Не бойся, тебе понравится! - Дарья Андреевна Кузнецова

этот их… поверенный в делах не стал бы хлопотать лично. Он бы даже из-за порядочной жены, дочери или матери из приличной семьи не стал так дёргаться, убеждённый женоненавистник. Сидит, из посольства носа не высунет, боится повторить судьбу посла. А тут во Внешнем Своде круги наматывает, вежливый, улыбается, всё ко мне на аудиенцию попасть пытается… Аж тошно.

— Профессор ещё, — припомнил Шад. — Но малоизвестный, и семья слабая. А остальные тем более. Там лаборатории той… — он поморщился и махнул рукой.

— Больше никаких значимых объектов? Может, не там, но — рядом, в то же время?

— Ничего! — Мужчине осталось только развести руками. — На военную базу зашли, но эльфы оттуда успели свалить. Мы не контролируем в том районе десяток деревень, и то из-за неудобства логистики, и Фаёдунаг с его погранпереходом, там парни разведку проводят. Местные принесли слухи о минах. Но я поговорю с Когтем ещё раз.

— Посмотреть бы на эту эльфийку, — вздохнула Шаиста. — Но сейчас не до неё…

— Не буду тебя задерживать, — поднялся Шад, искренне порадовавшись подобной занятости матери.

С одной стороны, она имела полное право знать сложившуюся вокруг сына ситуацию полностью. С другой — зачем? Если она каким-то чудом проникнется обстоятельствами и подойдёт к ним с холодной головой, то тактика поведения с Шахабом не изменится. А если в ней проснётся встревоженная мать, едва обретшая сына, которого считала погибшим, и увидит в существовании эльфийки угрозу… Нет уж, лучше пусть пребывает в счастливом неведении. Что можно было — Шад делал.

Коготь, после захвата власти взявший на себя обязанности главы разведки, которые прежде выполнял в «Байтале», просьбу выслушал, повторил боевому товарищу его же собственные мысли на этот счёт, но обещал подумать и поискать.

А потом Шада в его кабинете нашёл Мутабар, причём не по переговорнику, лично, и это сразу вызвало тревогу.

Разбирали то, что наворотила Халлела, без спешки, аккуратно и тщательно. Последний раз шайтары встречались позавчера, и прогресс был ощутимым. Врач списался с орком, которого они обсуждали, орк живо заинтересовался и действительно пообещал приехать, как сможет, ориентировочно — через две недели. Если, конечно, к тому моменту еще будет нужна его помощь.

Проблема осложнялась тем, что эксперимент пошёл не так, как задумывалось. Шахаб не мог восстановить все детали, эльфийка тоже уверяла в своей забывчивости из-за удара по голове, но тут никто не сомневался: врёт и просто не желает сотрудничать. Но она не коллега, а пленница и враг, какой спрос! Мутабар уверенно заявлял, что разберутся без неё, просто это займёт некоторое время. Шад верил.

Он мог ждать прорыва и подвижек в этом вопросе, однако врач выглядел обеспокоенным и даже встревоженным.

— Что случилось? — насторожился Эхо. — Что-то с Шахабом?

— В некотором смысле, только я не понимаю, что именно.

— Поясни.

— Он перестал идти на контакт. Вдруг. Вчера еще всё было нормально, сегодня — замкнулся. Не молчит, выглядит сосредоточенным и адекватным, но уходит от всех вопросов и разговоров.

— А Холера?.. Тьфу! Ну ты понял.

— Да эту ничем не проймёшь, — отмахнулся Мутабар. — Она специалист не хуже меня. А вот с Шахабом… Не знаю, может, она его просветила, или сам догадался о двойном дне разговоров, но он явно решил отказаться от моей помощи.

— Агрессия?

— Нет, совсем нет! — к его облегчению, заверил врач. — На самом деле для паники повода нет, он не проявляет ни враждебности к окружающим, ни суицидальных наклонностей, но меня насторожил такой резкий переход. Да и ты просил держать в курсе ситуации…

— И что делать? — хмуро спросил Шад.

С кем-то другим он бы, может, провёл беседу и махнул рукой: спасение утопающих — дело рук самих утопающих, без личного желания и готовности работать никто не сможет помочь. Но речь шла о брате, и что бы ни говорил разум, перестать пытаться не получалось.

— Найди ему занятие, — посоветовал Мутабар.

— Что ты имеешь в виду?

— Насколько я успел понять, Шахаб — натура деятельная. Он хороший маг, пусть и во многом самоучка. То есть был хорошим магом, но за три года без практики любую квалификацию потеряешь… Так, не о том речь! Деятельной натуре вредно сидеть на месте. Займи его чем-нибудь. Пусть восстанавливает магию, учится, идёт заниматься чем-то полезным, причём — действительно полезным, а не придуманным для него. Мне кажется, сейчас это гораздо нужнее, чем любая другая помощь.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — хмыкнул Шад. — Спасибо. Это будет нетрудно.

Расовая магия и талант к магии общей никак не зависели друг от друга, и братья Шадай очень наглядно иллюстрировали собой это обстоятельство. «Сыновьями гор», как традиционно называли эту врождённую особенность, они были оба, оба чувствовали камень, ощущали трещины и напряжения в земной коре и умели со всем этим договариваться. Проще всего такой дар находил применение в военном деле, но и мирных направлений хватало. Разбирать обвалы и оползни, прокладывать дороги, строить тоннели — проще привлечь для этого одного из «детей гор», чем мучиться с общей магией или вовсе без неё. Незаменимы они и в деле защиты от землетрясений. Чувствуя катаклизм заранее, маги, конечно, не могли успокоить ярость гор, но вот указать точное время и слабые места — для этого большой силы не требовалось, а кое-где получалось даже отвести удар в сторону. Наконец, работа с декоративным камнем: при наличии художественного вкуса из любого сына гор мог получиться великолепный резчик.

Как сыны гор братья были примерно равны по силе, а вот за пределами расового таланта имелось одно огромное отличие: Шаду категорически не давалась общая магия. Обладая большим природным резервом, старший не мог применять его так, как требовала эта наука. Слишком не любил все эти точные построения, измерения, расчёты и мелкую кропотливую работу, не понимал и даже пытаться не хотел.

Зато Шахабу подобное давалось легко с самого детства, если бы не война — мог стать отличным специалистом. Не вызывало сомнений, что теперь, в мирное время, найдётся подходящее место для приложения и роста его талантов. Сказать, что в Агифе сейчас не хватало грамотных магов, — это ничего не сказать. Часть плохо обучена, часть сбежала, часть погибла, и это при том, что наука непростая, не каждый потянет. Детали трудоустройства стоило обсуждать с братом, но несколько вариантов Шад мог предложить с ходу и надолго откладывать это не планировал.

Если бы не разговор с Мутабаром, он бы не заподозрил никаких изменений в брате: на ужине младший вёл себя нормально. Выглядел немного задумчивым, словно занимался решением важной задачи, но в сравнении с