Забытая реликвия - Кэролайн Пекхам

это проклятие, но это не значит, что я буду действовать в соответствии с ним, Келли, клянусь.

— Я знаю, — выдохнула она. — Я доверяю тебе. И я хочу тебя увидеть.

— Она не может. — Я резко обернулась на звук жесткого голоса Эрика и обнаружила, что он наблюдает за мной из дверного проема. — Это слишком рискованно. Ты можешь поддаться жажде крови и причинить ей боль.

Келли замолчала на другом конце провода, и на мои глаза снова навернулись слезы. — Я бы никогда не причинила боль своей сестре, — прорычала я.

Эрик решительно покачал головой. — Пока ты не привыкнешь, тебе лучше не…

— Нет, — отрезала я. — Мы были порознь достаточно долго. И мы так близки к разгадке пророчества. Я должна увидеть ее.

— Я приду, Монти. Где бы ты ни была, я буду там, — наконец сказала Келли, и облегчение захлестнуло меня.

Челюсть Эрика дрогнула, когда он посмотрел на меня. — Не она. Сначала один из других истребителей. В качестве теста. В поместье есть коттедж, я могу забрать их и привезти туда. Но в дом может зайти только Джулиус. Не твоя сестра.

Я издала глухой смешок. — Хорошо, но как только у тебя будут доказательства, что я никогда не причиню вреда никому из них, я увижусь с Келли.

Эрик подошел ко мне, забрал телефон у меня из рук и заговорил в трубку. — Привет, Сновидица. Теперь ты преследуешь меня и в часы бодрствования? — спросил он холодным тоном.

Мои брови удивленно приподнялись. Келли приходила к нему в его снах? Означало ли это, что у них возникло некое подобие дружбы? Я не думала, что это было вероятно со стороны Келли, но мне было интересно, пыталась ли она ради меня.

Мой обостренный слух уловил ее ответ на другом конце провода. — Я почти уверена, что это ты преследуешь меня, Бельведер. Так, где же этот коттедж? Где мы можем с вами встретиться?

— Только Джулиус может встретиться с Монтаной, — настаивал Эрик. — Ни тебе, ни Магнару пока не следует подходить слишком близко к моему дому. Все еще остается проблема с Фабианом…

— Да, — вмешался Фабиан, входя в комнату. — Если этот истребитель приблизится ко мне на расстояние мили, на этот раз я прикончу его по-настоящему и заберу свою жену обратно.

Я сердито посмотрела на него, когда он поклялся что похитит мою сестру, и Эрик повернулся к нему спиной. — Я напишу тебе, где встретиться, — пробормотал он, прежде чем прервать связь.

Меня охватила боль из-за того, что у меня не было возможности попрощаться, но я подозревала, что он сделал это, чтобы избежать шанса, что Фабиан доберется до телефона.

— Итак, ты очнулся, — Эрик повернулся к своему брату, передавая мне телефон обратно.

— Твоя новенькая вампирша помогла мне исцелиться. Как долго я пролежал на этом диване? — Раздраженно спросил Фабиан, сжимая руки в кулаки.

— После того, как истребители бросили тебя в мою лодку, а я запихнул в багажник своей машины? — Эрик подстрекал его, и в воздухе между ними начало потрескивать напряжение.

— Да, — выдавил из себя Фабиан.

— Прошло несколько часов, — сказал Эрик, скрестив руки на груди.

— Кем, черт возьми, ты себя возомнил? Мы были на грани победы над истребителями. Почему ты позволил им уйти? — Потребовал ответа Фабиан, делая шаг к брату.

Я поднялась на ноги и подошла к Эрику, меня охватило желание защитить его. Он будет не один, если Фабиан решит что-то затеять. Теперь я была в состоянии защитить его.

— Потому что на этот раз мы нашли точки соприкосновения, — объяснил Эрик. — Боги завладели нашими телами во время той битвы. Они виноваты во всем. Они были теми, кто изначально натравил нас друг на друга. Пришло время признать этот факт и забыть о наших разногласиях.

— Истребители охотились за нами до края Земли! — Фабиан взревел, и Эрик устало вздохнул.

— Это было тогда, а это сейчас. Мы должны адаптироваться, — настаивал Эрик. — И, если ты не прекратишь эту истерику, я попрошу свою жену помочь мне снова снести твою голову, потому что я не могу сейчас разбираться с твоим дерьмом.

Фабиан замолчал, и его взгляд метнулся ко мне. — Зачем ты обратил ее? — спросил он, меняя тему, склонив голову набок, словно оценивая мою новую форму, оценивая меня.

— Андвари пытался убить ее, я расскажу тебе все позже, — отрезал Эрик. — Все, что тебе нужно знать прямо сейчас, это то, что она одна из нас.

От его слов у меня по коже побежали мурашки. Я была одной из них. Я больше не источник пищи и не слабое существо, которым можно управлять. И хотя от этой мысли мне все еще было не по себе, было приятно хоть раз оказаться на равных.

Фабиан прошествовал мимо нас к лестнице. — Я собираюсь принять душ.

— Отлично, — пробормотал Эрик, проходя мимо.

— И подрочить, думая о сестре-близнеце твоей жены, — поддразнил его Фабиан, и мой рот приоткрылся от отвращения.

— Мы можем отрезать ему руки? — спросила я Эрика, когда Фабиан исчез на лестнице.

— Как бы мне не нравилась эта идея, я уверен, что Фабиан нашел бы другие способы доставить себе удовольствие. Это как раз тот уровень упрямства, до которого он готов опуститься, бросая вызов любому, кто говорит ему, что делать.

Я рассмеялась, молясь, что Фабиан пошутил по поводу того, что сказал, и резко отогнав от себя эту мысль, на случай, если это не так.

Эрик взял меня за руку, его серые глаза заблестели, и от этого прикосновения по моей коже пробежала волна энергии.

— Тебе тоже надо помыться, — сказала я, глядя на его покрытое запекшейся грязью тело.

— Ммм, — промурлыкал он, таща меня за собой к лестнице. — Так тебе не нравится, когда твой королевский муж грязный?

Я рассмеялась, когда он потащил меня за собой. — Это довольно неловко, ваша королевская задница.

— Я и не подозревал, какие высокие стандарты ты предъявляешь ко мне.

— О, да, и я ожидаю, что ты окажешься на высоте, принц Эрик.

Он загнал меня в угол на лестнице, и его улыбка сменилась напряженным взглядом. — Так хорошо, что ты вернулась, бунтарка.

Он провел большим пальцем по моей щеке, и мое сердце сжалось от любви к нему, все барьеры между нами, казалось, рухнули в прах. Я решила отвернуться от него, бежать и никогда не останавливаться, но у судьбы были другие планы. Теперь, когда я снова была с ним, и в поле зрения не было позолоченных клеток, я не могла найти ни единой причины, чтобы не потакать желаниям своего сердца. Потому