Подарок судьбы или сковородка с подарком - Елена Северная

за ним. Он шел размашистыми шагами, когда он делал один шаг – девушка успевала переставить ноги 3 раза. Ей казалось они шли целую вечность и очень обрадовалась, когда впереди показалась неказистая избушка, из которой им навстречу выскочил такой же лохматый подросток лет 12-14. В избушку Грэга занесли вдвоем и уложили на широкую скамью. Хозяин тут же принялся обтирать демона настоем пахучей травы, что-то сказал меньшому и тот принес ещё бадейку с настоем. Вместе они избавили парня от одежды и натерли вонючей мазью из бадейки.

– Ну вот, пока и всё. К вечеру опять оботрем. И покормить его надобно.

– А как покормить – он же без сознания? – удивилась Маша.

– Чудная ты, баба. Не знаешь, как мужика своего магией накормить? – озадаченно покрутил головой великан.

– Не знаю, – погрустнела девушка. – Мы ведь только вчера поженились, а до этого я … воспитывалась в уединении, толком ничего о жизни и не знаю.

Маша не стала говорить о своем иномирном происхождении, пусть это пока остается тайной.

Хозяин избушки недоверчиво покосился, но просветил:

– Вас ведь объединили в одно целое – вишь, – он указал на золотистый знак крыльев на животе у Грэга, –  вот через этот знак и корми.

– А чем? – опять ввела его в ступор своим вопросом Маша.

– У тебя такой же должен быть на животе, вот и … как они соприкоснутся, так и магия из тебя польется в него. Это просто.

«Конечно, для вас просто, а я как котенок в море»,  – фыркнула про себя девушка.

– Сейчас я его в спаленку малую перенесу, там и покормишь. И первое время там с ним и будешь жить. Пока не поправится.

– Батя, – подал голос малой волосатик, – а она нашей новой мамой будет? – кивнул он в сторону девушки.

Маша обомлела – это она к лешим попала? Теперь что, тут останется? Навсегда?

От перспективы стать вечной наложницей лохматого лешего ей стало дурно. Перед глазами все поплыло и подернулось дымкой. Как сквозь вату она услышала звук подзатыльника.

– Не мели чепухи. Она поможет нам с Мотькой, и побудет здесь, пока её мужик не поправится, да и пока я не найду нам мать.

Немного отпустило. Значит, использовать её как инкубатор для рождения маленьких лешинят не будут.

– А кто такой Мотька?

– Это сын мой меньший, малец совсем. Ему без женской руки совсем плохо.

– Тогда я покормлю мужа, а потом займусь вашим сыном. – решительно сказала Маша. – Несите Грэга на кровать.

Лешие проворно перенесли демона в дальнюю комнатку и оставили их одних. Дверей в избушке не было, их роль выполняли занавески. Маша задернула её и, оголив живот, прилегла рядом с мужем. Тут же она почувствовала, как из неё канатом что-то тянется к телу демона.

«Так вот ты какая – магия местная! А я и не думала, что ты у меня есть!» – пронеслось в голове у девушки, и она продолжила щедро делиться с Грэгом силами.

Через некоторое время поток прекратился. Лицо демона слегка порозовело и уже не пугало девушку землистым цветом. Маша прикрыла его тонкой звериной шкурой и оставила одного.

– Ну, и где ваш Мотька? – деловито осведомилась девушка.

– А щас, – засуетился маленький леший и нырнул в соседнюю комнатку.

Скоро на коленях у Маши сидел прелестный малыш с беленькими кудряшками и короткой беленькой шерсткой. Он щурил свои огромные голубые глазки и сосал кулачок. На вид ему было около года. Малыш покорил Машу сразу.

– Господи! Чудо какое! – искренне восхитилась она, когда взяла на руки лесного ребенка. – А где же мама?

– А мама нас бросила, – простодушно признался лешачок, – как Мотька от груди отказался, так и сбежала назад в деревню. А мы тут с батяней сами…

– А тебя как зовут? – вытирая замурзанную мордашку ребенка, спросила девушка.

– А я – Вишна. У меня другая мамка была. Померла родами. Не помню её совсем, – мальчик забрался на скамью и зорко следил за братом. – Ты хоть с детями умеешь обращаться? – сурово спросил он.

– Ты ж поможешь, если что? – заговорщицки подмигнула ему Маша.

– Ага! – он обрадованно закивал косматой головой. – Я ж с ним почти с самого рождения, помогал Лерне. Это так мамку Мотькину звали, – пояснил на вопросительный взгляд. – Батяня всё больше по хозяйству, а я – с малым. Теперь буду бате помогать. А ты за Мотькой присматривать.

В избу зашел хозяин и принес туесок с молоком.

– На-ка, – протянул он Маше. – Поешь чего. А то много сил отдала-то. Серая вся.

– А чем вы вообще питаетесь? – спросила девушка. Надо же как-то вливаться, все ж некоторое время они здесь будут жить.

–Так это… Мясо, рыба, ягоды, орехи. Мед, опять же, да и у купцов бывало, что возьму в плату за беспрепятственный проезд по короткой дороге. Так и живем, - почесал затылок леший.

– Меня Маша зовут, с сыновьями твоими познакомилась уже. Тебя как звать?

– Так это… Серафим я. За лесом присматриваю, порядок поддерживаю.

– Вот что, Серафим, - Маша решительно поднялась со скамьи. – Надо баню организовать. Помыться бы. Всем нам.

– Так это… Холодно уж в речке купаться-то, а купальню мы раз в месяц растапливаем. Аккурат через неделю будет срок, - попытался отвертеться леший от помывки.

Но Маша твердо стояла на своем – надо всем вымыться! Пока Серафим, крякая и покачивая башкой, растапливал печку в бане, да носил из колодца воду в большой железный бак, она провела ревизию продуктов в крохотной кладовке, выяснила у Вишны, как стирают вещи, где и как готовят кушать, и пришла в тихий ужас от всего этого. Большой радостью стало обнаружение в кладовке больших ножниц, которые она тут же сунула под нос хозяину с просьбой наточить. Мотя, напившись молока, мирно посапывал в кроватке, не создавая взрослым хлопот. Печку на импровизированной кухне Маша растопила с помощью того же Вишны. И вообще, леший – подросток стал для неё незаменимым помощником в незнакомом хозяйстве. Он важно, со знанием дела, учил «городскую неумешку» всем премудростям их лесной жизни.

К вечеру они собрались после бани за столом, на который Маша водрузила котелок с