Инструктор-попаданка в мужской военной академии (СИ) - Фаолини Наташа

На этот раз средство передвижения было нормальным, без железных прутьев, можно было рассмотреть небо, не украшенное темной решеткой.

Мне нужно было подумать в моей уютной комнатушке в академии об этом всем, взвесить все «за» и «против». Но времени на глубокие раздумья не было. Не хотелось проверять, что будет, если просрочу сроки на замужество. Суд здесь какой-то вздорный. По сути, никаких выяснений обстоятельств и не было.

Когда карета двинулась и послышались звуки копыт, ударяющихся об мостовую, скрипя сердцем, через силу спросила:

- Не хотите быть моими мужьями?

И пусть Бастиан показал себя не с лучшей стороны, после того, как узнал все мои секреты, и мы переспали, линия поведения резко поменялась, а о Питере я вообще еще несколько дней назад думала совершенно в другом ключе – выбора не оставалось.

- Я уже, - коротко ответил Бастиан и я сначала не поняла.

- Что?

- Муж твой.

- Схрена? – не удержалась, сдвинув брови к переносице и хмуро поглядывая на дознавателя, на лице которого выражалось изобилие самодовольства.

- Мы были вместе этой ночью, а пока ты спала я надел на твою руку брачный наруч.

Закатав рукав кофты с подозрением посмотрела на золотой браслет, представляющий из себя сплошную литую полосу в которой можно было разглядеть свое отражение. Ни застежек, ни выемок, чтобы снять украшение, я не обнаружила, а стянуть так и не получилось – ладонь больше и шире, не пролазит. Так вот откуда он взялся.

- Но я согласия не давала!

- Ты его дала, когда пустила меня в свое тело, а я воспользовался ситуацией. Каюсь, - говорил, а лицо не выражало и капли раскаянья.

А вот на Питера страшно было смотреть. Он то ли злился, то ли смущался, но итог оставался один – ректор сидел красный, как помидор, старательно делая вид, что его тут нет, а камзол, на удивление, удачно сливался по цвету с сатиновой шторкой.

- Ладно, с одним разобрались, - махнула рукой, - а вы что скажете, Питер?

Под ребрами бурлили удивительные чувства, когда бы я в прежней реальности смогла оказаться в ситуации подобной этой? Искать мужей. Не одного. И все это даже не противоречит закону, а наоборот – потворствует.

- Не думаю, что это хорошая идея, - тихо проговорил ректор, даже не удосужившись отлепить взгляд от окна, - вам стоит поискать других кандидатов, Урсула.

Вот сейчас вообще не поняла. Сам ведь признавался в трепетной симпатии, хоть и не мне лично, а сейчас, когда я фактически сама себя предлагаю – отвергает. В мире, наделенном магией, и логики в поведении людей не должно быть?

И хоть академия полнилась мужчинами, найти среди них знатных было еще той задачкой. Не устраивать же всеобщий опрос. А Питер вот, на ладошке. Холостяк.

Нужно было его уговорить.

- Обещаю, что никаких приставаний с моей стороны не будет, я не собираюсь требовать от вас секс, но Питер, я в сложной ситуации. Помогите.

Про деньги предупредительно промолчала, все-таки он мне зарплаты выплачивает.

- Почему вы просите меня об этом? Я не подхожу. Вам стоит только попросить, Урсула, и выстроиться очередь из кандидатов всех мастей и сословий. Красивых, здоровых и молодых.

- А я хочу старого и хромого, - парировала, поджав губы.

Со стороны Бастиана послышался смешок. Под моим немигающим взглядом дознаватель отвернулся, упершись в подлокотник и прикрывая широкую улыбку двумя пальцами.

Судя по выражению лица ректора, в голове у него шла настоящая борьба.

- Я устал от женских насмешек и хочу спокойствия. Да, я старый, больной и хочу доживать свои дни тихо, - вдруг выпалил он, а красивое мужское лицо пошло красными пятнами. Сейчас он точно злился.

Кажется, палку я перегнула. Ну а как еще вывести его из этой удобной раковины зоны комфорта?

Возле академии мы выгрузились втроем. Питер сразу устремился в кабинет, чтобы закрыться там на замок, в надежде, что я не доберусь, а Бастиан увязался за мной.

