Хозяйка неблагого двора - Юлия Яр

связываться с болотными духами! Да и если уж на то пошло, у меня вроде как жених есть!

– Согласен, – вдруг поддержал меня чертяка и многозначительно изрек, – да и не такая уж ты красавица, если честно. Даже Крис гораздо симпатичнее.

– Что?! – в один голос возмутились мы с другом.

– А что? – невозмутимо отозвался фамильяр, – Слышали поговорку, что мужчина должен быть слегка красивее обезьяны? Так вот, наш Крис как раз немного лучше. Платье наденем, волосы под шляпку спрячем, и готово! Лошадью поработал, вот и красавицей побудет!

– Я не поняла, это ты меня сейчас обезьяной назвал? – из моих ушей повалил воображаемый пар от закипающего гнева.

Молча переглянувшись, мы с Крисом потихоньку встали и направились в разные стороны. Чертяка, почуяв неладное стал отступать назад, но через несколько шагов уперся в стену.

– Предупреждаю! Я буду защищаться! – нервно пригрозил он.

Мы лишь плотоядно улыбнулись, медленно обступая наглеца и отрезая ему пути к бегству.

– Нанесение тяжких телесных повреждений карается законом! – в отчаянии напомнил Шнырь.

Мы продолжали наступать злобно ухмыляясь.

– Ахарай! 9– выкрикнул чертяка и ринулся в бой.

Но нас было больше, и мы были сильнее. Через несколько минут отчаянной борьбы, враг был повержен и спеленат старым покрывалом.

– Нашей штатной красавицей будешь ты! – торжественно сообщил Крис.

Я злорадно улыбнулась, а чертяка был окончательно деморализован своим назначением.

Несколько часов мы потратили на то, чтобы привести Шныря в надлежащий вид. Для этого мне пришлось пожертвовать одним из своих платьев и львиной долей содержимого будуара. В четыре руки мы с Крисом красили, завивали, шнуровали и пудрили. Чертяка сначала ворчал и крутился, но постепенно вошел во вкус и даже стал руководить сборами.

– Румян побольше! Помаду розовую давай! Я же не профурсетка какая-нибудь! Туже! Крис, туже шнуруй, говорю! Давай, вдох-выдох! Кира, побольше ваты в корсет, чтоб было чем завлекать! – то и дело командовал фамильяр.

И вот наконец, на том месте, где некоторое время назад был Шнырь, теперь стояла миниатюрная кокетка, в перламутрово-зеленом атласном наряде и шляпке со страусиными перьями. Она волчком крутилась вокруг себя и беспрестанно спрашивала:

– Я красавица? Я красавица?

Мы с Крисом критически осмотрели творение наших рук. Между шляпных перьев маячили небольшие рожки, темная шерсть топорщилась под густым слоем белой пудры, а под пятачком сверкали маленькие острые клыки, вымазанные в розовой помаде.

– Красавица, – неуверенно подтвердила я, – только ты, как бы это сказать, коллекционная что ли. В общем, не для всех, а только для истинных ценителей.

– Может быть веер ему дадим? – задумчиво протянул Крис.

Я откопала в чемодане большой веер, украшенный камнями, и вручила Шнырю.

– Прикройся! – он покорно прикрыл большую часть мордочки, оставив открытыми лишь томно прищуренные густо накрашенные тушью глазки.

Увы, это совершенно не спасло ситуацию. Если верх был еще хоть как-то мало-мальски замаскирован, то кривые волосатые лапы, торчащие из-под юбки, прятать было решительно некуда.

И тут меня осенило. Я стрелой вылетела из комнаты, оставив друзей лишь растерянно смотреть мне вслед. Вспомнила, что пока разговаривала с миссис Випс, видела на кухне большую бутыль браги. Ее-то я и сейчас и прихватила, решив позже возместить хозяйке принесенный ущерб парой лишних золотых. Втащив брагу в комнату, всучила ее Шнырю с наказом:

– Вот, пусть пьет, пока ты ему не понравишься!

