Наложница особых кровей (СИ) - Грин Агата

— Что в бокале? — слабо спросила я.

— И-рьён.

И-рьён – местный шипучий безалкогольный напиток; в нем почти нет сладости, зато кислоты предостаточно, но это очень приятная кислота, освежающая в жару. Губы и рот потом немного покалывает, но и это приятно. А еще и-рьён способствует хорошему пищеварению, поэтому его пьют во время еды.

Я взяла бокал и с наслаждением сделала несколько глотков.

— Попробуйте и́нхи, их собрали сегодня утром, — сказал Регнан, указав на вазу с фруктами.

Инхи – это такие маленькие зеленые фрукты, похожие с виду на киви, только цвета более светлого и покрыты длинными усиками-«волосками». Я взяла кусочек очищенного инха с бледно-желтой мякотью и съела. М-м-м… На вкус – смесь мороженого и дыни. Я взяла и второй кусочек инха, и третий; на четвертом, когда я допила весь и-рьён, заметила, что царевич Регнан все так же смотрит на меня. Выпрямившись, я опустила пустой бокал на подставку рядом с вазочкой фруктов и сказала:

— Спасибо. У вас ко мне дело, Ваше Высочество? Я буду рада вам услужить.

Естественно, ни черта я не буду рада, но с этими шишками чем больше лести, тем лучше.

— Да, у меня к вам есть дело, Даша. Я хочу, чтобы вы стали моей наложницей.

— Что-что?

— Я хочу, чтобы вы стали моей наложницей.

Это происходит со мной? Это мне сказали? Я посмотрела в бесстрастное лицо сидящего рядом мужчины, вгляделась в его синие глазищи – не шутит ли? – и даже, чтобы проверить, не сплю ли, пощупала сиденья. Сиденья мягкие, чуть шершавые, а мои пальцы влажные, нервные…

— Сложно поверить? — осведомился царевич.

— Не то слово… — ошарашенно произнесла я.

— На самом деле все просто. Вы эмпат, причем широкого диапазона, и знаю о ваших способностях лишь я – от остальных вы эту свою особенность скрыли, и о них ни слова в ваших документах.

— Знает только тетя. Она мне еще в детстве сказала, что людям не по себе рядом с эмпатами, и мне лучше не светиться.

— У вас мудрая тетя. Мысли защитить можно, а эмоции и чувства нет. Конечно, каждый развитый психокинетик может считать по ауре или сердцебиению настроение, определить чувства, но оттенки различают только эмпаты. И только эмпаты могут внушить чувство…

— Я этого не делаю. Я вообще стараюсь не использовать свои способности, я…

— Т-с-с, — Регнан приложил палец к своим губам, — не бойтесь, Даша. Вам ничего не грозит. Мне лишь нужно ваше содействие. Я хочу, чтобы вы побыли какое-то время в гареме и послушали, что происходит.

— Послушала – то есть считала бы эмоции живущих в гареме?

— Именно так. Многие умеют защищать свои мысли и даже сердечный тон умудряются контролировать, но чувства выдают все. Разумеется, ваши услуги будут хорошо оплачены.

— Ваше Высочество… — начала я; голос дрожал. Кашлянув, я продолжила: — Ваше Высочество, мне очень приятно, что вы высоко оценили мои способности, но я…

— Я все понимаю, — прервал он меня снова. — Вы сюда прилетели из-за своей сестры Ксюши. Девочка больна, вы боитесь за ее жизнь. Вам нужны деньги на лечение и поскорее. Если вы согласитесь сотрудничать, я переведу на ваш счет сумму, на которую вы не только свезете девочку к центаврианам на лечение, но и сможете пожаловать на благотворительность, чтобы еще много таких детей спасти. Или открыть свой фонд… больницу… вы ведь всегда мечтали спасать, так, Даша?

В горле пересохло.

Не знаю, как это понял царевич, но он снова наполнил мой бокал. На этот раз я одним махом все выпила, и когда кислая шипучесть и-рьёна заполнила желудок, а губы и рот стало покалывать, спросила:

— Какую именно сумму вы переведете?

Регнан назвал сумму.

Я обалдела.

— И сколько я должна буду пробыть на Аэле? На какой срок вы хотите меня нанять?

— На цикл. Это по земному исчислению шесть мини-циклов.