- Да не сбегу я! – бурчала, посматривая недовольно на сопровождающего, вышагивающего за спиной.

- Это моя обязанность – сопровождать тебя два дня, пока ты ищешь оставшихся мужей, считай меня конвоиром. Я даже спать буду в твоей комнате.

- Тогда плати за аренду, - фыркнула я.

- Я муж твой!

- Ты конвоир, - прошептала, захлопнув дверь перед носом дознавателя и на всякий случай подперла ручку стулом. Всем нам надо немножко одиночества в этот непростой день.

Комната была перевернута вверх дном, похоже, что тут проводился обыск. Книги и блокноты валялись на полу, ковер скручен и отложен в сторону, подсвечник закатился в дальний угол под кровать, даже моя новая одежда была вывалена из чемодана и хаотичными кляксами валялась на выкрашенном полу!

Как и следовало ожидать, записка от настоящей Урсулы исчезла. Нужно было ее сжечь! Но с другой стороны, скорее всего, она попала в руки к Бастиану, ибо только так можно было объяснить его внезапное познание в моей иномирности.

Как ни крути, а Бастиану пока что можно было доверять, пока он таскается за мной в надежде оплодотворить матку и заиметь наследника. Пусть нас и не объединяли общие интересы, но пути на этом этапе сходились.

Не дали мне и десять минут побыть в одиночестве, как в дверь начал кто-то настырно ломиться, выстукивая на деревянной поверхности костяшками пальцев чечетку.

- Урсула, откройте! Все хорошо?! – по ту сторону двери слышался до крайности взволнованный Грей и стоило мне распахнуть проход, как была заключена в крепкие теплые объятия, а под ухом быстро-быстро билось сердце мужчины, - я так переживал! К вам никого не пускали, я приходил несколько раз!

- Грей… тебе нужно присесть.

- Хорошо, - выдохнул мужчина, поднял стул с пола и присел на него, так и не отпуская из рук мою ладонь, а в глаза как заглядывал – я почти почувствовала сожаление о ночи с Бастианом.

Именно в тот момент браслет на запястье был замечен, глаза куратора расширились от изумления, а губы чуть удивленно приоткрылись.

- Кто… твой муж?

- Я, - послышалось со стороны входа, и мы вдвоем повернулись на звук голоса Бастиана.

Я его сейчас чем-то стукну!

Глава 13

Грей молчал. И переводил удивленный взгляд с меня на Бастиана. Но руку так и не отпустил, даже наоборот – сжал ладошку крепче.

- Я сейчас все объясню, - проговорила с досадой чувствуя, что звучит, как оправдание, хотя, оно и есть, - это решение суда. Мне нужно четверо знатных мужей, которые смогут поручиться за меня. В запасе есть день с половиной, чтобы найти еще троих. Прошу, скажи, что у тебя есть какие-нибудь герцоги в родословной.

Кто бы знал, на чем я вертела этот их суд.

- Нет, весь мой род – простолюдины, я добился большего, чем несколько братьев, но сословие от этого не становится выше, - проговорил мужчина печально, качая головой.

Его грустные огромные голубые глаза заглядывали в саму душу, а большой палец руки оглаживал внутреннюю часть ладошки. И как-то так разом все нахлынуло: наша ночь, его забота и переживания обо мне. Грей был первым человеком, которого я здесь встретила, очнувшись в чужой комнате. И пусть он сам не знал этого, но очень помог адаптироваться в новых реалиях.

- Слу-у-ушай, - бодро протянула я, - а ты не хочешь пятым быть?

Несколько секунд тишины и от двери послышалось грозное:

- Урсула!

Что-то треснуло. Я понадеялась, что это не Бастиан рвет на себе одежду.

- Хочу! – уже не так уныло выпалил Грей, выпрямившись, а прекрасные светлые глаза по-новому загорелись.

- Отлично! – хлопнула радостно в ладоши.

Мужей становилось больше, а проблема оставалась того же размера. Но почему-то такой поворот событий не очень печалил, хотя и чувствовалась подстава.

- Я тогда сбегаю в город, куплю брачный браслет! – произнес Грей с широченной улыбкой и вскочив с места, рванул на выход.

А я, снова выпроводив за дверь недовольно Бастиана, на скулах которого перекатывались желваки, плюхнулась на кровать, уставившись в потолок немигающим взглядом.