– Отличная идея! – похвалил Крис и тут же скомандовал, – Пойдем! Уже темнеет, а нам еще болото искать.

Выходя, мы договорились, что сначала спрячемся где-нибудь неподалеку от болота, чтобы не мешать Шнырю доводить хухлика до нужной нам кондиции.

Покидая комнату, я увидела, как чертяка задержался у зеркала и

любовно глядя на свое отражение, произнес:

– Эх! И достанется же кому-то такая красота!

Глава 10. Встреча вторая – болотник

Идя на встречу уже в густых сумерках, мы немного нервничали по поводу того, что в лесу будет слишком темно и вся затея просто не будет иметь смысла. Поначалу так оно и было, но по мере того, как мы продвигались вглубь чащи, среди деревьев стали мелькать зеленые огоньки. С каждым футом их становилось все больше и больше. Они хаотично летали над ветками и мерцали бледным рассеянным светом, от чего лес из пугающего стал казаться сказочным.

– Красиво, – восхищенно протянула я, глазея по сторонам.

– Да, – согласился со мной впереди идущий Крис.

Чертяка же семенил сзади, держа подмышкой бутыль с брагой, и что-то сосредоточенно бормотал себе под нос.

– Что ты там бубнишь? – обернувшись, полюбопытствовала я.

– Да вот думаю, а что, если этот болотник ко мне тискаться полезет? – пояснил Шнырь, – я ж ему наваляю… Как бы с ним не поссориться и не потерять свою девичью честь?

– Хороший вопрос, – задумчиво протянул Крис.

– Предлагаю потерять честь, – внесла предложение я, но увидев на мордочке своего фамильяра выражение священного ужаса, расхохоталась.

– Нужно придумать что-то такое, что отвернуло бы от желания близости, но при этом не оскорбило, – рассуждал вслух Крис.

– Знаю! – осенило меня, – если почувствуешь, что дело пахнет жареным, скажи, что ты беременный!

Глаза чертяки округлились до невероятных размеров и грозили вот-вот вывалиться из орбит.

– Я!? Беременный!? От кого? Еще скажи, что мне тут рожать придется! – возмутился он.

– Если потребуется – родишь, – уверила его я.

– А что, хорошая идея, – поддержал меня друг, – это точно пресечет все посягательства на твою добродетель.

За несколько десятков ярдов до болотных топей, решено было разойтись, чтобы случайно не попасться на глаза хозяину и не испортить все мероприятие.

– Если потребуется помощь, кричи, – напутствовал напоследок Крис.

– Что кричать-то? – раздраженно шикнул чертяка.

– На месте сообразишь, – оборвала я и легонько подтолкнула фамильяра вперед.

Пока Шнырь, кокетливо виляя нижними формами, дефилировал в сторону топей, мы с Крисом разделились и обойдя болото сбоку, заняли наблюдательные посты в ближайших зарослях.

Предполагая, что вся эта мизансцена может продлиться достаточно долгое время, и к тому же опасаясь быть случайно кем-то замеченной, я расстелила на земле теплую шаль и легла сверху. Немного поерзав, устроилась поудобнее и приготовилась смотреть.

Чертяка тем временем подошел вплотную к болоту и чинно прогуливался вдоль берега, томно обмахиваясь веером. Прошло около четверти часа, а ничего не происходило. Наворачивая очередной круг и поравнявшись с кустами, где залегла я, Шнырь пожаловался:

– Где этот трухлявый пень? Я себе уже все копыта натер…

Я лишь махнула рукой, безмолвно приказав терпеть и фамильяр поковылял дальше. Дойдя до поваленного у воды старого дерева, он скинул туфли и задрав юбки, уселся сверху, опустив лапки в воду.

– Какое блаженство! – довольно протянул Шнырь.

Не успел он как следует расслабиться, как вдруг