— Полгода… — протянула я. Названная сумма вскружила голову, мысли поплыли… Только из-за денег, то есть из-за Ксюши, я и рискнула сюда прилететь, любезничала с Рубби, слушалась Знающих и выживала дикаркой на острове гребаной Красоты. — Я должна это обдумать, Ваше Высочество.

— У вас есть время до конца полета.

Взглянув на царевича, я поняла, что времени нет вовсе. А может, нет и выбора. О Регнане Арисе ходит столько страшилок, что можно сразу, без подготовки, дрожать-трепетать, но на самом деле, до ужаса и ледяной крови меня пугает только одно – если Ксюшка умрет. Разве может сравниться с этим страхом какой-то там Регнан?

— Почему наложница? — спросила я.

— А в каком еще качестве я могу взять вас в гарем? — приподнял бровь мужчина. Брови у него, кстати, темные, темнее волос.

С этим не поспоришь… хотя, может…

— Возьмите меня как врача, я буду осматривать девушек, — предложила я. — Никто не сочтет это подозрительным, и так я смогу спокойно читать людей, и…

— Нет.

В который раз он меня прервал? Впрочем, неважно: царевичу позволено.

— Только наложница, — отрезал он.

— Тогда нет, — сказала я.

— Что вас так смущает?

— Я не буду наложницей.

— Вы участвовали в Отборе, где отбирают жен и наложниц, а теперь отказываете мне?

Черт!

— Как я смею отказать вам, Ваше Высочество? — почти с искренним удивлением сказала я. — Я лишь…

— Даша, вы уже играете роль, притворяетесь, — мягко произнес он, уже традиционно меня прервав. — Чего вам стоит назваться моей наложницей?

— Я могу быть просто врачом в гареме. Никто ничего не заподозрит.

— Вы слишком привлекательны, чтобы быть просто врачом в гареме Арисов. Я хочу, чтобы вы были моей.

— Работала только на вас? — уточнила я, потому что его выбор слов мне не понравился.

— Были только моей.

Нет, такой выбор слов мне определенно не нравится! Да и вся ситуация тоже. Меньше всего я хотела бы застрять на Аэле, да еще и с этим царевичем… Я и так сглупила, отправившись на Отбор. Надо вернуться к дяде, стрясти свою долю наследства и свалить. Денег должно быть достаточно…

— Не рассчитывайте на наследство, Даша, — сказал Регнан. — Вы его не получите.

— Почему? — вымолвила я, похолодев.

— Я распоряжусь.

— Зачем?

— Чтобы у вас не осталось выбора. — Насмотревшись на мое вытянувшееся лицо, этот царственный засранец протянул с ироническим сожалением: — Не надо было прилетать, Даша. Если хотите вылечить Ксюшу на деньги Аэла, надо будет послужить Аэлу. Да и глупо было бы надеяться получить столько денег просто по факту рождения, не так ли? Ну, подумали? Что вы теперь скажете? Готовы сотрудничать? Готовы стать моей наложницей?

— Да, Ваше Высочество, я готова притвориться вашей наложницей, — процедила я. — На шесть ваших мини-циклов и за сумму, которую вы назвали. И только при условии, что сегодня же на мой счет в Союзе поступит эта самая сумма.

— Сумма поступит. Для вас даже организуют сеанс связи, чтобы ваши родственники не переживали о вас.

— Прекрасно, — отозвалась я, и голос мой прозвучал мрачнее некуда.

Регнан же остался доволен: он снова разлил по бокалам и-рьён, и когда мы чокнулись ими, произнес:

— За сделку! И за удачный Отбор, подаривший мне наложницу.

— За Отбор, — весьма пессимистически отозвалась я.

Глава 8

Мы прилетели на Неррианские острова. Этот архипелаг состоит из четырнадцати островов; на самом большом располагается один из дворцов правящей семьи Аэла, и там же имеет недвижимость прочая элита. Архипелаг в народе называют просто «царским»; он очень хорошо защищен и окружен подводными базами, которые обслуживают неррианцы, гуманоидная раса, бывшая самым развитым видом на Аэл Дриде до того, как сюда нагрянули лирианцы.

Найти в Сети информацию о царском архипелаге сложно, даются только безопасные сведения, и очень скупые. Все, что я знаю – это о другой плотности воды и, собственно, о неррианцах, чьи подводные города расположены близ островов. Когда я гостила в доме дяди, Рубби не раз хвастались, что бывали на Неррианских островах и даже участвовали в параде. Такие приглашения высылаются только тем, кто принадлежит к Высокому двору.