тихо сказала:

— Мне так стыдно, что тебе пришлось все забросить и идти искать меня… Прости.

Я в ответ только улыбнулся. Смешная. Как оказалось, что у меня давно нет главнее и серьезнее дел, кроме тебя.

Айонель

Я извинилась, а он смотрел на меня и смеялся одними глазами.

Ну почему⁈ Чего смешного я сказала? Нет, мне никогда не понять его. Я покачала головой и сбежала к Софиельке. Подруга внимательно оглядела меня, мою голову и мое платье, и важно спросила:

— Готова? И даже прическу красивую сделала. Когда только успела?

Я с насмешкой отмахнулась.

— Милая Чери с утра пораньше привела ко мне камеристку. Это мамины проделки, она знает, что я прически не люблю, вот и отдельно заплатила Чери, чтобы та в особо торжественных случаях приводила специалистов, и я была разукрашена как праздничное дерево.

— А что? Красиво вышло, все эти кудряшки, бантики, косички… Мне нравится… — внимательно осмотрев меня, заметила Терни, и вновь вернулась к своему свитку.

— Спасибо, — вежливо отозвалась я и отошла, Армин как раз созвал всех, кто будет участвовать в сражении. Осмотрев